В такт твоей музыке
Шрифт:
— Ты прав. Я займусь своей жизнью, — соглашаюсь с ним. — Но только не потому, что с тобой может что-то случится. Даже слышать этого не хочу!
— Понял-понял, — смеется Петя, нежно гладя меня по спине, словно успокаивая. — Люблю тебя.
— И я тебя люблю, — отстраняюсь и нежно целую его в губы. — Надеюсь с плохими новостями всё на сегодня?
— Больше я ничего не припас, — пожимает Петя плечами, и я спокойно выдыхаю.
— И слава богу!
Затем мы решаемся больше не тормошить грядущее, а окунаемся в нежность поцелуев и объятий стараясь пока не думать ни о чём.
Петя
Собрав вещи ещё раз прокручиваю в голове список того всё ли я взял. Ничего особого мне не было нужно. Половину можно купить на месте с учётом того, что мои люди если надо снабдят меня чем угодно. Ручной клади в виде личных и важных вещей мне вполне хватало.
Было грустно вот так вот оставлять Лию одну, но это мой долг. Я обязан выполнить свою работу, ведь такое отец не поручит даже тайному сектору. Хотя боюсь и их помощь мне потом понадобится.
Розысками брата пока занимаются в очень тихой форме. Все будут ждать, когда я подам сигнал при наступлении благоприятного момента, чтобы не спугнут брата. Паша достаточно умный и внимательный, чтобы понять, что его ищут. А вот, что я поеду расчищать его территории подумает вряд ли. С моей то любовью к выездным заданиям, да и вдобавок к тому, брат скорее всего не знает, что мы осведомлены о том, что он жив.
Мы с Лией решили, что пока меня нет она поживёт в нашей квартире. Да нашей. Я и не переставал так думать, пусть ей сейчас это осознавать и было немного странно. В какой-то степени мой вынужденный отъезд Лие был даже на пользу. Будет время разобраться в себе, в том действительно ли я ей нужен, как член династии и идентифицировать себя как цельную личность, не разделяя воспоминания на до и после.
— Поедешь меня проводить или тут останешься? — спрашиваю, глядя на открытую сумку, чувствуя, как руки Лии обнимают меня сзади.
— Дурак что ли?! Конечно поеду, — так и слышу, как она обиженно дует губки.
— Ну мало ли, — улыбаюсь, застегивая молнию на сумке.
— Точно всё собрал?
— Точно!
— Твой рояль без тебя запылится, — с нотками грусти замечает Лия.
— А я думал ты будешь его протирать, — конечно понимаю, что она имела в виду другой контекст, но не могу не подколоть.
— Павлов, блин. Я вообще-то уже скучаю.
Начинаю осознавать, как мне не хватало этих глупых бытовых разговоров всё это время. И как долго я не буду слышать в свой адрес нечто подобное. Моя работа может показаться кому-то захватывающей и интересной, но только не мне.
— Я тоже уже скучаю, родная, — признаю и разворачиваюсь к ней.
— Вернись с новой песней, ладно? — просит Лия, обнимая меня за шею.
— Тогда с тебя тоже песня.
— Ладно. Мы слишком давно не пели, не занимались музыкой и меня это только расстраивает, — прекрасно понимаю Лию, так как сам по этому скучал.
— Поехали. Машина уже на месте.
Беру вещи, и мы отправляемся на выход. Всю дорогу мы молчим, уткнувшись в друг друга. Поговорить при желании можно и на расстоянии, а вот почувствовать телом тепло того, кого любишь вряд ли. Стараясь запомнить каждое ощущение, я брал его с собой. Тепло её кожи, запах, то, как органично она помещается в моих объятиях, её мягкие волосы, нежность прикосновений, вкус её губ — всё это надёжно зафиксировано у меня в голове и поедет туда со мной.
Не хочу её отпускать, но есть такое слово как — надо. Причём нам двоим. Ладно, хватит думать о грустном. Лучше буду предвкушать нашу долгожданную тёплую встречу. Будет стимулом закончить быстрее.
Добравшись до личного самолёта династии, выходим наружу. Стоя у трапа самолёта и глядя друг на друга сердце начинает колотится как бешенное. Неужели я улетаю. Так просто. Ведь мне совсем не хочется её отпускать. Но я же вернусь.
А вдруг время пролетит так быстро, что даже не замечу? Ведь знаю же, что как только сяду в самолёт мой мозг настолько погрузится в работу, что всем остальным потом придётся меня ещё оттуда вытаскивать.
— Кстати всё хотела спросить. А что на флэшке? Я ведь оказывается и в самом деле этого не знаю, — смеется Лия указывая на цепочку на моей шее.
Недолго думая, достаю её из-под футболки и сжимаю в ладони.
— Там моё сердце и мои грехи. Напоминает мне каким я быть не должен и за что стоит цепляться. Я не хотел тебе об этом рассказывать, так как боялся тебя напугать. Но в свете последних событий, думаю, что узнать тебе всё же стоит. Если примешь меня таким, то кто знает… Может нас ждёт настоящее совместное будущее, — снимаю с себя цепочку с флешкой и одеваю её на Лию. — Сбереги её для меня.
У Лии на глазах наворачиваются слезы, но видно, как она старается их сдержать.
— Вернёшься за флэшкой? — спрашивает она, нервно сглатывая слюну, глядя на новое приобретение, видимо не в силах поднять на меня взгляд.
— Нет. Вернусь к тебе, — поправляю Лию и сам не в силах больше сдерживать эмоции целую её.
Аккуратно раздвигая её нежные сладкие губы языком, отдаюсь ощущениям делая этот поцелуй запоминающимся и наполненным. Это то, что мне тоже хочется увезти с собой. Только как сяду в этот чёртов самолёт пойму, что этого будет мало. Да всего будет мало, если рядом не будет её.
Понимаю, что хожу по краю за ручкой с мыслями, кричащими мне «останься». Нет-нет-нет. Я должен ехать. А сам ещё с большей силой целую Лию, нежно прижимая её к себе положив руку на затылок осторожно пропуская её волосы сквозь пальцы.
Когда наше общее дыхание заканчиватся, и мы отстраняемся друг от друга, напоследок её обнимаю.
— Буду ждать, — скучающим голосом, шепчет Лия мне на ухо.
— Куда денешься, — улыбаюсь и также шепчу ей в ответ.
Распускаем наши объятия, и я сажусь на самолёт. Отдав багаж на входе, направляюсь к своему месту и вижу, как рядом с ним расположилась Настя.
— Помнится, Пётр Александрович, вы говорили никаких выездных заданий, — улыбается она, глядя на меня через очки.
— Приходится нарушать собственные правила, — вздыхаю, устраиваясь на своё место.
— Только давай не как в прошлый раз.
— Если будет как в прошлый раз пристрели меня сразу, — воспоминания немного отдают дрожью, и я начинаю замечать, что ощущаю себя абсолютно голым без флэшки.
— Нас ждёт очень много работы, — предвкушая, говорю я. — Готова?
— Конечно, Пётр Александрович. Я всегда готова.