В западне
Шрифт:
Элли посветила на него. Он тяжело дышал.
Живой. Он шевельнул ногами, а потом и руками
– Осторожнее, - сказала она.
– Вам придавило спину.
Мужчина замер.
– Сейчас мы это уберем.
– Она повернулась к Памеле.
– У меня действует только одна рука. Хотя вдвоем мы справимся.
Но кому-то надо было держать фонарик, потому что в темноте у них ничего бы не получилось. Она шагнула к пожилой пассажирке. Теперь ее глаза были открыты. Полны тревоги.
– Меня зовут Элли, - представилась она.
– А я - миссис Харди. Беатрис Харди. Надо помочь моему мужу.
– Помоги, Беа, - промолвил он.
– Мне не двинуться.
Примерно то же говорил второй пилот.
– Я им займусь, - пообещала Элли.
– Но сначала надо помочь мужчине впереди. Посветите нам фонариком. Можете его подержать?
Пожилая пассажирка отстегнула ремень, встала и взяла фонарик. Они вернулись в нос самолета. Элли и Памела начали вместе помогать мужчине, а придавивший его кусок обшивки убрали прочь. Он оказался весьма тяжелым, а Элли держалась правой рукой за бок и двигалась с трудом. Шея и плечо сильно болели, ее подташнивало.
Наконец они высвободили мужчину. Она слышала, как он устраивается на своем кресле, однако в полумраке плохо его видела. Элли посветила на мужчину впереди, прямо ему в глаза.
– Эй!
– Он прикрыл лицо ладонями.
Она выключила фонарик. И мгновенно забыла о своих травмах.
Только что она вспоминала о Броуди — и вдруг увидела его прямо перед собой.
И услышала его голос.
Она глазам своим не верила. Испытала шок. И боль. У нее дьявольски заныло плечо. Но зрение ее не обманывало.
О нет. Она хорошо помнила этот подбородок.
– Броуди?
– спросила она прерывающимся голосом.
Знакомый подбородок приподнялся, и он взглянул прямо на нее карими глазами. Осмотрел ее сверху донизу. Несмотря на полумрак, хотя он не мог ничего толком разглядеть, ей захотелось куда-нибудь убежать и спрятаться. Тринадцать лет прошло. А казалось, все было вчера.
– Добрый вечер, Элли, - натужно проговорил он.
– Еще одно подтверждение: как бы плохо нам ни было, всегда может быть еще хуже.
Глава 2
Он тотчас же пожалел о своих словах. Все эти годы Броуди думал о тысячах вещей, которые хотел сказать Элли, если их пути снова пересекутся. И произнесенная им фраза в это число не входила.
У него совсем упало настроение, когда она сокрушенно вздохнула. Он уже собирался извиниться, когда она шагнула к нему:
– Это Памела. Мистер и миссис Харди, обоим за семьдесят. Всего пятеро пассажиров. Два члена команды. У второго пилота открытый перелом ноги, а первый едва не теряет сознание, и у него повреждена голова. Связи нет.
Точный и лаконичный доклад не прояснял, однако, как она оказалась на борту.
Черт, у него так болела голова. Когда самолет стал крениться, вещи начали летать по салону и что-то сильно его ударило. На некоторое время он потерял сознание. А придя в себя, услышал, будто в сладком сне, голос Элли. Когда она подошла ближе, чтобы высвободить его из-под обломков, он почувствовал ее пьянящий аромат и едва не потерял сознание снова. Что-что, а ее восхитительный запах никогда ему не снился.
Затем она произнесла его имя, и он едва не выпрыгнул из собственной кожи.
Сколько раз прежде она его окликала: «Броуди?» своим густым голосом, немного ниже, чем у большинства женщин. Сначала он звучал дружелюбно. Потом страстно, причем весьма скоро. И радостно, как ему тогда казалось. Наверное, этот голос наполнился сожалением, когда она уходила, но об этом ему узнать не довелось. Она лишь оставила записку.
А сейчас было не самое подходящее время для выяснения подробностей. Ему следовало заняться тем, что он умеет лучше всего.
– Еще кто-то ранен?
– спросил он.
Женщина рядом с Элли шагнула вперед:
– Нам надо вылезти отсюда. Вы должны нам помочь.
– Вы ранены?
– переспросил он.
– Нет. То есть думаю, что нет. Нам надо идти. Самолет может взорваться.
Элли представляла эту пассажирку. Как же ее зовут?
– Памела?
– Да.
– Посидите минутку не двигаясь.
– Он повернулся к Элли: - Я слышал, ты говорила что-то о своей руке?
– Ничего страшного, - промолвила она, не обращая внимания на боль.
– А что с тобой?
Он встал, стараясь не стукнуться головой о клочья обшивки.
– Передвигаться могу. Сначала осмотрю членов экипажа.
Она шагнула назад, чтобы дать ему пройти. Оставалось только поблагодарить ее за это. Его нервы были на пределе. Когда второй пилот предупредил о вынужденной посадке, он приготовился к гибели. Прочитал молитву, мысленно поблагодарил за все родителей и лучших на свете друзей Этана и Мака. И подумал об Элли, которую любил и неизвестно почему потерял.
– Мне нужно немного света, - сказал он.
Она протянула руку, и он взял фонарик, стараясь не дотрагиваться до ее пальцев.
Молодой пилот сидел в своем кресле и потянулся к нему.
– Меня зовут Броуди Донован. Я врач.
– Слава богу, врач, - процедил сквозь зубы молодой человек.
– Надеюсь, вы не извлекаете младенцев на свет божий.
– Хирург-ортопед, - сказал Броуди.
– Мой самый счастливый день!
– промолвил пилот.
Броуди был не вполне в этом уверен. Он с первого взгляда понял, что у молодого человека перелом берцовой кости.
– Как вас зовут?
– Ангус Бейфилд.
– Ангус, я хочу тебе помочь, но сейчас мне надо чтобы ты не двигал ногой.
– Когда кость сломана и торчит иэ кожи, другой ее конец находится в теле и может повредить вены и артерии. Надо было скорее остановить небольшое пока кровотечение.
– Я быстренько осмотрю остальных, - промолвил Броуди. Он долго работал в зоне боевых действий. Прежде всего требовалось установить очередность оказания медицинской помоши.
– Есть ли на борту еще фонарики и аптечка первой помощи?