Чтение онлайн

Ольга тогда только головой покачала, но, хотя и обидно было до слез, посоветовала Ирке, прилетевшей в Питер "пообщаться", от предложения отказаться. Кирилл-то ни в какое Брюгге поехать не мог, у него диссертация... планы, карьера.

— А у меня? — Спросила Ирина. — Если любит, все бросит.

Но, разумеется, не бросил. Трагедия? Отнюдь. Через полгода Ирина познакомилась в Брюсселе с молодым очаровательным еврократом. Александро ди Скоцци на итальянца – как представляла их Ольга – похож не был. Скорее на какого шведа-норвежца: золотистый блондин с правильными чертами лица и васильковыми глазами. Вы представляете себе, что это такое, если в комплекте идут метр девяносто два роста и атлетическое телосложение, довольно высокий интеллект – IQ конечно, не Иркины сто сорок три, но все-таки сто двадцать – образование и весьма перспективная работа. Ольга представляла. Теоретически. Но тут, мало того, что итальянец был по уши влюблен в Ирину, сама Ирка умудрилась влюбиться в него ничуть не меньше, чем была влюблена в свое время в Кирилла. И вот любовь-морковь, свадебное путешествие на Гавайские острова — Ольга даже позавидовала немного, но исключительно про себя – и... Дальше Ирина начала методично рожать детей, одновременно пописывая женские романы на немецком и русском языке. Мальчик – роман, девочка – два романа, еще одна девочка – еще две книжки, и так далее. В общем, пять детей, одиннадцать книг, и докторская по творчеству Магритта. А пока она занималась детьми и книгами, Александро делал карьеру. Два года в Брюсселе, два года – в Нью Йорке, год в Женеве, и вот теперь Вена.

— Ты должна приехать к нам на Рождество.

– Ирка, — решила отшутиться Ольга, у которой просто не было сейчас денег на такую поездку. — Я же православная...

— Билет я тебе уже купила, — оборвала ее Ирина. — Получишь в аэропорту. Шенген у тебя до февраля – знаю. Жду.

Так Ольга и попала на католическое рождество в Вену, ну а коли так, то уж из Вены в Прагу, куда собралась ее единственная и лучшая подруга — Таня, грех не подскочить. Что может быть романтичнее, чем встретить Новый Год в красивейшем городе Европы?

— Облизываю. — Согласилась Ольга и посмотрела на сестру, полчаса обзванивавшую многочисленных своих друзей в поисках оказии. — И "на ком" же я еду?

— Ты едешь на черном бронированном "Хаммере"! — Радостно выпалила сестра. — Один наш знакомый, вообще-то он, наверное, торгует наркотиками... Шучу! — Сразу же подняла вверх руки Ирина, увидев реакцию Ольги. — Не волнуйся, милая. Он торгует оружием... но на совершенно законных основаниях. Так вот, Федя едет в Прагу, и он... Нет-нет, приставать он к тебе не будет. Его подружке шестнадцать и она будет в машине.

По-видимому, у Ольги снова изменилось лицо, потому что Ирина снова всплеснула руками и заявила:

— Ну, хватит привередничать! Это его проблемы. Посадят за соблазнение несовершеннолетней, так его, а не тебя. Но ведь не посадят, адвокатов наймет, да и ляльке нравится!

Грейс позвонила, когда уже объявили посадку на рейс Тель-Авив — Амстердам.

– Hola, querido! — Сказала она, как только Олег ответил на вызов.

— Ты, как всегда, вовремя, солнышко, я уже собирался отключить мобильник. — Говорить по-испански он мог, но не любил, особенно по телефону. Слишком большого напряжения это от него требовало.

— Ты уже начал пить? — Вопрос был традиционный, ответ, впрочем, тоже.

— Я еще не пересек границу, — бросил Ицкович свою реплику и заинтересованно посмотрел на короткую очередь, выстроившуюся на посадку.

— Ах, да, я и забыла! — Хохотнула Грейси и задала следующий вопрос. — Ну, хоть девку-то ты себе уже присмотрел?

