В поисках голубого кристалла
Шрифт:
– Можно, но не через все.
– А как определить через какие?
– Надо посмотреть какие символы на них нанесены.
– Вот. Шанталь нарисовала в письме - и Натаниэль протянула письмо.
Аргонтар просмотрел письмо и более внимательно символы.
– У вас мощные Ворота. Да, они перемещают в другие миры и внутри нашего. Если честно, то перемещаться при помощи Ворот не очень сложно. Каждые Ворота имеют свой символ. Ваш символ Волк. Символ Ворот Академии Солнце. Вращается внутренняя часть Ворот. Когда к примеру Волк становится против Солнца вы переместитесь в Каос. Обратно в Академию так же. Но чтобы запустить сам переход нужно знать заклинание или иметь достаточно Магической Силы, чтобы своей волей открыть проход.
– Сколько человек может сразу пройти?
– Ворота открыты пять минут. И то, после четвертой минуты уже переходить опасно.
– А если в другой Мир?
– Символ Мира устанавливается так же, напротив вашего символа.
– А если там нет Ворот?
– Тогда Посох. Но, сами не пробуйте настроить. Этот символ просто так не запустить. А как, я не скажу.
– Волк и Солнце на наших Воротах не повреждены. Поврежден как раз Посох.
– Ну, вот и хорошо, значит никуда не влезете. Через чес я должен быть у своего командира. Потом зайду к вам, и мы подумаем. Пиши пока письмо маме, а Шанталь потом.
Натаниэль и Лея побежали на занятия, а Аргонтар снова уткнулся в свои записи.
Крепость Каос.
Ларри и Шанталь не теряли времени даром. Собак запрягли, гнома вместе с его инструментами усадили в сани и поехали посмотреть, как починить поврежденные символы.
Ярко светит солнце, скрипит снег под полозьями, пар от дыхания оседает на мордах и боках Миури и замерзает инеем.
– Разомнемся?
– это у Татра взыграла кровь.
– Разомнемся. Сестра не отставай - крикнул Ларри и поудобнее ухватился за спинку саней.
Какой гном не любит быстрой езды? Некоторые не любят. Борин любил. Снег от ветра сделался плотным и Миури почти не проваливались. Сани неслись на бешенной скорости по заснеженной равнине. Гном сидел, завернувшись в теплый мех и его душа летела и парила в морозной выси наперегонки с Изей, который пушистым мотылем порхал над санями. На особо крутых виражах гномья душа возвращалась в тело и тут же, снова воспаряла на волне чистого восторга. Примерно через час такой езды Миури подустали и перешли на спокойную рысь. Это дало возможность Шанталь наконец то догнать их.
– Ну, что размялись? Я думала не догоню вас.
– А ты верхом на Изе - выкрикнул Дэйл.
Борин шмыгнул слегка посиневшим носом и заявил - надо специальную упряжь Изе сделать. Она может упасть, держаться не за что.
Изя, услышав этот разговор сбился с ритма и забил крыльями - Как на Изе? Вы что?! Я не ездовой дракон!!!
– Так будешь - рявкнули на него уже хором.
– Вот вернемся и подумаем над чертежом - это гном вошел во вкус и решил не отказываться от такого эксперимента.
Борин работает быстро и через два дня недостающие части символов были готовы. Гном снова устроился в санях, и кавалькада отбыла. Естественно, сначала была разминка, только на лыжах в этот раз бежал Ларри, а Шанталь управляла санями. Изя порхал в морозной выси, но насчет соревнований не заикался. Сделав большой круг по плато, подъехали к Воротам и Медный Котелок подправил сломанные символы. Правда, ему пришлось периодически засовывать пальцы в теплый мех Миури. Чтобы не отморозить, работать в рукавицах было невозможно. Полюбовавшись на результаты труда все поехали назад в замок. Греться и обедать.
За обедом похвастались исправленными Воротами. Шанталь не выдержала и сказала
– Мы хотим сделать специальную упряжь чтобы кататься на драконе. Борин нам ее сделает.
– Ну, что малый, что старый. Медный Котелок не может чтобы что-то не мастерить -Х агир усмехнувшись посмотрел на довольную компанию.
– Только пробовать на маленькой высоте. Не убейтесь - это уже Лунаталь забеспокоилась. Мать все-таки. Она и так терпимо относится ко всем экспериментам.
Кара Торун встретил Серых Плащей ветром и мелким снегом, временами переходящим в такой же мелкий занудный дождик. Под копытами лошадей было месиво из растаявшего снега и грязи.
Белоснежный Буран превратился в грязную бродячую собаку. С длинной шерсти на животе стекала грязь, а пышный хвост превратился в мокрую грязную мочалку. На улицах города почти не было прохожих, никому не хотелось выходить в такую погоду.
В самом центре возле городской площади высился особняк Хранителя порта Кара Торун. Ратчер постучал деревянным молотком в ворота и когда оттуда высунулась заспанная физиономия, потребовал провести их к Хранителю. Физиономия открыла глаза пошире и выдала - а вы собственно, кто такие? Почему я должен вас пускать?
– Потому, что мы Серые Плащи и твой хозяин ждет нас - Ратчер немного сдвинул капюшон плаща, правда тут же его лицо залепила мокрая каша из снега и дождя. Ветер сдул капюшон совсем и Ратчер поморщившись снова поглубже его надвинул.
Ворота захлопнулись. Прошло минут десять, и створка снова распахнулась. Давешний охранник более уважительно пригласил всех пройти внутрь дома. Хозяин их ждет.
Подбежал мальчишка и повел лошадей на конюшню.
– Собака пусть тоже идет на конюшню. Она грязная.
– Сам иди на конюшню. Дурак. Прикажи приготовить мне ванну, и я буду чистый - Буран косо глянул на охранника и подойдя поближе отряхнулся так, что тот сразу стал мокрый с ног до головы.
– Что? Кому ванну?
– у мокрого охранника отвисла челюсть.
Миури живут на севере Междугорья и южане практически никогда их не видели и не знают о существовании разумных собак.
– Мне. Ты что не видишь с кем разговариваешь?
– Буран слегка приподнял губу продемонстрировав белые внушительные клыки - бегом. А то я так и пойду, и вся грязь, которая натечет, будет твоей головной болью.
Охранник обалдевшим взглядом уставился на Ратчера - господин, я не пил. Ни вчера ни сегодня. Почему я разговариваю с собакой?
– Я не простая собака. Я Миури и мозгов у меня больше чем у тебя. Приготовь мне ванну и оставим эту тему - Буран был мокр, голоден, устал и зол. Обычно он разговаривал более культурно.
В это время по лестнице спустился Хранитель. Это был невысокий смуглый мужчина с окладистой седоватой бородой. Одет он был в длинные яркие одежды и на голове красовался сложный головной убор, характерный для южан.