В сердце Африки
Шрифт:
Слоны—прекрасные ходоки. На ровном месте лошадь может обогнать слона, но в местах с волнистым рельефом лошадь не может угнаться за слоном. Да и вообще я не знаю животного, которое могло бы в течение дня пройти большее расстояние, чем слои. Несмотря на свой неуклюжий вид, слон с изумительной легкостью меняет на ходу направление. По лесным чащам оп проходит бесшумно, как кролик.
Устройство его ног так же оригинально, как устройство хобота. Нога его помещается как бы в кожаном мешке. Верх этого мешка лежит складками па сильной мускулатуре, внизу лее кожапъгй покров этого мешка тесно к пей прирастает, кажется туго набитым и заканчивается подобием ступни в форме ободка, предохраняющего слона от скольжения. На ходу слон упирается на переднюю часть ноги и ступает па пальцы. Кости ступни в тыловой части круто изогнуты. Под этими костями, прилегая к подощве, находится студенистая масса, предохраняющая его от ушиба лучше всякой резиновой подошвы. Когда слон всею своей тяжестью налегает на ногу, она как бы припухает, становится толще и затем снова сжимаегся, когда iia следующем шаге тяжесть переносится па другую ногу.
Благодаря этому свойству слону не страшно погрузиться в болото хоть на метр. Засасывание не мешает ему итти. Стоит слону приподнять ногу, кап она уменьшается в объеме и легко выходит из тонн. Ноги слона, довольпо правильной цилиндрической формы. Поэтому, ступая, слон тратит меньше мускульной энергии, чем другие животные.
До долг ления европейцев слонов было одинаково много и па открытых равнинах Восточной Африки и в лесах. Но сейчас их больше в лесах, ибо здесь им легче скрываться от опасности. На безлесных равнинах почти не стало слоновьих троп. В лесах же эти тропы змеятся повсюду. Тропы эти являются серьезным подспорьем для охотников. Они облегчают передвижение по первобытным лесам и бамбуковым зарослям. Слоновьи тропинки пересекают лес во всех направлениях. Их нет только в папоротниковых зарослях, где мне ни разу не пришлось увидеть ни одной слоновьей тропы. Слоны во время переходов часто меняют направление, протаптывая новые дорожки и избегая таким образом ям, которые вырывают на их пути туземцы. Вне всякого сомнения, существуют тропы, которыми слоны пользуются в течение сотеи лет.
Однажды мы преследовали слоновье стадо вплоть до Абердарекого плоскогорья. На плоскогорье слоны ушли от нас. Мы перевалили через горы вслед за ними, держась слоновьей тропы. Ограпяая была эта тропа! Равномерные углубления были здесь выбиты в скалистой почве. Диаметр их был чуть больше диаметра слоновьей ноги, глубина достигала пятнадцати саи-з иметров. Сотни лег попирали слоны эти камин своими гигантскими ногами!
Возле горной речки среди отрогов Кейна я яашел тропу, которая вела к тому месту, где слопы пере-44 ходили речку. Тропа эта была шириной около шестидесяти метров. Со всех сторон в нее вливались боковые тропинки, образуя общий широкий тракт, пересекающий бурпую речку. На противоположном берегу тропы вновь расходились в различных направлениях.
В тех местах, где по характеру рельефа или почвы слоны могут пробраться лишь по одной какой-либо террасе или ущелыо, мы находим явные доказательства того, что путь этот служит слонам многие годы. Кор l у деревьев стерта прикосновениями их жесткой кожи. Поверхность скал, с которых стекает или каплет вода, как бы отполирована. Слоны, проходя, собирают влагу своими хоботами, и этих легких касаний в течение веков достаточно, чтобы отполировать скалистые склоны.
Всюду, в обитаемых слонами местах, иа тропинках, па пастбищах, среди скалистых ущелий, опытный глаз охотника замечает неоспоримые признаки их пребывания: следы ног, помет, сломанные деревья, вытоптанные прост раяства н полу прожеванную древесную кору, которую слоны выплевывают, высосавши: из нее сок. Несмотря на эго, ж йти слоновье стадо вовсе не так просто. Пройдя по данному месту, слоновье стадо иногда месяцы, а то н годы не возвращается к нему. Стадо легко нагнать, если охотника отделяет от него не более одного дня пути. Пасущиеся слоны медленно продвигаются вперед. По если слоновье стадо задумало переменить пастбище или уйти на новые отдаленные места, нужно немало усилий и времени, чтобы нагнать его. { Л У[7|
Встрегясь со слоном, надо либо уложить его первой же пулей, либо предотвратить его нападение, раяив его в голову, хотя бы песмертелыго. Когда нападает целое стадо, смерть вожака заставляет стадо остановиться. Я не знаю ни одного случая, когда бы с га до продолжало нападение после того, как убит вожак. Думаю, что мне никогда и не придется услышать о таком случае, раньше всего потому, что если бы слоновье стадо проявило такое упорство, об этом некому стало бы рассказывать, ибо охотник был бы наверняка уничтожен. Обычно слон, если его серьезно ранить, прекращает атаку. Рассказанный мною случай со старой слонихой, которая, несмотря на рану, продолжала па-падение вместе с десятью другими слонами, был исключением из правила, и я уложил ее вторым выстрелом. II только еще один раз за долгие годы моих скитаний по Африке мне пришлось выпустить в одного слона тринадцать пуль, и столько же пуль досталось ему от моей жены. Он никак не мог принять окончательного решения и все колебался, пасть ли в честном бою ити обратиться в бегство.
