Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Василий Теркин

Твардовский Александр Трифонович

Шрифт:

Выжил я, ребята.

И хотя натер бока,

Належался лежнем,

Говорят, зато нога

Будет лучше прежней.

И намерен я опять

Вскоре без подмоги

Той ногой траву топтать,

Встав на обе ноги...

Озабочен я сейчас

Лишь одной задачей,

Чтоб попасть в родную часть,

Никуда иначе.

С нею жил и воевал,

Курс наук усвоил.

Отступая, пыль глотал,

Наступая, снег черпал

Валенками воин.

И покуда что она

Для меня - солдата

Все на свете, все сполна:

И родная сторона,

И семья, и хата.

И охота мне скорей

К ней в ряды вклиниться

И, дождавшись добрых дней,

По Смоленщине своей

Топать до границы.

Впрочем, даже суть не в том,

Я скажу точнее:

Доведись другим путем

До конца идти, - пойдем,

Где угодно, с нею!

Если ж пуля в третий раз

Клюнет насмерть, злая,

То по крайности средь вас,

Братцы, свой последний час

Встретить я желаю.

Только с этим мы спешить

Без нужды не станем.

Я большой любитель жить,

Как сказал заране.

И, поскольку я спешу

Повстречаться с вами,

Генералу напишу

Теми же словами.

Полагаю, генерал

Как-никак уважит,

Он мне орден выдавал,

В просьбе не откажет.

За письмом, надеюсь, вслед

Буду сам обратно...

Ну и повару привет

От меня двукратный.

Пусть и впредь готовят так,

Заправляя жирно,

Чтоб в котле стоял черпак

По команде "смирно"...

И одним слова свои

Заключить хочу я:

Что великие бои,

Как погоду, чую.

Так бывает у коня

Чувство близкой свадьбы...

До того большого дня

Мне без палок встать бы!

Сплю скорей да жду вестей.

Все сказал до корки...

Обнимаю вас, чертей.

Ваш

Василий Теркин.

ТЕРКИН-ТЕРКИН

Чья-то печка, чья-то хата,

На дрова распилен хлев...

Кто назябся - дело свято,

Тому надо обогрев.

Дело свято - чья там хата,

Кто их нынче разберет.

Грейся, радуйся, ребята,

Сборный, смешанный народ.

На полу тебе солома,

Задремалось, так ложись.

Не у тещи, и не дома,

Не в раю, однако, жизнь.

Тот сидит, разувши ногу,

Приподняв, глядит на свет.

Всю ощупывает строго,

Узнает - его иль нет.

Тот, шинель смахнув без страху,

Высоко задрав рубаху,

Прямо в печку хочет влезть.

– Не один ты, братец, здесь.

– Отслонитесь, хлопцы. Темень...

– Что ты, правда, как тот немец..

– Нынче немец сам не тот.

– Ну, брат, он еще дает,

Отпускает, не скупится...

– Все же с прежним не сравнится,

Снял сапог с одной ноги.

– Дело ясное, - беги!

– Охо-хо. Война, ребятки.

– А ты думал! Вот чудак.

– Лучше нет - чайку в достатке,

Хмель - он греет, да не так.

– Это чья же установка

Греться чаем? Вот и врешь.

– Эй, не ставь к огню винтовку...

– А еще кулеш хорош...

Опрокинутый истомой,

Теркин дремлет на спине,

От беседы в стороне.

Так ли, сяк ли, Теркин дома,

То есть - снова на войне...

Это раненым известно:

Воротись ты в полк родной

Все не то: иное место

И народ уже иной.

Прибаутки, поговорки

Не такие ловит слух...

– Где-то наш Василий Теркин?

Это слышит Теркин вдруг.

Привстает, шурша соломой,

Что там дальше - подстеречь.

Никому он не знакомый

И о нем как будто речь.

Но сквозь шум и гам веселый,

Что кипел вокруг огня,

Вот он слышит новый голос:

– Это кто там про меня?..

– Про тебя?

Без оговорки

Тот опять:

– Само собой.

– Почему?

– Так я же Теркин.

Это слышит Теркин мой.

Что-то странное творится,

Непонятное уму.

Повернулись тотчас лица

Молча к Теркину. К тому.

Люди вроде оробели:

– Теркин - лично?

– Я и есть.

– В самом деле?

– В самом деле.

– Хлопцы, хлопцы, Теркин здесь!

– Не свернете ли махорки?

Кто-то вытащил кисет.

И не мой, а тот уж Теркин

Говорит:

– Махорки? Нет.

Теркин мой - к огню поближе,

Отгибает воротник.

Поглядит, а он-то рыжий

Теркин тот, его двойник.

Если б попросту махорки

Теркин выкурил второй,

И не встрял бы, может, Теркин,

Промолчал бы мой герой.

Но, поскольку водит носом,

Задается человек,

Теркин мой к нему с вопросом:

– А у вас небось "Казбек"?

Тот помедлил чуть с ответом:

Мол, не понял ничего.

– Что ж, трофейной сигаретой

Угощу.

Возьми его!

Видит мой Василий Теркин

Не с того зашел конца.

И не то чтоб чувством горьким

Укололо молодца,

Не любил людей спесивых,

И, обиду затая,

Он сказал, вздохнув лениво:

– Все же Теркин - это я...

Смех, волненье.

– Новый Теркин!

– Хлопцы, двое...

– Вот беда...

– Как дойдет их до пятерки,

Разбудите нас тогда.

– Нет, брат, шутишь, - отвечает

Теркин тот, поджав губу,

Теркин - я.

– Да кто их знает,

Не написано на лбу.

Из кармана гимнастерки

Рыжий - книжку:

Поделиться с друзьями: