Чтение онлайн

Бросать чушки с «гончей» — прелесть. Опять не то, что на тихолете. Там же пилот видит цель, а не штурман, который слеп. Лишь при подлете в прицел замечает ее. Здесь штурман лучше видит цель, так как сидит в остекленном носу, имея почти круговой обзор. Чушки тоже несравнимые — тяжелые коротыши-поросята по сотне килограммов. Боевые, но с облегченными зарядами. Пыхтим, когда подвешиваем вчетвером. А как хрюкают на полигоне, с громом и молнией! Аж гул идет и весь круг с прилегающей территорией заволакивается взметнувшимся разрастающимся султаном клубящейся пыли, плавно оседающим на землю.

ВЕНИАМИН ВАСИЛЬЕВИЧ

Авиационный секстант чудо-прибор! С помощью его можно прилететь в любую точку земного шара (хоть в Америке, хоть в Антарктиде) и вернуться назад домой.

Именно с помощью секстанта Дмитриев Вениамин Васильевич в 43 году совершил свой подвиг.

На ночных занятиях по астронавигации, тренируясь в работе с секстантом, мы услышали про этот полет со всеми подробностями от него самого…

И, конечно, мой дневник пополнился еще одной, уже третьей захватывающей былью…

Комэска-2 вернулся из штаба полка. Спустившись в землянку-штаб эскадрильи, он увидел Дмитриева, склонившегося над плановой таблицей полетов. Хлопнув перчаткой о край стола, сказал:

— Радуйся, Веник! Снова летим с тобой послезавтра в Радугинск за самолетами!

— Да ну?! — вскочил Дмитриев и чуть не пустился в пляс.

— Задача та же, — басил комэска. — Получить, облетать и пригнать! Доставай карты, прокладывай маршрут, готовь инженерно-штурманский расчет.

— Все сделаем, командир! — звенел Дмитриев. — А карты я сохранил с того еще раза!

— Тогда садись, давай наметим экипажи для перелета…

Остаток дня и очередные сутки прошли в заботах, которых всегда полон рот у штурмана эскадрильи, готовящего перелет. Помимо служебных, были у Вениамина и личные хлопоты: надо во чтобы то ни стало получить в продотделе хоть немного продуктов, успеть нарвать цветов, выгладить и надраить парадную форму. Поэтому эти дни он трудился допоздна, а в ночь перед вылетом спать лег далеко за полночь.

В полдень на стоянку, где ревели моторами два Ли-2 — они должны были доставить летчиков в Радугинск, — прикатил серо-зеленый «виллис». С него спрыгнули заместитель по политчасти Останин и штурман 1-й эскадрильи Сиперов — лысоватый, горбоносый блондин.

Подполковник Останин, выслушав рапорт комэска, подошел к Дмитриеву, стоявшему поблизости в окружении летчиков.

— Здравствуйте, товарищи! — стараясь перекрыть шум двигателей, крикнул он.

— Здравия желаем! — ответили летчики.

Пожав каждому руку, Останин обнял Вениамина.

— Ну как, Веня, в тыл на отдых?

— Так точно.

— А может, передумаешь и полетишь со мной?

— Нет… А куда, товарищ подполковник? — повернулся Вениамин.

Останин заговорщически оглянулся.

— В одно очень интересное место, — сказал на ухо.

— Какое? — загорелся Вениамин.

— Этого я пока тебе не скажу… Вот попозже могу, если согласишься.

— Все равно нет!

— Эхе-хе-хе! — громко вздохнул Останин и похлопал по спине Дмитриева. — Ты только не расстраивайся, друг. Но тебя на самом деле вызывает к себе Вадов.

Вениамин, почувствовав недоброе, оторопело взглянул на замполита.

— Да вы что, товарищ подполковник? Сейчас же вылет и кто поведет группу в Радугинск?

— Не расстраивайся, флагман, — улыбнулся Останин. — Передай полетную документацию Сиперову и едем в штаб.

— За что? За что такая немилость, товарищ подполковник?

Минуты через три «виллис» умчался со стоянки.

Злой, перепрыгивая через две-три ступеньки, летел на второй этаж по лестнице Вениамин. Около кабинета остановился, закрыл глаза, постарался успокоиться. И только после этого толкнул дверь. С порога, едва доложив о прибытии, горячо и сбивчиво начал:

— Товарищ полковник! Прошу, разрешите лететь в Радугинск! У меня девушка, жениться хочу!..

Брови Вадова поползли вверх.

— Я вас ни разу еще не просил! Ну хоть раз пойдите навстречу! Неужели не заслужил? — с мольбой закончил.

Вадов отчужденно глядел на штурмана.

— Не могу, Веня, не могу. В тыл салажонок сходит, а куда пойдете вы, только ты да Останин могут!..

— Ну почему я только? Разве Сиперов хуже? Тоже штурман эскадрильи, даже более опытный и старый! Пусть бы он летел туда, а я в Радугинск, товарищ полковник.

— Сиперов, конечно, тоже опытный. Но это задание ему не по плечу. Тут нужен штурман — ас, мастер своего дела. Ты не подумай, что я льщу. Приказ краток: выделить лучшего штурмана. Поэтому командование единодушно остановилось на тебе… Пойми, Веня, был бы я штурман, заменил бы тебя. Но я пилот и лететь придется тебе!..

— Да что я! Незаменимый что ли?

— Заменимый. Но задание-то, ох не простое! Ты даже не представляешь, какое!.. Как и я. Такое задание может раз в жизни выпасть летчику!..

Вадов взглянул в окно. Вениамин тоже и оцепенел. По рулежной дорожке к старту, один за другим, поднимая за собой серые клубящиеся хвосты пыли, катились два зеленых Ли-2.

— Товарищ полковник, задержите их! Разрешите передать посылку?

Вадов мотнул головой.

— Беги! Внизу мой «виллис»! — и поднял к уху телефонную трубку.

…Первый Ли-2 содрогался от рева моторов на старте, когда к нему под правый бок прямо к двери юркнул командирский «виллис». Правый двигатель тотчас же смолк: убрали газ. Трехлопастный винт на малых оборотах зашипел хрустяще и захлопал воздухом, точно сохнущее на ветру белье.

Вениамин повернул рукоятку и открыл дверь. В проеме показалось конопатое лицо стрелка. Вениамин протянул небольшой ящик.

— Зайди к Наде! Передай по адресу! Счастливого полета! — помахал рукой. — Скорей возвращайтесь! Я буду ждать!

И когда «виллис», описав дугу, скрылся за хвостом, Ли-2, взревев моторами, поднял клубы пыли и ринулся вперед…

Дмитриев вошел в кабинет командира, когда там уже был Останин. Не успел Вениамин доложить о прибытии, как в широко распахнутой двери показался генерал Панкратов. И сразу в просторном кабинете стало тесно. Жестом генерал усадил поднявшегося из-за стола Вадова.

— Так кого вы наметили для выполнения задания?

— Подполковника Останина и лейтенанта Дмитриева, товарищ генерал, — сказал, выходя из-за стола, Вадов.