Чтение онлайн

— Так, Вик, не нагнетай, ты прекрасно знаешь, что у меня важное мероприятие. Ничего со мной не случится.

Я выдохнула, кивнула, сделала зарубку в памяти действительно написать медсестре.

Я оттолкнулась от машины, и пошла в сторону своего авто, которое стояло снаружи парковочной зоны вдоль ограды больницы, но Олег меня перехватил за запястье, дёрнул на себя. Да с такой силой, что я влетела в его грудь, ударилась неудачно плечом и тут же зашипела, потирая ушибленное место.

— Ты мне сейчас что пытаешься сказать? Ты выставила дом на продажу?

— Я выставила дом на продажу, Олег, — произнесла нервно, потому что, когда мы только купили дом в хорошем посёлке с хорошей инфраструктурой, я так радовалась и мы первый новый год там провели. Олег сам заказал безумно большую канадскую ель, которая едва-едва влезла по высоте в нашу гостиную, а Стеша тогда маленькая была, по-моему, ей полтора, что ли, было. И мы ночью ходили, украшали весь весь этаж, чтобы у ребёнка с утра был праздник, Вероника фырчала, пытаясь приобщиться к нам, но вскоре задремала на диване, а Денис стоически помогал развешивать гирлянды и только приговаривал о том, что за его хорошее поведение дед мороз обязан просто подарить ему крутой подарок.

Этот дом был местом не там, где мы жили, но там, где у нас было все самое тёплое, самое важное.

— Я не понимаю, зачем ты продаёшь дом, что тебе денег мало?

— Вопрос здесь не в деньгах стоит, Олег. — Слукавила я и опустила глаза. Разговаривать на эту тему было неприятно. И вообще, если бы мы были до сих пор в браке, никогда бы этот вопрос не встал. Никогда бы я не подумала о том, что нам надо продать загородный дом.

— Что? Что ты мне ответить даже не можешь? — зарычал на меня бывший муж, вставая в позицию силы.

— А я не понимаю, какого черта тебя беспокоит то, как я распоряжаюсь имуществом, которое мне осталось после развода с тобой.

— Зашибись ты сейчас, конечно, сказала, — выдохнул Олег и сильнее сдавил пальцы на моём предплечье. — Ты одна решила, одна выставила дом на продажу и сейчас ещё мне это в претензию выставляешь.

— Я не выставляю тебе это в претензию. Я говорю тебе элементарные вещи, что ты со своими похождениями не подумал об этом. Ты не подумал, как это все будет выглядеть перед людьми, но почему-то последствия твоей измены должна разгребать я, натянуто улыбаться друзьям, врать, что да нет, все нормально, дом мы продаём просто потому, что так решили. И при этом ты мне ещё умудряешься высказывать о том, что свекровь для меня всего лишь бабушка моих детей. Ну, отлично. В таком случае наши друзья это просто мимо проходящие люди, которые теперь будут в курсе, из-за чего мы продаём дом. Хорошо, у нас нет ни от кого теперь никаких секретов, мы даже теперь сами не обманываемся. Все отлично, Олег, договоримся на этом, да.

Но Олег зарычал. Стал похожим на дикого зверя, потемнел весь, навис надо мной.

— Нахрен убери это грёбаное объявление о продаже. И не смей больше заикаться о том, что ты продашь дом!

— Этот дом — моё имущество— . Произнесла я дрожащим голосом, испытывая лютую злость, потому что да, я его винила во всем.

— Ты, прежде чем распоряжаться имуществом, которое тебе осталось от брака со мной должна сначала спросить, можешь ли ты с этим что-либо сделать, и если я не буду против, тогда уже, да, принимай решение, но нихрена не в одно лицо. Мы так с тобой не договаривались.

— Мы с тобой вообще ни о чем не договаривались. По суду этот дом мой. Что хочу, то и делаю. Захочу — завтра его сожгу. — Я произнесла это ровно, но это только сильнее выбесило Олега.

Он схватил меня за плечи и, тряхнув, зарычал:

— Сняла дом с продажи, немедленно.

Меня аж затрясло от злости.

Условия он мне тут выставлять вздумал, требования. Давление оказывал.

Я упёрла ладони в грудь Олега, оттолкнулась и хрипло произнесла:

— Да пошёл ты, тебя только не спросила, что мне делать…

— Если ты не снимешь дом с продажи…

— Если я не сниму дом с продажи, я его продам. — Произнесла я, вздёргивая подбородок.

В крови бурлил адреналин, а я не могла его никак сдержать, я просто не понимала, какого черта он смеет мне запрещать что-то продавать.

Да это же самая рациональная вещь, которую я могла совершить в данной ситуации.

Я за сезон по полмиллиона на обслуживание дома тратила, и это только полгода с момента развода прошло. И, значит, у меня ничего не ломалось. У меня не ломалось ни водное обслуживание, ни отопление, не было никаких проблем со снегом и с водоотведением на участке. У меня все это было в порядке, но я уже посчитала, что в сезон тратится по полмиллиона.

Так зачем мне тратить эти полмиллиона, когда я могла эти деньги пустить в покупку недвижимости для детей? Я не понимала этой логики.

Это не тот актив, который я должна была тянуть, потому что актив преувеличивает доходность, но никак не бьёт по карману.

Если дом бьёт по карману, лучше дом продать.

— Зачем тебе этот дом? — Спросила я, отшатываясь и делая несколько шагов назад.

Олег задышал тяжело, набычился на меня, готовый броситься, а я почему-то в глухой слепой злости хохотнула, запрокинув лицо к небу, и произнесла.

— Ах, я знаю, поностальгировать решил, периодически навещая там детей. Память свою бережёшь, память тебе жалко продавать?

— Да замолчи, Вика!

— Нет, не замолчу, — произнесла я едко, — так вот знай, что ты готов холить и лелеять эту чёртову память, а для меня она является самым настоящим склепом, и поэтому нет, Олег, мне без разницы, как ты будешь махать руками, топать ножками. Я сказала, я продаю дом, значит, я продаю дом.

Я резко развернулась и двинулась в сторону арки, чтобы перебежать двор и сесть в свою машину.

Мне вслед донёсся недовольный рык бывшего мужа, я покачала головой.

К черту, вообще все к черту.

По глазам било болью, я села в машину, завелась, ударила по ладонью по рулю и тяжело задышала.

Да, твою мать, что ж, все так не вовремя-то происходит. Что ж, все в один момент.

С трудом добравшись до дома, я запарковалась черт пойми как, заняв несколько парковочных мест, и явно утром будут недовольные соседи, но просто сейчас на глубокие акробатические пируэты с машиной я была не готова.

Поднявшись в квартиру, первое, что я сделала, это стянула с себя балетки и устало опёрлась спиной о дверь. Мне навстречу выскочила Вероника. А следом за ней пробежала Стеша.

— Что там, что там с бабулей?

— Сердце, в больнице не осталась. Быстрей домой поехала.

Вероника прикусила ноготь большого пальца и покачала головой.

— А папа почему ничего не сказал?

— Папе, видимо, вообще наплевать, — только и произнесла я и, оттолкнувшись от двери, сделала несколько неуверенных шагов вглубь зала, потом все-таки обернулась и просто на дурака спросила: