Чтение онлайн

– Ты же не фотограф?
– ошарашенная информацией, на всякий случай, интересуюсь я.

– Это - хобби. Мне нравится статичность картинки, когда один момент может передать кучу всего, дать столько пищи для воображения... Понимаешь?

– Понимаю... Научишь?

– Конечно. Если захочешь. Когда я смогу пригласить тебя куда-нибудь, не имея ограничений по времени?

– Теперь только через месяц, не раньше. Ты же знаешь о Ларисе?

– Более того, я знаю Ларису. Иногда с ней сложно.

– Где ты живешь?
– теперь моя очередь менять тему: не люблю обсуждать людей, тем более, родственников.

– На Гражданке.

– Ого! Далеко...

– Да, не у всех из окна Дворцовая площадь видна, - съехидничал Рома.

– И у нас не видна. Знаешь, я на Гражданке ни разу не была, - задумалась я. Частенько приходится по городу мотаться, в самые неожиданные уголки забрасывало, а в этом районе, правда, ни разу не бывала.

– Напрашиваешься в гости?
– спрашивает парень заговорщицким шепотом, и только сейчас я понимаю, что привстав и перегнувшись через стол, он приблизился вплотную к моему лицу. Я инстинктивно дергаюсь назад, стремясь увеличить расстояние между нами, и пребольно врезаюсь затылком о стену позади меня.

– Ай!
– а вот рот я зря открыла: не дожидаясь его закрытия, теплые губы накрывают мои, а слишком расторопный язык скользит мне в рот. Ух, ты ж, мать вашу так! Нельзя же так сразу! Я, между прочим, два года не целовалась, если не принимать во внимание Артема. Кстати сказать, целуется Ромка ничуть не хуже, только по-другому, не так по-хозяйски, что ли. Не зря мамы обычно обещают, что от поцелуя все пройдет, боль в затылке как рукой сняло.

И только я успеваю увлечься и сосредоточиться на процессе, как прямо надо мной раздается довольно громкое и ехидное:

– Какая романтическая картинка!

Я снова дергаюсь, стремясь отстраниться и снова ударяюсь затылком со всей дури:

– Больно же!
– возмущаюсь я, - у меня так сотрясение будет!

Как только он здесь оказался? Кофейку зашел попить, не иначе! И именно в нашем укромном уголке.

– Привет, Артем, что ты здесь делаешь?
– вежливо интересуюсь, разглядывая стоящего прямо передо мной красавчика: руки в карманах джинсов, смотрит разгневано.
– Сомневаюсь, что ты здесь завсегдатай...

– Я тоже сомневаюсь, - подтверждает Артем мои умозаключения, брезгливо осматривая помещение. Ох, простите, пожалуйста, не подают здесь артишоки!
– На выход!
– вдруг командует он, наверное, решив, что увидел достаточно. У меня глаза почти выскочили из орбит. Совсем обнаглел? Еще и разговаривает со мной тоном разгневанного папочки, чья дочь вернулась под утро, пьяная и с мужиком под ручку. Хотя мой папочка так со мной не говорил ни разу.

– Мила, это кто?
– отмирает Рома, решив, что пора и ему принять участие в нашем увлекательном разговоре.

– Рома, это - Артем, Артем, это - Рома, - ничего пошлее придумать не могу. Парни разглядывают друг друга молча пару минут, пока Артем не сообщает задумчиво:

– Никак не могу отнести это знакомство к разряду приятных.
– И снова мне: - шевелись быстрее.

Рома встает, и тут я понимаю, что если не сделаю то, что от меня требуют, начнется драка. А если начнется драка, неважно, кто окажется сильнее, у Ромы будут проблемы. Я быстро встаю:

– Ром, извини, мне надо идти. Встретимся в другой раз, если захочешь.

– Не стал бы на это рассчитывать, - комментирует мои слова Артем чрезвычайно мрачно.

– Я позвоню, - добавляю извиняющимся тоном, направляясь к выходу. И тут я вспоминаю о компании университетских и начинаю усердно молиться, чтобы они уже ушли. Некоторым везет, но я не из их числа. Может, меня не заметят? Нет, зря надеялась. А может, Артема не узнают? Ага, мечтай, несчастная: судя по круглым глазам, внимательно нас разглядывающим, мои надежды бессмысленны. Господи, что будет завтра в универе?!

В машине мы долго молчим, я не возмущаюсь, понимая, что едем мы не куда-нибудь, а прямиком ко мне. Я намереваюсь молчать до самого конца, так сказать, во избежание, но, как обычно, не выдерживаю:

– Как ты там оказался?

– Зачем тебе понадобился этот сопляк?!

– Не знаешь, зачем девушки общаются с мужчинами?
– спрашиваю язвительно.
– И какая тебе разница?!

– С мужчинами, могу предположить, а с этим ребенком ты что делала? Еще раз узнаю, что ты с ним, будут проблемы!

– У тебя?

– У тебя. Выходи, приехали!
– Офигеть! Он приехал, забрал ее со свидания, между прочим, приятного, чтобы отчитать и отвезти домой? Он, определенно, не вполне нормален.

Глава 8

Вечер я провела в мучительных раздумьях и увлеклась так, что задремала только в четыре утра. Если учесть, что просыпаюсь я без пяти шесть, времени на сон осталось крайне мало. О чем я думала? Естественно, чем я так прогневила Небеса, что мне постоянно моральные уроды встречаются. Вот для чего я встретила Всеславского? Это у Артема такая фамилия, красиво, правда? Все в нем красиво: и внешность, и одежда, и машина, и имя, и фамилия. Только внутри - непонятно что. Вроде, когда чуть приоткроется, хорошим человеком кажется, настоящим, но почему ведет себя как реальный мудак? Вернее, совершенно нереальный мудак с нереальным уровнем мудизма. Что ему от меня надо? Не пристает... если бы воспылал ко мне любовью с первого взгляда (три ха-ха), такой как Артем, не стал бы терять времени, я бы уже давно оказалась в его постели, и на этом все закончилось бы. И, думаю, его даже не заинтересовало бы, хочу я этого или нет. А что еще с меня взять? Может, очередная ошибка? Точно! И этот сделал неправильные выводы! Надо с ним поговорить, разубедить, объяснить, и все. Позвоню ему завтра, вернее уже сегодня.

Приняв решения, я собралась засыпать с чистым сердцем, но, непонятно зачем, в голову взбрело сравнить Артема и Рому. Рому я пока видела только с хорошей стороны, прямо золото, не человек. А Артем... слишком много в нем стремления доминировать, думает он только о себе, он избалован и полностью развращен вседозволенностью и доступностью всего на свете. Только почему я таю в его присутствии, а с Ромкой больше убеждаю себя, что таю? Неужели, на уровне подсознательного так притягивают его деньги? Нет, этого просто быть не может! Его уверенность в себе - да, его властность - может быть, но деньги? Впрочем, какая разница? Мы поговорим, и он исчезнет из моей жизни навсегда. Из жизни, из мыслей, из сердца. Это - хорошо. Так должно быть. С этими мыслями я отключилась.

Утро было безрадостным: бабуля пугала странной раздражительностью. После приступа она резко успокоилась, повеселела и стала вести себя совершенно нормально, новая волна злости, скорее всего, предшествует очередному приступу. Что случится на этот раз? Пойдет по улицам с ломиком в саквояже, устроит массовые погромы? Самое страшное - ожидание страшного, жаль только, что Лариса ничего не хочет видеть и воспринимать. Приятности утра этим не ограничились. Сломался электрический чайник, и мне пришлось покинуть дом без завтрака - не могу я с утра есть, если на столе не стоит чашечка с бодрящим напитком. В метро я еле вырвала свою горячо любимую сумочку из загребущих рук цыганки, решившей, что ей она намного нужнее. Ну и, конечно, я опоздала на первую пару, которую вел сам господин Пупок, ненавидевший непунктуальность. Может, не стоит сегодня с Артемом разговаривать? Хотя, такому 'прекрасному' началу дня подойдет не менее 'прекрасное' его окончание, должна же быть гармония?