В поле зрения
Шрифт:
Отец положил свои тяжёлые, как степень моей вины, руки мне на плечи и сказал совершенно без эмоций:
— Просто скажи мне, во что ты вляпался.
Я собрался с духом и начал:
— Есть один человек, его зовут Наумов Евгений Раилевич…
— Заместитель министра транспорта что ли? — переспросил отец.
— Да, а ты откуда знаешь?
— Он оплатил половину расходов, и мне жутко интересно, почему.
— Вот говнюк!
— Выбирай выражения!
— Это он стрелял.
— В Сашку?
— Нет, в меня.
Папа нахмурился.
— Это как? Но почему…
— Почему там лежит мой брат вместо меня? Я задаю себе тот же вопрос, хотя я и знаю ответ. Наумов охотится на таких, как я.
Папа стал ещё мрачнее, его лицо прорезалось жёсткими морщинами.
— То есть? — спросил он, отстраняясь от меня. — Что значит «таких, как я»?
— Как я и мама. Со сверхспособностями.
— Я знал. Я знал, что они ни к чему хорошему не приведут! Я же запретил тебе пользоваться ими, а ты наплевал на мой запрет, и ты видишь, что из-за этого случилось?!
— Папа, папа, Па-а-ап! Пойми, Наумову без разницы, использую ли я свои способности или нет. Для него это не важно, поскольку он в любом случае заставит их использовать.
— Значит, про тебя прознало правительство, — задумчиво сказал отец, это прозвучало как один из его упрёков. — Но при чём тут Саня?
— Не правительство, пап. Наумов действует скрытно. Всё дело в этой наркоте, RD. Он с помощью неё ищет таких, как я. Он просто использовал Сашку, чтобы выйти на меня. Он похитил Сашку и чуть не убил меня несколько раз, а я попытался спасти Саню.
— Попытался, значит?
Я отвернулся от папы, будучи не в силах выдержать на себе его взгляд, но он обхватил мою голову руками и силой повернул её к себе, заставляя меня смотреть на него.
— Ответственность, сын, ответственность! Сколько лет я пытался вдолбить тебе это в голову! Ты должен нести ответственность за свои поступки! Да, мы с тобой были не согласны по отношению к применению твоих способностей, и ты уехал. Это твоё решение, я уважаю его, это, в конце концов, твоя жизнь. Ты уже взрослый, и способен принимать самостоятельные решения, которые, я надеюсь, ты тщательно обдумываешь, я ведь учил тебя предугадывать последствия твоих поступков. Но когда Сашка решил уехать вслед за тобой, ты сказал, что ты будешь присматривать за ним, что будешь оберегать его и защищать. Ты принял решение и, как мне показалось тогда, был готов снова нести ответственность не только за свою, но и за чужую жизнь. Ответственность за Сашку, чёрт тебя дери!
Я не вытерпел и вырвался из его объятий, он попытался меня остановить, но я успел отскочить. Я развернулся и пошёл прочь, пытаясь не слушать его гневные выкрикивания в мой адрес. Но они всё равно били в самое сердце.
На крики сбежались другие люди, я увидел Семёна, не одобрительно качающего головой и смотрящего на отца, а рядом с моим напарником другого моего друга — Рому. Его лицо не выражало ничего, но он коротким кивком поздоровался со мной и потянул Семёна за собой к моему отцу. Я увидел маму, прекратившую плакать, и решил подойти к ней, ведь у меня оставался один важный вопрос и одна не менее важная просьба, потом я намеревался уйти отсюда совсем, а то как бы мне здесь морду не стали бить.
По пути я услышал, как Рома и Семён пытаются утихомирить папу и пытаются отвлечь его вопросами кто как может. Семён при этом вступился за меня, обвинив отца в отсутствии такта и в эгоизме, заметив к моему отвращению, что в плане эгоцентризма я являюсь копией отца.
