Чтение онлайн

Неужели ей что-то сказала миссис Харди? Нет, вряд ли. К сожалению, Памела наверняка сама слышала первые реплики Броуди.

– Да, - призналась Элли.
– Мы были знакомы давно-давно, однако не виделись больше десяти лет.

– По-моему, вы были не просто друзьями.

А может, ей что-то сказал Броуди?

– Почему ты так решила?

– Он так на тебя смотрит, когда ты его не видишь!

Элли слегка разозлилась на себя. Будь проклята ее непритязательность, потому что ей так хотелось узнать больше!

– Ерунда все это, - бросила она и отвернулась, прежде чем Памела смогла увидеть румянец на ее щеках.

Глава 6

Квечеру миссис Харди обрела второе дыхание и поведала длинную историю своих друзей, которые отправились в морской круиз, их корабль получил повреждение, и спасатели прибыли только через пять дней. Поведав о заигрываниях одной из пасс жирок с судовым казначеем, она добавила:

– Ну, вы знаете Долорес.

Памела ни с того ни с сего вспылила:

– Нет! Нет, я не знаю ни Долорес, ни всех этих придурков, о которых вы рассказываете. И знать не хочу. Пожалуйста, оставьте нас в покое.

Морщинистое лицо миссис Харди сморщилось, еще сильнее, и на глазах у нее появились слезы.

Мистер Харди испепелил Памелу взглядом, но не промолвил ни слова, только похлопал жену по руке.

– Сука, - вырвалось у капитана Рамано.

Памела повернулась к нему:

– Это вы во всем виноваты. Вы и ваш дрянной самолетишко.

Элли затаила дыхание. Неужели капитан Рамано сейчас скажет, чья это на самом деле вина? Однако он лишь запрокинул голову и закрыл глаза.

– Вы ничего не понимаете в том, о чем говорите, леди, - вступился за друга Ангус.
– Вы остались живых благодаря капитану Рамано.

Памела повернулась к нему:

– Вам не надо было лететь в такую непогоду. Я на вас в суд подам. На каждого, кто к этому причастен.

Элли поднялась:

– Слушай, мы все сейчас на взводе. И у каждого может что-то сорваться с языка. Но надо взять себя в руки. Мы нужны друг другу. Чтобы выжить, нам надо действовать, и действовать слаженно. Памела тихо выругалась, Элли внимательно на нее посмотрела. Наконец Памела махнула рукой и промолвила, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Ладно. Прошу прошения.

Все облегченно вздохнули. Молодчина Элли, подумал Броуди. Однако новый и взрыв раздражения был лишь вопросом времени. Пройдет несколько томительных часов - и самый уравновешенный из них потеряет выдержку.

Нет, ждать у моря погоды им нельзя. За последний час он твердо решил что-то предпринять. Отправиться за помошью. Другого выхода просто не было.

Он вышел из самолета подкинуть дров в костер. Они с Элли набрали достаточно сучьев, чтобы поддерживать огонь несколько дней. Продукты скоро закончатся, но у них достаточно воды. Не слишком много, однако на первое время хватит. Вдобавок Элли объяснила, какие фрукты съедобны, и какие - нет.

Ждать, пока кто-то отыщет место аварии, нельзя. Он же был бойскаутом. К тому же получил высшую степень отличия - значок «Скаута-орла». Знал, как ориентироваться по солнцу и делить отметки, чтобы найти дорогу обратно.

С рассветом он отправится и путь.

Послышались шаги. К его уди млению, подошла Элли и встала рядом у костра. Почти весь день они без необходимости не разговаривали. И сейчас с минуту оба молчали. Наконец они повернулась к нему:

– Я пойду за помощью.

Нет. Это его дело.

– Если кому-то и надо отправиться за помощью, то только мне.

– Почему?

Простой ответ «Потому что ты женщина» не годился.

– Потому что я уже принял решение: пойду сам, - заявил он не вполне убедительно.

– Ты не знаешь джунглей. А я знаю.

– Ты нужна здесь. К тебе прислушиваются. Ты любого можешь успокоить.

– У нас есть раненые. И только ты можешь им по-настоящему помочь.

– Я не могу ничего больше сделать ни для Ангуса, ни для капитана Рамано. И боюсь, что время работает против Ангуса. По-моему, у него заражение. Каждый час без антибиотиков приближает его к ампутации. А может, и к гибели. Мне надо идти, и как можно скорее.

– Какой у тебя план?

Он пожал плечами:

– Идти, пока не найду помощь.

– В каком направлении?

– На север. Мы к югу от Амазонки. Если я до нее доберусь, то наверняка встречу кого-нибудь, кто нам поможет.

– Слишком далеко. Будешь идти несколько недель.

Возможно, она права. Но ему это казалось лучшим решением.

– Тогда пойду на юг, к столице Бразилиа.

Она покачала головой:

– До аварии мы летели минут двадцать. Ангус сказал, что со скоростью двести пятьдесят узлов, то есть триста миль в час. Держали курс на север, с отклонением в тридцать градусов. Думаю, мы в ста тридцати милях и немного восточнее Бразилиа. Если я права, отсюда два дня пути до Мантау. Это небольшая деревня к востоку от нас, и у меня там есть хороший знакомый. Вот почему с рассветом надо идти именно мне.

Ее математические подсчеты произвели сильное впечатление. А уверенность в собственных силах очаровывала.

Однако ее упрямство чертовски раздражало.

– Но…

– Броуди, - ее голос смягчился, - ты всегда старался заботиться о ближних. Наверное, потому и стал отличным врачом. Твоя забота очень ценна. Но одному тебе не справиться. А я скривлюсь.

Он смерил ее взглядом. Такая красивая в свете костра. Так старается его переубедить. Отпускать ее одну нельзя ни в коем случае. Оставался только один выход. Однако особой радости он не вызывал.

– Пойдем вместе, - сказал он.

Она уставилась на него.

А у него мелькнула мысль, что она может уступить. Что идея о непростом походе вдвоем изменит направление ее мыслей. Ведь им придется как-то ладить друг с другом.

– Находишь это разумным?
– спросила она.

– Черт, нет.

Ему почудилась искорка боли н ее глазах, но он не был в этом уверен. Может, просто отблески костра.

– Выходим на рассвете, - согласилась она.

– Отлично, - процедил он сквозь зубы.

Элли повернулась и молча ушла. А он стоял у костра и слушал звуки джунглей. Шелестели листья, чирикали и кричали птицы. Не требовалось особого воображения, чтобы представить, как за ними следят чьи-то глаза.

Через несколько минут он вернулся в самолет. Там ему показалось тесновато, а влажный воздух был пропитан человеческим страхом и раздражением.

Миссис Харди порылась в своей сумке и достала конверт. В нем лежала дюжина фотографий.

– Кто это?
– спросила Памела, очевидно желая загладить свою вину.