Чтение онлайн

За своими мыслями Кордия не заметила, как они подошли к крыльцу.

— Дальше сама, — сказал Штефан и развернувшись, быстрым шагом двинулся обратно. Ей стало совсем страшно. Она долго топталась под дверью, прежде чем, взяться за массивное кольцо и постучать. Послышался шорох и через минуту ей открыл пожилой слуга.

— Следуйте за мной, — голосом, похожим на замогильный хрип, сказал он. Они миновали холл, и слуга помог ей снять плащ, после чего растерянно уставился на нее.

— Будет лучше, если вы останетесь в накидке, — сказал он, набрасывая ей на плечи плащ.

— Почему? — спросила Кордия, опуская взгляд на платье. — Я вызывающе одета, на вкус герцога?

— В зале холодно, простудитесь. Не стоит рисковать.

Слуга жестом велел идти за ним. Кордия догадалась, что из обслуги здесь, кроме него, никакого нет. От этого ей стало не по себе. Он провел ее в столовую, где стоял длинный стол для пиршеств. За таким могли легко уместиться двадцать шесть человек. Кордия знала об этом, потому что дома у отца был такой же. Она нервно сглотнула. Что ее удивило, так это то, что такая махина была накрыта всего на две персоны. Один набор тарелок стоял в одном конце, другой — в противоположенном. Неудобно для беседы, если она вдруг завяжется. Придется кричать друг другу. Но почему такое расстояние? Герцог считает ее заразной?

— Его высочество, герцог де Брата! — громко объявил слуга, когда послышались шаги. Кордия вцепилась пальцами в ткань плаща. Когда хозяин замка переступил порог столовой, она перестала дышать. На другом конце зала появилось чудовище. Именно таким показался ей де Брата, когда она увидела его в первый момент. На мужчине был широкий плащ, напоминающий колокол. Он был широк в плечах, но к низу расходился еще больше, создавая пространство вокруг владельца. Лицо герцога закрывала черная маска, из-под которой были видны только губы. Руки затянуты в перчатки. С его появлением помещение тут же наполнилось ароматом грозы и дождя.

— Ты свободен, — бросил слуге герцог. — Можешь уходить.

Тот учтиво поклонился и вышел. Кордия заставила себя сделать реверанс. Это случилось с опозданием, но она не винила себя за такую оплошность. Сил на это не было.

— Судя по твоему виду, говорить тебе «добрый вечер» будет неучтиво, — усмехнулся герцог, смерив Кордию взглядом. — Даже идущие на смерть выглядят бодрее.

Набравшись смелости, Кордия подняла на него глаза. Он стоял у противоположенного конца стола и, судя по всему, не собирался к ней приближаться. Почему он так одет? Что все это значит? Их взгляды встретились, и ее накрыла паника. Словно сама Тьма заглянула ей в душу.

— Ты можешь говорить? — осведомился герцог. — Или во время пыток тебе вырвали язык?

От такого предположения Кордия дернулась, и ее затошнило.

— Могу, Ваше Высочество, — хрипло проговорила она.

— Чудесно! Тогда садись, будем ужинать, — отодвигая стул, приказал герцог. Кордия повиновалась, опустилась на краешек и сложила руки на коленях. От еды исходил манящий аромат, но сейчас он только раздражал ее. Мужчина поднял бокал с вином, и она дрожащими пальцами взяла свой. Опасливо сделала пару глотков и поставила его на стол. Ей сразу стало жарко, кровь прилила к щекам.

Герцог ел, смотрел на нее и не задавал никаких вопросов. Каждый раз, когда их взгляды встречались, Кордии хотелось провалиться под землю. Казалось, что тьма его глаз просочится в нее.

— У тебя касталийский акцент, — беря бокал, сказал герцог. — Ты касталийка?

— Нет, просто какое-то время жила в Кассии. Семья, в которой я работала, уехала туда к родственникам, — быстро солгала Кордия. У нее было несколько вариантов лжи на все случаи жизни. Этот сейчас показался ей самым подходящим.

— Неправдоподобно.

Кордия пожала плечами, мол, если вам так показалось, это ваши проблемы. Она пока не понимала, может ли верить этому человеку и до какого уровня откровенности будет безопасно опуститься.

— Озвучьте свою версию.

— Ты там родилась и выросла, а потом по каким-то причинам перебралась сюда, — небрежно произнес герцог.

— Почему вы так решили?

— Цвет глаз, кожи, манера держаться, — сказал герцог, рассматривая ее.

— Вы всегда так к ужину одеваетесь? — спросила Кордия.

— Это мой ежедневный наряд, — усмехнулся герцог. — Чувствую себя улиткой, которая всегда дома.

— Вам нравится?

— Нет, — равнодушно ответил герцог. — Но есть тюрьмы, из которых никогда не выйти. Здесь может спасти только смирение.

Кордия заставила себя отправить в рот кусочек жаркого и запила его вином.

— Зачем вы… — начала Кордия и разнервничавшись, закашлялась.

— Купил тебя? — резко закончил за нее герцог. Кордия кивнула, стараясь унять дрожь. Ей было неловко за свое поведение. Она хотела произвести на герцога приятное впечатление.

— Мне хочется… Хочется знать, для чего я вам, — сказала Кордия, и герцог пристально посмотрел ей в глаза. Даже на расстоянии она ощущала власть, исходящую от него. — Ведьм просто так не покупают, особенно такие важные люди, как вы. Для вас есть чародеи.

— Мне нужно, чтобы ты была рядом, — небрежно ответил герцог. — Сопровождала меня во всех поездках и встречах. Выполняла мои поручения. Твоя магия мне тоже пригодится, но эти детали я озвучу позже. Кстати, что толкнуло тебя на такой безрассудный поступок — открыть ад?

— Это личное, — тихо ответила Кордия. Она боялась, что он высмеет ее, если она скажет правду. Да и не хотелось ей с ним откровенничать.

— Ты — моя собственность! У тебя больше нет ничего личного! — резко поставил ее на место герцог. — И, если ты не будешь честно отвечать на мои вопросы, боюсь, мы не подружимся.

Кордия облизала пересохшие губы, взяла бокал и допила оставшееся вино. За эти три месяца заточения она разучилась общаться с людьми и никак не могла ухватить тон беседы с герцогом, чтобы подстроиться под него.

— Подойди, — приказал герцог. Помедлив, Кордия встала и неуверенным шагом двинулась в сторону мужчины. Когда она оказалась на середине пути, он махнул рукой. — Остановись тут.

Кордия замерла, невольно прижав руки к животу. Герцог скользнул по ней взглядом и задержал его на ее кривых пальцах, будто изуродованных артритом. Ведьме стало стыдно за них, и она покраснела. Спешно опустила их, словно это могло заставить герцога забыть, что он увидел.

— Что с руками? — глухо спросил он.