Чтение онлайн

Погруженный в такие думы, я декламировал про себя стихи на иероглифах воеводы Нам И, которые в ученические годы в Чхандокской школе помог разучивать мне дед по материнской линии. Если расшифровать эти стихи, то все это означало следующее:

Очищу гору Пжту от камней, точа меч на них.

Иссушу реку Туман, напоив коня водой.

Если мужчина в двадцать лет не добьется мира в

Кто из наших потомков назовет его мужчиной? Тогда же мой дедушка рассказывал мне о том, как воевода Нам И прославился боевыми подвигами в битвах за разгром врага на севере и в возрасте лет 20 стал начальником военного приказа. Он повторял; «Когда ты подрастешь и возмужаешь, будь командиром войск или начальником авангарда в сражении за разгром японских самураев».

Слушая его рассказ, я очень сожалел о нелепой гибели воеводы Нам И из-за козней и предательства одного из подданных и твердо решил в душе: «Когда подрасту и возмужаю, буду идти в первых рядах в войне против иноземных захватчиков. Буду, как воевода Нам И, посвящатьсебя борьбе за безопасность страны и народа». «Если воевода Нам И, опираясь на шесть военных поселений, отбил нашествие противника с севера, то мы, опираясь на полупартизанский район шести уездов, перенесем арену вооруженной борьбы в глубь страны и будем готовить врагу западню, будем приближать разгром японских империалистов», — так клялся я на вершине горы Ванчжэ.

На горе докладывали мне о положении в стране и о своей деятельности подпольщики и руководители революционных организаций. С удовольствием отметив успехи в работе по созданию опоры для продвижения антияпонской революции в массах в шести уездах и других северных пограничных районах, я вдохновлял людей на новые подвиги, выдвинул перед ними ряд задач по развитию и распространению вооруженной борьбы в Корее. Притом я особо подчеркнул идею создания полупартизанских районов. Тогда же мы решили создать полупартизанские районы в разных местностях страны, главным образом в районе Онсона. Одновременно было решено подготовить в густых зеленых рощах явочные пункты, а также опорные пункты для дальнейших действий и таким образом заложить основу для развития и распространения вооруженной борьбы внутри страны.

На Ванчжэсанском совещании были обсуждены задачи по тесному сплочению всей нации в единую политическую силу под знаменем единого антияпонского национального фронта, основанного на рабоче-крестьянском союзе. Были затронуты и задачи революционных организаций Кореи по активизации массового движения и подготовки к созданию партии.

Продвижение партизанского отряда в Онсон послужило прелюдией к развитию и распространению антияпонской вооруженной борьбы в Корее, стало новой вехой в развитии национально-освободительной борьбы. Совершив этот поход в свою страну, мы заявили всему миру о нашем несокрушимом убеждении и наших позициях, что борьба корейских коммунистов за корейскую революцию является их священной задачей и неприкосновенным, абсолютным правом.

Продвижение антияпонского партизанского отряда в Онсон и весь ход Ванчжэсанского совещания свидетельствовали о правильности нашего решения насчет создания полупартизанских зон вокруг полностью партизанских районов и внутри страны. Они также показывали, что вполне назрели субъективные и объективные условия для создания полупартизанских районов в Цзяньдао и районе шести уездов Кореи.

После Ванчжэсанского совещания мы, продвинувшись на остров Рюда и в Паксоккор в Кенвоне (Сэпер), а также на сопку Кымсан под деревней Синхын уезда Чонсон и во многие другие районы Кореи, организовывали собрания и семинарские занятия, занимались подпольной деятельностью. Главная цель, которую мы преследовали здесь, заключалась в том, чтобы научить руководителей действовавших в стране революционных организаций и партизан-подпольщиков принципам и методам, которых им нужно было придерживаться в подпольной революционной деятельности.

Мы часто бывали внутри страны и встречались с революционерами для того, чтобы вооружить их знанием нашей самостоятельной революционной линии и методами работы и надежно подготовить их к тому, чтобы они успешно и инициативно возглавляли в сложной обстановке практическую борьбу. Обстоятельная политическая и деловая подготовка руководителей и всего актива действовавших в стране революционных организаций была первейшим условием успешного создания полупартизанских районов.

Посланный нами тогда руководящий актив проник в глубь страны, установил тесные контакты с профсоюзами и с крестьянскими союзами, отдававшими все силы антияпонской борьбе. Наш актив повсеместно организовывал революционные массовые организации, а подпольщики охватили своей деятельностью Сеул, а также районы южной части Кореи.

