В заповедной глуши
Шрифт:
– Это что, часы?
– спросил Валька. Витька привстал на локтях и помотал головой:
– Нет, этот. Син-хро-фа-зо-трон, - выговорил он сложное слово.
– Ё-моё!!!
– Валька привскочил.
– Час! Час дня! Я до стольких не спал никогда!!!
– Нашёл почему болеть...
– проворчал Витька, но вынужден был встать, потому что Валька полез через него.
– Зато выспались.
Мальчишки нерешительно высунули носы в смежную комнату. Там никого не было. Не оказалось никого и в кабинете, и вообще в округе - даже собаки не было. Зато на "аг-регате" обнаружилась лаконичная записка:
Юноши.
Я ушёл по делам. Вернусь ближе к вечеру. Но учтите - столько спать я вам лаю в первый и последний раз!
М.С.Е.
P.S. Посмотрите на дверь снаружи.
– Постскриптум, - задумчиво перевёл Витька.
– Знаю я эти буковки... А что там на двери снаружи?
– Пошли посмотрим, - предложил Валька...
РАСПОРЯДОК ДНЯ
7.00 - подъём
7.00-7.30 - туалет и уборка в комнате
78.
7.30-8.00 - разминка
8.00-8.20 - завтрак
8.20-10.00 - работы по хозяйству
10.00-11.00 - военная и общефизическая подготовка
11.00-14.00 - занятия по школьной программе
14.00-14.30 - обед
14.30-17.00 - военная и общефизическая подготовка
17.00-17.10 - чай
17.10-20.00 - личное время
20.00-20.20 - ужин
20.20-22.30 - личное время
22.30-23.00 - вечерний туалет
23.00 - отбой
НЕ ТРЯСИТЕСЬ, СУББОТА И ВОСКРЕСЕНЬЕ - ПОЛНОСТЬЮ ВЫХОДНЫЕ !
– Да ну нафик, это что?!
– возмутился Витька. Валька пожал плечами:
– А что, нормально...
– Я вольная свободная птица, а не...
– Витька не выдержал, рассмеялся, но всё равно по-вторил: - Концлагерь какой-то... штрафбат...
– Да обычный график... Ты как хочешь, а я пойду умываться, - Валька кивнул на летний рукомойник, висящий на заборе.
За рукомойником был колодец, небольшие садик и огород, на котором явно недавно сажали картошку - она только-только взошла. После умывания Валька, исследовав всё это, вернулся на крыльцо, где Витька пил холодный компот из кружки и заедал остат-ком пряника.
– Там ещё есть, - кивнул он за спину.
Валька обеспечил себя едой и присел на перила, качая ногой. Мальчишки лениво пог-лядывали вокруг, чувствуя сейчас одинаково: им хорошо. Молчание нарушил Валька:
– А здорово здесь.
– Надо в деревню добраться как-нибудь, если с этим режимом время останется, - пре-дложил Витька, обгрызая залитый глазурью край пряника.
– Посмотреть, как там люди живут.
– Но вообще-то здесь бедновато живут, - заметил Валька. Витька усмехнулся:
– Бедновато - это когда жрать нечего и детей в школу не соберёшь. А я тут такого не замечал пока.
– Да, со школой ещё...
– Валька допил компот. Витька насторожился:
– А что со школой?
– Ну, учиться-то надо...
– Там вон целых три часа занятий записаны.
– А кто учить будет? Да и что такое три часа, не смеши...
– Ты что, как это...
– Витька наморщил лоб.
– Как их называют... Ботан?
– При чём тут ботан?
– разозлился Валька.
– Не тормози. Знания человеку нужны, что-бы были знания. Любые. Лишних не бывает никогда.
– Полно лишних знаний, - возразил Витька. Валька слегка растерялся: он чувствовал правильность своей позиции, но доказать её никак не мог.
– Зачем мне, например, знать, как правильно пишется "велосипед"? Я вот умею на нём ездить. И даже чинить. Хотя свой у меня был только...
– Витька отвернулся и начал вытрясать в рот ягоды.
– Ладно, проехали.Мы тут друг другу ничего не докажем... Пошли лучше покажешь мне те удары.
– Сначала в доме уберём.
– твёрдо сказал Валька, - и ужин заранее приготовим.
– А ты умеешь?
– насмешливо спросил Витька.
– Ну то-то. А вот я умею. Помогли тебе твои косинусы с параллаксами?
– Иди ты, - неостроумно огрызнулся Валька...
79.
... Михал Святославич явился не просто "ближе к вечеру", а уже практически в темноте, когда мальчишки опять сидели на крыльце и молчали - им почему-то разом представилось, что с лесником случилось что-то ужасное. Издалека раздался прибли-жающийся немузыкальный рёв: "Тиха вода бжеги рвэ!..", в калитку вбежал Белок и грохнулся возле ног Вальки, а через минуту появился и сам Ельжевский. Он был один, и мальчишки по молчаливой договорённости решили ничего не спрашивать о Лешем.
– Меня ждёте?
– осведомился лесник. От него пахло потом, лесом и ещё чем-то вкус-ным.
– Надо же, давно меня никто не ждал... Приятно. Ну, пошли в дом.
В доме Михал Святославич зашевелил носом и поинтересовался:
– А это что? Что-то знакомое-е...
– Ну это...
– Витька двруг страшно смутился.
– Это такая штука. Я в продуктах по-рылся, у вас всё было... мы приготовили... Это Егор любил... это польское, а вы же это. Поляк.
– Дева МарияОстробрамска...
– Ельжевский поставил в угол ружьё.
– Это... это что... бигос?!?!?!(1.)
– Ну, - пожал плечами Витька.
– Это блюдо, - Михал Святославич упёр руки в бока, - могут готовить только мужчи-ны. Женщинам и мальчишкам оно не под силу. Сейчас проверим, кто вы...
...
– Но и без всех приправ литовский бигос вкусен, - процитировал Михал Святосла-вич, отваливаясь от опустошённой второй тарелки, - в нём много овощей и выбор их искусен...(2.) Это, ребята, Мицкевич написал. Замммечательный поэт, друг Пушкина... А бигос я уже года три не ел. Я вообще-то умею его готовить, да всё руки не доходят. Да и что для одного возиться - смех...