Мы пробыли шесть месяцев в горных районах Уганды, охотясь за слонами. Начался период дождей. Деревья, кусты и травы разрослись так буйно, что охота стала совершенно немыслимой. Мы решили перебраться па плоскогорье Уазнн-Гишу и испытать там туземный способ охоты па львов с копьями. По пути мы наткнулись па следы педавпего пребывания слоновьего стада. Часа два шли мы но этим следам, пробираясь через густой кустарник, среди которого кое-где попадались группы деревьев.
Мы нагнали стадо как ра-з в ту мидуту, когда оно расположилось на полуденный привал. Полдень — час обязательного покоя у слонов. Они располагаются всем стадом в тени какой-нибудь небольшой рощи, теснятся друг около друга, топчутся, переминаются с ноги на ногу, по пе отходят далеко от места своего отдыха. Па это время они перестают заниматься своими обыч-4б дыми делами — пе едят, не дыог и не интересуются без крайней надобности простирающимися вокруг пространствами ст< пей и плоскогорий.
Не вполне взрослый слон стоял в час полуденного отдыха под деревом, опираясь на него своими бивнями. Мы подошли к стаду за ветром. Засев в кустах на расстоянии пе более двадцати пяти метров, стали выбирать себе жертву и наметили стоявшего под деревом слона. Жена моя тщательно прицелилась и выстрелила. Слоп рухнул, видимо убитый наповал. Обычно мы для верности посылали еще вторую пулю, по па этот раз, увидав, что остальное стадо не бросается в бегство, мы притаились за кустами. Когда стадо в конце концов убралось во-свояси, мы подошли к слону, который, казалось, давно уже перестал шевелиться. Но вдруг оп встал и, несмотря на повторные залпы, скрылся из виду, догоняя ушедшее стадо. Мы побежали по его следам, но прошло пе менее получаса, пока вновь наткнулись па пего. Мы решили обойти его стороной и затем, став с ним лицом к лицу, добить. Слон шел медленно и шатался на ходу. Т;ут я сообразил, что наша тропинка описала крутую дугу и что ветер дует теперь уже не в лицо нам, а прямиком в сторону стада. Было уже поздно. Минута., когда слон пас учуял, ускользнула от моего внимания, но я по сомневался в том, что это случилось.
Через секунду раздался треск ветвей, слои повернулся в нашу сторону я кинулся на нас.
Голос у слона вообще громкий, резкий, внушающий всяческие опасеппя. Особеппо тревожно воспринимают его охотники, хорошо знающие характер слона. Рев этот означает, что слои пришел в бешенство и готов, не щадя живота, обрушиться яа противника.
Через две-три секунды стон появился перед нами.
Ути у. пего были широко растопырены, высоко поднятый хобот сгибался то в ту, то в другую сторону. Трудно передать, каким гигантом кажется слон в ту минуту и с какой быстротой он передвигается. Я выстрелил, когда он был па расстоянии тридцати метров
от меня. Слон остановился, видпмо не от рапы, а от крайнего изумления. Я выстрелил из второго ствола и обернулся, чтобы взять другое ружье у боя, шедшего шагах в двадцати за мной. Бой кинулся ко мне. На этот раз я выстрелил сразу из обоих стволов. Я целился в голову слона, но результат был такой же, как если бы я стрелял в кучу песка. Вслед за мною выстрелила жена. Наконец слоп повернулся назад и ушел.
Этот случай никак ие укладывался в рамки того, что я знал об охоте на слонов. Я выстрелил в пего трижды, целясь на близком рассгоянии в голову. Каждая из этих нуль должна была уложить его, но слон исчез, почти не вздрогнув. Я почувствовал себя выбитым из колеи и сказал жене:
— Довольно с него. Давай посмотрим, что будет он делать.
— Нет,—сказала она.—Дело начато, надо его кончать.
Мы зарядили ружья и собрались было двинуться за ним, по слон появился спова. С ревом, топотом и присвистом кинулся он па пас. Мы выстрелили еще раз. Ои исчез, как и в первый раз. Мы стали заряжать ружья и -опять услышали его приближение. Увидели мы его не сразу, так как на этот раз он, видимо, решил обойти нас стороною и издали метнул в пас толстым обломком дерева. Я никак не мог понять, почему его нападение было стратегически так неправильно задумано, но не скажу, чтобы этим очень огорчился. Я попал ему в мозг, когда ои пробегал мимо меня, и он упал, наконец, мертвым. Облегчепно вздохнув, я подошел к своей добыче. Став рядом с его огромной тушей, я почувствовал себя очень маленьким. Жена моя опустилась рядом со мною, тяжело переводя дух. Помолчав несколько минут, она тихо сказала:
— Я хочу домой. II до конца жизни яе хочу ничего, кроме дома.
Как раз в эту минуту в кустах, невдалеке от мертвого слона, послышался шум, и мы увидели маль-чугапа-пегра с визжащей обезьяной иа руках. Негр был очень страидого цвета: он был пе черный, а пепельно-серый и дрожал от страха. Это был наш бой Али с любимой обезьянкой жены. Бой тайком пошел
49
4 В сердцо Афршси.
за нами — ему хотелось видеть охоту на слонов. Обходное движение слона, которого я никак не мог понять, теперь объяснялось очень просто: слон погнался за мальчиком и лишь потом обратился против меня.