Чтение онлайн

Владимир тронул Олесю за плечо.

— Вставай.

Девушка не реагировала. Владимир аккуратно похлопал её по спине, и Олеся вопросительно промычала.

— Вставай. Подмога идёт.

И это было правдой. Вертолёты уже приближались к опушке.

— Да, теперь слышу. — она опустила голову. — Так странно… После тьмы во сне столкнуться с тьмой наяву.

Владимир потрепал её по плечу.

— Ничего, тебе помогут, я уверен. — но он лгал. Он видел, что глаза Олеси выгорели и смешались с веками. Ничем уже нельзя было помочь.

Владимир взял её под руку, и они вышли навстречу вертолётам.

Бывший парк окутал снег. Лес остался прежним, серым и пустым. Снежинки не могли улечься на гладких мёртвых ветках.

Под оглушительный ропот приземлился первый вертолёт. Лопасти разогнали снег, образовав пустынный круг. Приземлились четверо других. Из разинутых люков выскакивали солдаты в тёмно-зелёной форме и знакомыми нашивками на руках. Наёмники. Когда они построились в круг у вертолётов, из головной машины вышли двое офицеров в походной форме. Владимир сразу узнал полковника Орлова по его блестящей лысине и полковника Филимонова, которого ждал неприятный сюрприз. Офицеры шли в сопровождении пяти солдат и направлялись прямо к Владимиру. На их лицах сержант ничего не сумел прочесть. Только краешек губ полковника чуть шевельнулся, когда он посмотрел на Олесю. То ли он её жалел, то ли её изуродованные глаза показались ему омерзительными.

Владимир встал, но не «смирно». Теперь, после всего, что он узнал о них, никаких почестей воздавать двум лицемерным офицерам не хотелось.

Они подошли к нему и встали на ступеньку ниже. Сначала протянул руку полковник Филимонов. Владимир быстро пожал её. Ладонь оказалась влажной.

— Вы одни? — спросил он. Полковник казался невозмутимым, но в его глазах читалась хрупкая надежда. Владимир знал какого ответа он ждал: «Нет, не одни. Другие в лазарете, легко ранены, как и ваш внук». Но полковник услышал другие слова. Правдивые.

— Да.

— А мой…

— Коля в самом низу комплекса, под генераторами.

— Только не советую вам смотреть на него… — сказала Олеся, переключив на себя внимание офицеров.

— Что с вами произошло, Цаер? — спросил Орлов.

— Лучше позовите санитаров, товарищ полковник, — встрял Владимир. Орлов пристально глянул на него, мол, «что этот мальчик себе позволяет?», но развернулся и поманил рукой солдата.

— Санитаров мне.

Солдат отдал честь и сбежал.

— Так что произошло?

— Вспышка после взрыва портала. — ответил Владимир.

— А Контур?.. — говорил уже Филимонов.

— Его здесь нет. Можете быть уверенными. И он вас не потревожит, я это тоже знаю.

Враньё.

Прибежали двое санитар, и Владимир переложил руки Олеси им на плечи. Втроём они ушли к одному из вертолётов, который, в отличие от других заглохнувших собратьев, наоборот, разгонял в карусели лопасти.

— Что ж, лейтенант, вы поработали отлично. — на эти слова Орлова Владимир поднял брови, скорее не от удивления, а от возмущения. — Вам будет вручена награда. Боевая.

— Ну, во-первых, я сержант.

— Вы больше не из рядового состава. — прищурился Филимонов. — Вы теперь офицер.

— А во-вторых, — будто не услышав, продолжал Владимир, — сколько стоит одна такая боевая медаль? — вопрос Владимира озадачил офицеров.

Полковники посмотрели друг на друга, чтобы понять, соприкасаются ли их мысли. Да, они думали об одном — Рыков сдурел.

— Та, что мы хотим вручить вам за службу… Примерно двадцать тысяч. — теперь Орлов ждал ответа. Промеж его глаз и на лбу скопились волны морщин.

— Лучше внесите эти деньги в ту компенсацию, что получат родственники, оставшихся там людей.

— Они и без того получат… — затараторил Филимонов.

— Лучше так. Это будет моей лучшей наградой. — и Владимир не мог поступить иначе. Вдруг в одну из тревожных ночей в его доме окажется один из призраков погибших изувеченных товарищей и посмотрит на эту смехотворный кусок железа. Кусок, бесполезная затычка, которая нужна скорее тем, кто её вручает — офицерам. Они дают эти медальки, чтобы оправдаться, сказать «да, парень, ты потерял ногу или навсегда будешь ходить с трубкой в горле, но зато мы дали тебе медальку и пару копеек».

Орлов развел плечами.

— Тогда улетай. Тебя ждёт твой дом.

Офицеры прошли мимо Владимира. За ними побежали солдаты и толпа санитаров с носилками. Они бы не вынесли никого живого, но смогли унести трупы. Владимир Рыков был свободен, но он не был этому рад.

Фюзеляж вертолёта был ещё открыт, хоть лопасти и набрали скорость. Владимир зашел внутрь, и внутри огромного фюзеляжа увидел только Олесю с перевязанными глазами и санитара, который вскочил, как только увидел Рыкова. Он подошел к нему, похлопал по плечу.

— У неё больше нет глаз. — сказал санитар громко, но стараясь перебить гул двигателя, а не для того, чтобы Олеся услышала. — Я ничего не смогу сделать. Никто не сможет. Я ухожу. Я бесполезен.

И санитар, разогнавшись, выбежал из фюзеляжа. Владимир проводил его взглядом и остался стоять, пока люк вертолета закрывался. Он должен был сказать ей всё, но не мог. Слишком ужасные будут слова.

— Готовьтесь! Взлетаем! — предупредил их пилот.

Владимир сел рядом с Олесей и пристегнулся. Руки девушки побежали по спинке сиденья и всё время не попадали по ремням. Владимир взял ремни и, перекинув руку через Олесю, пристегнул её.

— Спасибо. — Олеся улыбнулась, понимая, что рядом именно Владимир — никакой другой военный не двигался бы так плавно и аккуратно.

— Я должен тебе сказать кое-что! — закричал Владимир. Нарастающий гул двигателя и бег лопастей перебивал слова.

— Я знаю! — прокричала она в ответ. — Я слышала его вздохи, когда шла перевязка! Всё нормально! Поговорим потом!

Она прислонилась спиной к обитому кожей сиденью и глубоко выдохнула. Губы чуть отведены назад. Она спокойно улыбалась. Владимир не понимал, безумие это или чудеса смирения и думал, что у Олеси имеется какой-то план. И он не ошибался.

У девушки была гипотеза, которую она собиралась проверить. Но потом. Без лишних свидетелей.

Вертолёт летел на юг, он возвращался к большому военному комплексу, откуда начался путь сгинувшей группы СОФЗ.

XXIX

Вопросы без ответов

Серое пятно деревьев, уходя дугой к горизонту, резко перешло в белый хвойный океан. Владимир смотрел в иллюминатор, поражаясь красотой и странностью картины. Пройдёт неделя или месяц, и пятно уже не смогут увидеть — его одолеет снег. Но весной пятно снова откроет свой печальный взор. Листья на кронах этих деревьях больше никогда не вырастут. Практически полное отсутствие кислорода убило в них жизнь. Вакуума нет, но язва, оставленная им, останется навсегда. Та же язва останется на душе Владимира и будет кровоточить до конца его дней. Та же язва, чёрная язва, застила глаза Олеси и останется с ней навсегда. Владимир перевёл взгляд с иллюминатора на девушку. Олеся Цаер снова спала, откинув голову на спинку. Удивительное спокойствие.