Чтение онлайн

– Цирк - не парк, куда вы ходите грустить и отдыхать.

В цирке надо не высиживать - а падать и взлетать.

И под куполом,

под куполом,

70.

под куполом скользя,

Ни о чём таком сомнительном раздумывать нельзя...

Он замер, поднял на меня глаза. Спросил как-то недовольно:

– О чём это вы?

Я усмехнулся и продолжил:

– О надежда - ты крылатое такое существо,

Как прекрасно твоё древнее святое волшебство.

Даже если вдруг потеряна - как будто не была!
–

Как прекрасно ты распахиваешь два своих крыла...

...Похороненная заживо, являешься опять

К тем, кто жаждет не высиживать - а падать и взлетать... Понял?

– По... нял, - с запинкой сказал он. Недовольство во взгляде сменилось растерянностью, а растерянность - надеждой.

– Ну и ешь, - предложил я.
– Ешьте, ешьте, и снимаемся, а то засиделись.

2.

Пуща открылась нам после короткого подъёма на крутой склон, отсекавший край поля. Мы отшагали уже километров, чтобы не ошибиться, пять. По самой жаре. Маль-чишки, впрочем, двигались ходко и даже весело - наверное, правда хорошо отдохнули. Шли молча. Ни они ни я ни о чём разговаривали - что для меня, например, было нехарак-терно. Но молчание не было тяжёлым, как вчера.

И вот мы влезли на этот склон - только что не цепляясь руками за траву - и вста-ли на нём.

– Ого, - сказал Витька. Его лицо бронзовело от пота, а глаза расширились удивлённо.

– Как красиво, - искренне ответил Валька.

Я согласился с ними, хотя и молча. Это было "ого". И красиво. Без слов, хотя пущу я видел впервые, а уж лесов в моей жизни хватало.

В полукилометре от нас, за узкой луговиной, стояла ровно и тихо шумящая зелёная стена, испещрённая бегучими чёрными тенями. Над нею косым снижающимся кругом шёл, распластав крылья, ястреб. А дальше всё таяло в загадочной синеве, светлой и неп-роглядной. Справа над матово-серой лентой полевой дороги, уходившей в лес, дрожали струи горячего воздуха.

– Они добрались до Последнего Приюта, - пробормотал Валька, поддевая под лямки рюкзака на плечах большие пальцы. Я покосился на него:

– Читал?

Валька вздохнул:

– А то...- он поднял руку: - Ард Гален-и-эстэ...(1.) А вы тоже читали?

– Обижаешь, - покачал я головой.
– Я, наверное, один из первых толкинутых в СССР. С восемьдесят второго, когда прочитал сокращённый вариант "Братства Кольца".

– Восемьдесят второ-о-ого-о?
– недоверчиво спросил Витька, благожелательно слушав-ший нашу беседу.
– Сколько же вам лет?

– Тридцать три, - ответил я весело.

– Моложе выглядите...

– Я знаю. А ты читал, что ли, Толкиена?

– Я кино смотрел, все три серии, - сказал Витька.
– И гоблинский перевод, Егор от него угорал.

– Дурь этот гоблинский перевод, - сердито сказал Валька. Я кивнул:

– Дурь. А кино неплохое.

– Да мне тоже гоблинский не очень понравился, - признался Витька.
– Так. Посмеяться.

____________________________________________________________________________________________________________________

1. Край зелёного покоя (синдар.)

71.

– Не над чем там смеяться, - отрезал Валька.
– Это всё равно как смеяться над Вели-кой Отечественной.

– Некоторые смеются, - заметил я. А Витька отмахнулся:

– Ну это ты хватил, Валёк.

Валька дёрнул плечами и вдруг звонко пропел:

– Намариэ! Най хирувалие Валимар. Най элиэ хирува. Намариэ!

Витька покосился на него удивлённо, а я произнёс задумчиво:

– Прощай. Может быть, ты ещё найдёшь Валимар. Может быть, именно ты и най-дёшь Валимар. Прощай... Вон ты даже что запомнил!

Витька кивнул:

– Вы думаете, у меня всё будет хорошо?
– неожиданно прямо спросил он, глядя мне в глаза. Я медленно ответил:

– Виктор меня спросил, не леший ли я. А ты думаешь, что я эльф и мне всё ведомо? У меня уши не острые...

Валька рассмеялся:

– А у них уши не острые. Это выдумка. Так что кто вас знает...

– Ну тогда, - предложил я, - вспомни: "У эльфа и ветра не спрашивай совета..."

– "...оба скажут в ответ: что "да" - то и "нет"", - усмехнулся Валька. И добавил: - А ещё я вспомнил, что Зло не правит миром безраздельно(1.), - и он снова посмотрел мне в глаза - испытующе. Я выдержал взгляд парнишки и подтвердил:

– Не правит.

Витька уже спустился на луговину и махал нам рукой:

– Тут тропинка!

– Пошли, - предложил я Вальке...

...Там, где тропинка сливалась с пыльной дорогой и они вместе ныряли в лес, стоял на металлическом столбе указатель:

КОРДОН СВЯСЪЦЫ 22 км.

Ниже было подписано красной краской:

РЕБЯТА, В ВОСЬМИ КИЛОМЕТРАХ ОТСЮДА - ПРОЕЗД УЖЕ ТОЛЬКО НА ВЕЗДЕХОДЕ

– Вот такая вот музыка, - заметил я.
– В восьми километрах - только на вездеходе. Партизанский край... Я в детстве очень любил книжку "Брянский лес". В точности... Не передумали?