Чтение онлайн

Книжник говорил так восхищенно, будто знаменитый варвар был кем-то вроде Робина из Шервуда, признанного героя всех мальчишек.

— Тринидад доказал свое право, не пощадив свой род. У них больше нет мужчин. — Сухо сказала Рут.

— С поправкой на его необразованность, он невероятно мудрый политик! — Горячо согласился Арти. — Он прекрасно знал, за что платит и какова цена! И этот блестящий ход с единой верой в великую Богиню! Как противостоять тому, кому благоволит божество, которому ты молишься!

— Чего? — Онемела Тринидад. — Какой еще ход, Троеликая действительно благословила его!

Арти посмотрел на варварку и решил не спорить.

— В любом случае, эффект был потрясающим. Но! Тринидад стратег, хитрец и завоеватель. Он может брать даже самые укрепленные замки, но ему не место на троне. И он это прекрасно понимает. Он воин из племени воинов, он в войне не один десяток лет. А король… король это склоки, дрязги, интриги и придворный этикет. Сядь он на трон, его тут же убьют. Это он тоже понимает.

— А ты как здорово понимаешь Тринидада! — Не без яда сказала Рут.

— Спасибо. — Покраснел Арти. — Я два года изучал биографии всех правителей и составил общие закономерности. Есть легенда о пророчестве, что последний день войны станет и последним днем Тринидада. Если без глупой мистики, то так оно и есть. Теперь впереди долгий мир, королевство будет залечивать раны, и Тринидаду в этом мире не будет места. Лучше бы его убили в бою.

— Лучше бы. — Угрюмо сказала Рут и отвернулась.

— Прям хоть сам королем становись. — Фыркнул Хмель. — Такой умный, все про всех знаешь.

— Зря смеешься. — С достоинством ответил Арти. — На самом деле, не так уж трудно стать королем. Нужна всего лишь поддержка армии и хорошая протекция… рекомендация… эм… ну, чтобы за тебя важный человек поручился. Варвары любят играться и склонны к экспериментам. Они пустят тебя на трон, подумав, что всегда успеют снести тебе голову, а пока они присматриваются, ты должен так забрать все в кулак, чтобы, когда они поймут, что выхода нет, уже не смогли бы ничего сделать. Так ведь, Рут?

— А чего ты у меня спрашиваешь? Я-то нигде не училась, ничьих биографий не читала. Что может понимать в политике простая варварка с гор?

Арти оторопел от такого откровенного вранья, но разоблачать Рут не стал. В отличие от Лависсы, он теперь прекрасно знал, чем могут закончиться пререкания с гораздо более сильным соперником.

Плот мягко ткнулся в песчаный берег. Вопреки опасениям, он не попал в шторм и не рассыпался по дороге. Утомленные греблей и борьбой с волнами люди, шатаясь, спрыгнули в воду и побрели прочь, предварительно закрепив плот, чтобы не снесло.

— Вода! — Закричал Хмель, увидев стекающий в море пресный источник.

— Эй! — Крикнул Гаррет, но наемник уже стоял перед ним на коленях и жадно пил прозрачную воду из ладоней.

— А я думал, ты всей тушей туда бултыхнешься.

— Что я, дурак! — Жадно пробулькал в ответ друг. — Вообще скотство так делать. Вода-вода, ох, лучше девки!

— Это ты пока так говоришь. — Тринидад лакала воду прямо из источника, наклонившись к нему подбородком.

У подходящего Герка даже нога зачесалась отвесить ей пинка, уж очень удобно стояла, но он подавил это глупое желание, тем более что Рут тут же недобро обернулась.

— Хэй, Герк, я не говорила, что правильный воин всегда встает в положение, из которого можно нанести удар?

— Правильных воинов мало, как и вообще всего правильного. — С достоинством ответил рыцарь, обходя варварку по большой дуге.

— Поэтому нам сильно повезло. — С жаром сказала Лависса, макая в воду волосы. — Вы… мы все такие… типичные представители своих социальных слоев, но при этом такие не похожие на них. Хмель очень добрый. Рут и Гаррет умные, Арти не держит в секрете тайных знаний, а Герк… — леди заметно помрачнела, — Герк истинный рыцарь. Не такой, как эти сволочи с гербами и правом первой ночи.

— А вы, леди, весьма дружелюбная и совсем не задница. — Тонко польстил Хмель.

— Что еще за право первой ночи? — Не поняла Рут.

— Когда кто-то из подвластных рыцарю или лорду крестьян женится, господин имеет право на первую ночь невесты. — Объяснил Арти.

— Охр… — Рут подавилась, заподозрив, что книжник шутит. — Да?

— Слушай, Рут, — Гаррет старательно смотрел в сторону, — ну поверь, действительно не все способны прирезать мужика. Ну не принято у большинства людей вообще брать в постель ножик.

— И душить тоже вряд ли. — Подумал Хмель. — Сил не хватит. И времени.

— Можно выдавить глаза и через глазницы добраться до мозга…

— Как вариант. — Гаррет серьезно кивнул. — Надо будет сказать крестьянкам.

— И кое-кого кое о чем подробно расспросить. — Зловеще добавил Хмель в спину Герку.

Рыцарь только вздохнул, а наемник и демон за его спиной дружно пожали друг другу руки.

— Хмель, подай палку, моя прогорела уже.

Наемник, не оглядываясь, пошарил рукой позади себя и раздраженно швырнул в демона длинным прутом. Гаррет, мерзко хихикая, поймал прут на лету и принялся обстругивать. Хмель скривился и снова уставился на свой кусок мяса, ароматно истекающий жиром в огонь. Обугленные оказались гостеприимным, хотя и страшноватым народом, увидев выходящих из джунглей черных людей, Тринидад не удержалась от вскрика. Потом, когда они подошли ближе, она поняла, что чернота их кожи происходит не из-за того, что они горели, и не из-за того, что с них сняли шкуру и оставили гнить, но все равно старалась держаться подальше.

Это плохо удавалось, маленькие кривоногие люди с большими мягкими животами вились вокруг варварки, тыкая в нее пальцами и дергая за волосы.

— Они считают, что ты жутко уродливая. — С удовольствием наябедничал Гаррет.

Рут посмотрела на признанную красавицу обугленных: ширококостную кривозубую женщину с длинной отвисшей грудью и таким приплюснутым носом, что он совсем немного возвышался над щеками, и сказала ясно. Чтобы прикрыть безобразие варварки, женщины принесли венки из темных цветов и надели ей на голову и шею, даже талию и бедра замотали. Лависса тоже не избежала подобной участи. Совсем сошедший с ума Арти носился по селению, постоянно останавливаясь, воздевая руки и крича, что отдаст полцарства за пергамент и краски с кистями. Неугомонный книжник уже поучаствовал в постройке дома, лично выделал шкуру, обвешался самостоятельно сделанными украшениями и чуть не был съеден гигантской ящерицей с маленькими хитрыми глазками и огромными зубищами.