Чтение онлайн

– Что за хрень, мать вашу? И как ты сюда попал? – фыркнула я, стоя возле открытой двери, словно это могло хотя бы немного отпугнуть его.

– Твоя матушка меня впустила, – хмыкнул он, как будто это была самая естественная вещь на свете.

И тут в коридор вошла моя мать. С ней произошло мучительное преображение, и я уже почти не узнала её. На ней были нормальные вещи, а не дранный халат, с которым она не расставалась последние пару месяцев. У неё была чистая укладка, а кожа была какого-то невероятного цвета – не столь тусклого и затравленного, каким она выглядела все это время. Где её бутылка и вечное похмелье? Я прищурилась, от души наполняясь подозрением.

– Что ты с ней сделал? – едва сдерживая ярость, я спросила, скрестив руки, как будто это могло защитить меня от этой ситуации.

– Привет, детка, – пропела моя мать, будто бы попала в какой-то мюзикл. – Знакомься, это Эйгон, он мой наставник в исцелении.

– В исцелении в чем? – зарычала я, не веря своим ушам.

Словно всё это уже не правда. Моя мать, зависящая от алкоголя, выбившаяся из сил и потерявшая реальность, теперь нашла спасителя. Я почувствовала, как внутри меня закипает гнев, и не могла не задаться вопросом, что такого ему удалось сделать с ней, чтобы она вдруг забыла о своей прежней жизни.

Эйгон только усмехнулся, его самодовольная улыбка и энергия словно дразнили моих внутренних демонов. Я вздохнула, понимая, что не могу просто стоять и позволять этому фарсу продолжаться. Я не собиралась мириться с тем, что он вешал лапшу на уши моей матери, а она отвечала радостным смехом, как будто вот-вот улетит в другую реальность, оставив меня позади.

– О, я всего лишь показываю ей другой путь, – сказал он, словно объясняя простую арифметику. – Путь, который ей нужен, чтобы вновь стать собой.

– Путь? – парировала я, шатаясь от внутреннего гнева. – Какой ещё путь? Ты просто заманил её в свою паутину, как маньяк, который обманом ворует последние надежды!

– Не говори так, милая, – он обратился ко мне с легкой долей фальшивой доброты. – Нужно лишь немного терпения и доверия, чтобы всё стало на свои места.

– Терпение? – Я не могла сдержать гнусного смешка. – А ты знаешь, что такое терпение для человека, который уже потерял всё?

– У всех есть второй шанс, – произнес он, будто это было прописной истиной, словно не знал, что его слова лишь усугубляют мою ненависть к нему.

Я почувствовала зыбкое чувство, что, возможно, он прав, но тут же его отбросила, как неуместную шутку. Сомнение и ярость смешивались, как волны во время шторма. Я не собиралась отступать, когда моей матери отчаянно было нужно защитить её от этих чар.

– А ну пошёл вон! – крикнула я, указав на дверь с такой силой, что казалось, воздух вздрогнул.

Эйгон медленно обернулся, но его выражение лица не изменилось. Он смотрел на меня с какой-то странной смесью веселья и удивления, будто я только что рассказала ему анекдот.

– Детка, не надо так, – сказала моя мать с нежностью, словно пыталась успокоить ребёнка, не понимая, что я хотела её защитить от этого дебила.

Но я только усмехнулась, несмотря на комок негодования в горле. Я не собиралась уступать.

– Не называй меня «деткой», мам, – произнесла я, стараясь подавить горечь в голосе. – Это не его мир. Это – наш, и ты не должна так легко вестись на его провокации.

Эйгон, положение которого было неоспоримым, пожал плечами, но затем его глаза убрались на мою мать. Это было мгновение, когда я почувствовала, что он действительно может повредить ей, оставить её уязвимой под слоем его обманчивого шарма.

– Давай поговорим, – сказала моя мать, обращаясь ко мне с такой же беспомощной настойчивостью, которая когда-то приводила меня в раздражение.

– Когда он уберется, – фыркнула я, словно это была простая формула, по которой можно было управлять нашим общением.

Я ненавидела себя за то, что прибегала к этому тону, но каждый раз, когда я смотрела на Эйгона, чувство злости нарастало.

– Но, дорогая, он хочет нам помочь, – попыталась настаивать мама, прижимая руки к груди, как будто искала поддержку в этих простых жестах.

– Помочь? – парировала я, ирония свернулась в кулак у меня за спиной. – Помочь? Отлично, я могу дать ему «медаль за заслуги» за его великодушие! Может он еще планирует открыть горячую линию для алкашек?

Эйгон наклонился к моей матери, его голос был сладким, но изрыганным вместе с сарказмом, равным моему.

– Она просто волнуется за тебя, – проговорил он, как будто сжал коленом базу своих манипуляций. – За ваше общее благополучие.

Моя мама расправила плечи, как его жертва, словно ее трахнули между постоянными обещаниями и лукавством.

– Я знаю, что ты думаешь, – произнесла она, но в её глазах проскользнула искорка беспокойства. Я понимала, что ее голос начинал дрожать.

– Знаешь? – спросила я, но голос предательски дрогнул, выдавая весь внутренний конфликт. – Ты точно знаешь, кто такой Эйгон?

Эйгон посмотрел на меня, его ухмылка исчезла, а на её место пришло что-то холодное и неотразимое, и вдруг я поняла, что именно он пришел в нашу жизнь, чтобы уничтожить все, что мне было дорого.

– Можешь гулять со своими иллюзиями, – прошипела я, полная гнева и горечи. – У меня нет времени на демонов, собирающихся под маской спасителей.

Я повернулась к выходу, покидая эту бесконечную игру манипуляций, но даже не заметила, насколько эта ситуация уже меняется. Моя ненависть к Эйгону росла, но мне было необходимо выяснить, как защитить свою мать от опасности, которую она не могла даже осознать.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в апельсиново-малиновые оттенки. Я вышел из квартиры Ясмин, где, казалось, только что состоялся небольшой триллер. На самом деле, не совсем триллер, а скорее комедия ошибок с элементами черного юмора. Я изрядно повозился, чтобы избавить ее от насильников, выкинул из ее жизни этого недо ангела, который вместо спасения мира уделял внимание своей заднице. Я даже на ее мать алкашку, с дружеским угощением бутылки не стал обращать внимания. Да, я заставил ее мамашу бросить бутылку, заставил ее, словно терзаемую внутренними демонами куклу. Гипноз – это мой конек, и это пришло довольно легко. Да, легко и просто. А как вы думали, почему у меня такой нарядный вид? Не только отчаянные герои способны на подобные вещи. Но разве радость от успеха могла заглушить тот факт, что Ясмин, несмотря на все, нос воротила от меня? Черт подери, какая же она упрямая!