— Ему тоже тяжело, Вы не видите что ли? — громко спросил он. — Вы только посмотрите на него, в каком он состоянии! Он весь изранен и избит! Проклятье, да его даже током пытали! Неужели Вы думаете, что он не сделал всё, на что был способен, чтобы спасти своего брата?
— Да что ты знаешь! — вспыхнул отец.
— Побольше Вашего, — спокойно ответил Семён.
— Да как ты…
— Извиняюсь, что перебиваю, — встрял Рома, оборвав папу на полуслове. — Но что Вы имели в виду под «готов снова нести ответственность»?
— Не твоё дело, — буркнул отец и грубо толкнул Рому в плечо, намереваясь уйти от разговора.
— Похоже, что моё, — возразил Рома. — Он — наш друг, и все его действия влияют на нас. Поэтому мне до смерти хочется знать, что с ним происходит и почему. Вы сказали «снова». Это значит, что что-то подобное уже случалось в прошлом?
Отец остановился. Огляделся и, поняв, что здесь слишком много лишних ушей, вернулся к Роме и Семёну и повёл их подальше от всех, сказав:
— Поговорим. Наедине.
Было видно, что он не хотел этого разговора, но он всё же согласился на него.
Я наконец-то подошёл к маме. Она выглядела уставшей, измотанной, но она всё же попыталась улыбнуться мне. Не смотря ни на что.
— Ты прости отца, — сказала она. — Он из-за этой всей истории стал сам не свой, он очень сильно зол на тебя.
— Я понимаю, — я обнял маму.
— Мы всё равно любим тебя, что бы ты ни сделал…
Я услышал, как она снова захлюпала носом, и попытался увезти разговор в другое русло.
— Мам, скажи мне одну вещь, — начал я. — Почему папа так ненавидит наши способности? Почему запрещает их использовать?
— Ты же знаешь, — мама отстранилась от меня и начала вытирать слёзы платком. — Он пытается…
— Защитить нас, — закончил я фразу. — Боится, что нас обнаружит правительство и начнёт экспериментировать как с подопытными кроликами. Вы кормите меня этим с тех самых пор, когда я только обнаружил свои способности. Но ведь это ещё не всё, не так ли? Я давно это подозревал, что должно быть что-то ещё, какая-то важная причина, по которой он не просто запрещает нам использовать способности в целях безопасности, но благодаря которой он именно ненавидит их.
— Он опасается, что этот дар убьёт нас, — сказала мама. — Рано или поздно, как твою бабушку.
Я кивнул:
— И это тоже, но это всё не то. Ты увиливаешь, не даёшь ответа на мой вопрос, так же, как и папа, когда я пытался у него это разузнать.
Но мама не ответила. Она отвела взгляд в сторону и посмотрела на папу, стоящего в отдалении, за деревьями. Он о чём-то просил Семёна и Рому.
— Он беспокоится за тебя, — неожиданно сказала мама, и я заметил, как она тут же побледнела. Я догадался, что она только что прочла эмоции папы — и это не смотря на такое большое расстояние между ними. Мне до такого ещё расти и расти, а она говорила, что не развивает свой дар, что он у неё в зачаточном состоянии и почти атрофировался.
— Ты снова уходишь от ответа, — заметил я.
— Я просто не знаю, какой ответ тебе нужен, — взмолилась она, но я знал, что это всего лишь маска. Она точно что-то скрывала.
— Ты знаешь, что такое RD? — я зашёл издалека. — С одной стороны, это — наркотик. Но вот что интересно: на людей с генами сверхспособностей он действует иначе, и я догадываюсь, что его создали именно за тем, чтобы находить таких, как мы с тобой. Он усиливает способности, причём довольно сильно. И активизирует их у тех людей, которые являются простыми носителями этих генов, но только на период действия препарата, при этом так же вызывая галлюцинации и эйфорию, как у обычных людей. Саша был носителем.