— А ты? — Вопросом на вопрос ответил Ицкович.

— Олег, ты в своем уме? — Кажется, сегодня ему таки удалось поймать жену впросак.

— А что такое? — Как ни в чем, ни бывало "удивился" Олег.

— Я женщинами не интересуюсь! — Отчеканила Грейси.

— Я имел в виду, кабальеро! — Откровенно усмехнулся Олег. — Кабальеро ты себе уже подобрала?

— Да, — улыбнулась Грейси. — Он высок, черноволос и черноглаз.

— И зовут его Антонио Бандерос.

— Нет, милый, его зовут дон Педро! Ну, а как выглядит твоя "зазноба". — "Зазноба" она сказала по-русски.

— Она рыжая и зеленоглазая, — уверенно отрапортовал Олег, заметив в очереди рыжую девушку. Правда он не знал, была ли она и в самом деле зеленоглазой, но пропорции девичьего тела радовали глаз.

— Уверен? — Строго спросила Грейси.

— В чем?

— Что тебе нравятся рыжие? Раньше ты западал на блондинок.

— И поэтому женился на брюнетке, — снова усмехнулся Олег.

Женушкина подколка, была достаточно прозрачна. Третьего дня, когда Олег был в душе, она приняла звонок на его сотовый – довольной поздний, потому подумала что случилось что-то серьезное, а звонила Татьяна. Грейси сунула ему трубку чуть не под струю: "Твоя из Москвы, с Новым годом поздравляет" — хихикнула и закрыла дверь ванной.

— Меня зовут на борт, — заторопился он, заметив призывные знаки стюардессы.

Очередь рассосалась на глазах.

— Ни в чем себе не отказывай! — Напутствовала его Грейс. — Но береги печень, а то доктор Дойч опять сойдет с ума!

— Ты тоже не делай глупостей, — ответил Ицкович. — Все хорошо в меру! И предупреди дона Педро, что у тебя иногда заскакивает поясница.

— Сукин сын!

— Так точно, любимая!

— Отдыхай!

— И ты тоже, дорогая.

Разговор был хороший, и у Олега даже настроение поднялось. Он страшно не любил путешествовать в одиночку, хотя довольно часто вынужден был это делать. Однако настроение – особенно в начале дороги – у него портилось всегда. Грейс это знала и звонок свой рассчитала просто идеально. Но, с другой стороны, что еще можно ожидать от любящей латиноамериканки после двадцати пяти лет счастливого брака.

"Только не того, что она смотается на месяц к своим родственникам в Уругвай".

Однако, если бы Грейс Ицкович не уехала в Монтевидео и "далее везде", которое означало все эти сельские "фазенды" ее многочисленных родственников и друзей, то и Олег, соответственно, не смог бы поехать в Амстердам на встречу со старыми друзьями.

Так уж вышло, что у Степы Матвеева – редкий случай – конференция прямо в предновогодние дни, и ни где-нибудь, а в Утрехте. И Витька Федорчук по своим торговым делам как раз оказался во Франкфурте, что по европейским масштабам, считай, рукой подать. Ну, как тут не прыгнуть из Тель-Авива в Скипхол? То есть, если бы Грейс была дома... Но Олегу повезло. Грейс, которая по совместительству была еще и великолепным сосудистым хирургом, иногда ездила на родину оперировать в одном из частных госпиталей Монтевидео. Поехала и сейчас, прихватив с собой и дочь. Ну, а взрослые сыновья жили уже своими собственными жизнями. Так что...

"Гуляем! — Подытожил свои размышления Олег и посмотрел в иллюминатор. За стеклом было темно. — Как полагаете, доктор Ицкович, пересекли мы уже государственную границу?"

"Полагаю, что пересекли".

Олег сунул руку в карман повешенного на крючок плаща, который он взял с собой за неимением теплого пальто, и достал оттуда фляжку шотландского виски, которую купил в дьюти фри.

— На борту нашего лайнера запрещается распивать алкогольные напитки! — Сурово и с чувством неподдельного возмущения произнес мужской голос откуда-то сверху – сбоку.