Решающую роль в создании надежных полупартизанских районов в зоне шести уездов и в достижении подъема революционного движения в стране играли партийные организации, созданные в бассейне реки Туман.

Впоследствии руководители Восточной Маньчжурии приняли наше предложение о создании полупартизанского района как определенный курс и наметили задачу по претворению его в жизнь. Находились, конечно, такие, кто критиковал наше глубоко продуманное предложение о создании полупартизанского района, трактовал его как правый уклон. Но такая критика тут же получила резкий отпор.

В советских районах Восточной Маньчжурии с весны 1933 года активизировалась борьба за создание полупартизанских районов. Были созданы такие районы в Лоцзыгоу, Дахуанвэе, Чжуаньцзяолоу, Ляншуйцюаньцзы и других обширных местах Ванцина, Яньцзи, Хуньчуня, Аньту, Хэлуна. Созданные к этому времени полупартизанские районы внесли большой вклад в развитие антияпонской вооруженной борьбы. Некоторые полностью партизанские районы, неблагоприятные для обороны, были переведены в полупартизанские.

Среди старост поселений, назначенных государством Маньчжоу-Го, было немало тех, кто поддерживал и сочувствовал нам. Например, во всем районе Лоцзыгоу, кроме городского центра, везде и всюду был создан наш мир, жили и действовали люди с нашей стороны.

Правота линии на создание полупартизанских районов и опыта, приобретенного в этом деле, была полностью подтверждена позже деятельностью Корейской Народно-революционной армии в районе горы Пэкту.

Очень хорошо зарекомендовал себя полупартизанский район. Поэтому во второй половине 30-х годов, когда мы про двинулись в бассейн реки Амнок, чтобы развернуть деятельность в районе горы Пэкту, мы создали тайные лагеря только в тех местах, где пребывали отряды революционной армии. Все остальные же местности превратили в полупартизанские районы. Независимо от того, каким был район — «красным» или «белым», мы создавали в массах революционные организации, направляли туда подпольщиков. Причем мы не находились там постоянно, а передвигались из одного района в другой. Враг сосредоточил свои силы и внимание в одном районе, а мы уже перебазировались в другой. В то трудное время много родилось подлинных патриотов — старост поселений, старост стадвориков, старост десятидвориков, начальников волостных управ, полицейских, охранников, таких, как Чон Дон Чхор, Ли Хун, Ли Чжу Ик (Ли Чви). Тогда мы подготовили множество способных подпольщиков и внедрили их во вражеские структуры управления низших инстанций. Немало чиновников этих органов, хотя они и не были подпольщиками, направленными нами, оказывали поддержку делу революции. Конечно, все было результатом нашей кропотливой работы с ними. Днем они выполняли распоряжения Маньчжоу-Го, проявляя для вида активность и лояльность. Но как только скрывалось солнце за горой, те же люди становились проводниками для отрядов революционной армии, встречались с ее подпольщиками, чтобы передать им добытые днем сведения, собирали пожертвования для революционной армии. Полупартизанские районы, созданные в Восточной Маньчжурии и в Корее, служили надежными спутниками, охраняющими воинов и население освобожденных районов, защищая установленную там народную власть и закрепляя результаты демократических преобразований.

Превращение обширных местностей вокруг полностью партизанских районов в полупартизанские позволяло антияпонским партизанским отрядам проникать в глубь вражеских зон, вести там работу по революционному воспитанию масс, расширять сеть партийных, комсомольских и друг их авангардных организаций, а также различных массовых формирований. В результате стало возможным еще более укрепить опору антияпонской вооруженной борьбы в массах и перейти от пассивной обороны к активному наступлению. Переход антияпонской войны к активным наступательным действиям дал нам возможность сорвать гнусную экономическую блокаду противника, успешно разрешить вопросы с продовольствием, которые являлись самой сложной головоломкой в партизанских районах.

Создание полупартизанских районов привело к преодолению не только левацкого уклона, сторонники которого, разделив районы на «красные» и «белые», толкали массы в объятия противника. Оно позволило нам объединить широкие народные массы в единую политическую силу под знаменем единого антияпонского национального фронта, преодолеть низкопоклонство и догматизм, а также внести большой вклад в развитие корейской революции с нашей собственной позиции.

Самыми образцовыми в Ванцине были полупартизанские районы Лоцзыгоу и Ляншуйцюаньцзы. Большая заслуга в превращении Лоцзыгоу в полупартизанский район принадлежит Ли Гвану. Направленный в Лоцзыгоу, Ли Гван проводил кропотливую работу среди китайских антияпонских отрядов, вел также работу с выходцами из Армии независимости. Итак, он создал прочную основу, на которую мы могли всегда опираться.