Чтение онлайн

– Спасибо, Билл.
– Кивнула Сэм.
– Хорошо, что хоть кто-то рад.

– Эй, Сэм, ты там не вешай нос. Мы еще с тобой попьем пив... ну, в общем, увидимся.

– Конечно, Билли, удачи.
– И этой фразой Сэм попрощалась с еще одним своим другом.

Последняя ночь напомнила Малькольму, что отдых действительно окончен. Сначала появление Сэм с ее смешной просьбой, потом долгая беседа по телефону с Клер, которая никак не хотела класть трубку, пытаясь возродить в нем воспоминания о былых временах. А, в конце концов, звонок от вампиров из Висби с расплывчатыми сведениями о вероятном преступлении. Малькольм сидел за столом в своей комнате, когда Лея и Дэниэл, наконец, появились перед ним:

– Господин?

– Я думаю наведаться в Висби.

Лея вопросительно поглядела на него.

– Оттуда поступила жалоба на захват бизнеса.

– Люди?
– голос Леи оставался деловым и нейтральным.

– Едва ли, - недобро улыбнулся Малькольм.
– Скорее кто-то из тех, кто забыл свое место.

Глаза вампиров загорелись - судя по всему, они тоже утомились от безделья.

– Собирайтесь.
– Велел Малькольм, и оба растворились в дверях.

Он тоже рад был заняться делом. Разговор с Клер выбил его из колеи больше, чем он сам мог себе в этом признаться.

– Зачем ты обратила его?
– спросил Малькольм у Клер.

– Ревнуешь, Мак?
– отозвалась она, кокетничая даже по телефону, хотя отлично знала, что большую часть ее фокусов он не видел.

– Нет, интересуюсь.
– Спокойно отреагировал он.

– Он мне понравился.
– Усмехнулась она.
– И был не против.

– Ты все та же.
– Малькольм покачал головой.
– Все играешься.

– Конечно, это только в вашей западной ветви все такие серьезные.
– Прошептала она. Потом добавила, помолчав: - Вы бы все равно загубили мальчика. Мне его стало жаль. Он талантливый любовник.

– Если обращать всех твоих...

– Остановись, Мак.
– Она разозлилась.
– Не твое дело инспектировать мою постель. Если бы это была ревность, я могла бы понять. Но ты же всегда был выше этого.

– Черт тебя дери, Клер, нельзя обращать людей налево и направо. Спи с ними, сколько тебе влезет, но зачем обращать?

– Ах, эти морали.
– Вздохнула она.
– Именно от вас, моралистов, я и спасла его. Он слишком много знал - оставайся он и дальше человеком, вы бы уничтожили его. И он далеко не дурак - понимал это.

– Клер-спасительница.
– С сарказмом заметил Малькольм.

– Можно и так сказать.
– Успокоилась Клер.
– Он скоро проснется. Но ты, Мак, всегда желанный гость в моем доме.
– Улыбка скользнула в ее голосе.
– И я готова спасти и тебя.

– Спасибо за предложение, Клер, но меня пока не нужно спасать.

– Точно не нужно?

– Черт, - прошипел он и понял, что она прочла часть воспоминаний Билла.

– Мак-Мак, - игриво произнесла она.
– Так втюриться в человеческую девчонку. И была бы она хороша в постели, но ты ведь даже не знаешь. Что это, старческая блажь?

– Ты переходишь все границы.
– Малькольм начинал закипать.

– О, нет, я сейчас не на вашей территории.
– Усмехнулась Клер.

– И этот вампир запрещает мне обращать смертных. А сам не может совладать со своей собственной слугой.

Малькольму нечего было возразить - она знала правду.

– Она никогда не полюбит тебя, Мак.
– Продолжала Клер.
– Она предана этому своему покойничку. А я здесь, Мак, и могу дать тебе все, чего ты пожелаешь.

– Я не буду больше твоей игрушкой, Клер.
– Эти слова были последними, перед тем, как он положил трубку.

Если бы размышления, которые породила в нем эта беседа, можно было также легко прервать, как сам разговор. Но Клер знала, как ударить больнее, и била в цель. Только он все равно никогда бы не вернулся к ней. Любовь вампиров больше напоминала войну, и кровавый пир в короткие ночи перемирия. В них было слишком мало света на двоих для того, чтобы из такого союза могло хоть что-то получиться. Именно поэтому им необходимы были люди - чтобы быть живыми, чтобы испытывать эмоции живых - они все одалживали у смертных. А Клер не видела разницы: она не понимала, что любовь - это не только секс. Она была стопроцентным вампиром, и обкрадывала смертных с изяществом и мастерством, которому мог позавидовать каждый. Только она напрочь была лишена человеческой сути - слишком мертва.

***

– Паршиво выглядишь, - произнес Том вместо приветствия.
– Я же говорил, чтобы ты не выходила, у тебя еще отпуск.

– Том, я говорила вчера с Билли.

Том опустился обратно в свое кресло от неожиданности.

– С ним все нормально. Они с Клер... уехали. И да, у них это серьезно.

– Ты шутишь?

– Ни капли.

– То есть он вот так вот свалил ни с того, ни с сего, даже не поставив никого в известность? Он что, снова запил и проснулся на другом конце света? Так пусть возвращается, чертов засранец!

– Том, - Сэм помолчала, не зная, как еще ему объяснить.
– Он не вернется.

– Ну, у тебя и новости, Сэм, - он повернулся в кресле к окну.
– Полиции я дам отбой, это ладно. Но что делать со всей его работой.

– Встречи?
– догадалась Сэм.

– Да, все эти ночные встречи, клиенты. Все это было на нем. У Кэтрин молодой муж, у меня семья, у Нины - дети... Никто из нас не сможет каждую ночь...

– Ладно тебе, Том. Я не против.
– Сэм не сомневалась, к чему он клонит.
– Что там за следующая встреча по плану?

– Снова в 'Шиле', с кем-то из политической элиты. Столик заказан на имя Билла.

– На сколько?

– Три ночи.
– Томас смутился.
– Извини. И прости, что так вышло с твоим отпуском.

– Да все хорошо, Том, я вполне наотдыхалась.

***

– Привет, Билли, - Клер была великолепна в красном нижнем белье.

– Я голоден, - выдохнул он.

– Я знаю, глупышка, - улыбнулась Клер.
– Я кое-что тебе принесла.

Двое ее слуг вбросили в комнату молодую девушку. Тушь потекла вокруг ее глаз, черные слезы оставляли свежие борозды на нежных щеках. Ей было не больше шестнадцати. Он смотрел на нее и готов был признаться в любви, настолько она была хороша. Настолько соблазнительны были ее формы, плавные линии ее тела, резко подымающаяся вверх при дыхании грудь, прекрасная белая шея, с тоненькой пульсирующей жилкой. В мгновение ока Билл метнулся к ней, зажав ее в своих стальных объятиях. Одно скорое движение - и его клыки вонзились в плоть. Не было большего наслаждения, чем прокатывать по языку и дальше в горло соленую свежую кровь. Он словно наполнялся жизнью, наивностью девушки, лежащей в его руках, ее детской непосредственностью и светом, и это было так неповторимо, так замечательно, будто в ярком сне прожить кусочек чужой жизни.

– Нравится?
– Клер наблюдала за ним со стороны, и он готов был поклясться, что ее это заводило.

– Почему ты не остановила меня?
– пробормотал Билли через время, когда понял, что натворил: безжизненное тело болталось в его руках.

– Разве я в праве лишать тебя такого блаженства?
– усмехнулась она.
– К тому же, ты все равно не смог бы остановиться.

– Но ты ведь могла бы остановить меня!

– Билли, ты больше не человек. Так почему тебя волнуют глупые условности?