Чтение онлайн

— Можно руки помыть? Машина внезапно заглохла, пока определил, что проблема с фильтром. Запачкался.

А я… А я…

— Конечно.

Как я могла отказать? Я поднималась по лестнице на свой четвертый этаж как на Голгофу. Ну или как на эшафот подобно королеве английской. Закон подлости в действии, да? У Бурова машина специально что ли сломалась? Захотел проверить меня на слабо? И что же делать? Извиниться за беспорядок? За то, что у меня дома не убрано? Или рыбой молчать? Какая ему вообще разница, как я живу? Я ж замуж за него не собираюсь, да и вообще, рассуждаю так, будто он выбирает жену!

Ключи в замках проворачивались с большой неохотой. Кстати, ничего я не сказала. Будь, что будет. Какая уж есть. Показала, где ванная комната, внутренне прикрыв глаза от стыда, вспомнив о трусах на веревке – белых в красный горошек… Стояла молча, ждала, предпочитая не думать о брошенных на диване штанах и лежащей там комком серой майке, о разбросанном сухом корме на полу возле миски собаки и десятке игрушек, раскиданных по углам. Ждал и Бракс, сидя на лестничной клетке в подъезде. Дверь я так и не закрыла, надеясь быстрее покинуть квартиру. С первой минуты встречи с Буровым он все время молчал, оценивающе наблюдая за моим шефом. Будто оценивал, что за человек перед ним оказался.

— Вполне уютно! – рапортовало начальство, покинув ванную комнату. – И трусы в горошек веселые. Глядя на ваши пунцовые щеки, вам стыдно за беспорядок?

Я не ответила, булькнула.

— Можете теперь весь день об этом переживать, если хотите, — продолжил Буров на «вы». – Ну или сброситься с крыши. Таблеток, может, снотворных? По глазам вижу, что уже считаете меня полным дебилом. Так стоит ли переживать за то, что найдете в домах у абсолютного большинства, когда они не ждут гостей?

— Неприятно чувствовать себя перед вами неряхой.

— Мне без разницы, что у вас дома и как, — высказался Михаил. – Другим тем более. Даже если и захотят кости перемыть, об этом вы не узнаете. Только домыслами нервы попортите. А еще мы опаздываем. Совсем скоро Алия отправится в магазин, причем одна. Без детей. Детей она оставит с мужем, у нас будет час.

Я заметно расслабилась. Буров прав. Люди придают слишком большое значение вещам, не заслуживающим внимания. Ну, подумаешь, игрушки по полу и веселые трусы на веревке? Мха на полках нет? Нет. Пыль позавчера вытирала. Полы не грязные, раковина без разводов, хоть и на зеркале немного пасты. В квартире ничем не воняет. Да и женщина я красивая. Мне любые трусы подойдут и необязательно из кружев и ниточек. А эти удобные и настроение всегда поднимают.

— А вы откуда все знаете? – не преминула спросить между прочим.

— Мои способности — коммерческая тайна, я о них не рассказываю.

Буров быстро спускался по лестнице, я спешила за ним, и вдруг меня осенило где-то между первым и третьим:

— А вы… случайно не специально ко мне домой зашли? Откуда-то узнали, что буду так волноваться по поводу беспорядка?

— Вроде Василисой звать, а не Варварой…

Это я услышала в ответ и рассмеялась. Да и правда какая разница?

По-видимому, возле дома Алии всегда была проблема с парковкой. Слишком много жильцов, почти в каждой семье по машине. Неудивительно, что разноцветные автомобили теснились на выделенных им площадках, как муравьи возле брошенной на землю крошки, почти соприкасаясь бамперами в десятках сантиметров друг от друга. И это в будний день, когда большинство из жильцов должны были быть на работе.

Буров припарковал «Опель» недалеко от детской площадки, поэтому до предполагаемого места знакомства предстояло дойти. Крохотный сквер со скамейками для тех, кто любит бегать по утрам или гулять вечерами для хорошего сна. Там же гуляли с собаками, там же был сквозной путь до ближайшего супермаркета, куда и ушла Алия за продуктами. Много желтеющей осенней растительности, разбавляемой оставшейся зеленью елок и рябиновой краснотой.

Откуда Буров узнал в какое время и где пройдет наша клиентка?

Меня терзало любопытство, но я примерно помалкивала. Может быть, когда-нибудь мне удастся приоткрыть эту тайну. То, что тайн у шефа было немало, я чувствовала всеми фибрами души. Он был и обычный, и странный, загадочный и довольно простой. Не постеснялся назвать себя дебилом, но при этом назвал дурой меня. Ну, хорошо, не дурой. Глупой. Сути же не меняет?

О Бурове вздыхала Андреевна, пока думала, что её никто не видит. Но я-то заметила, как она смотрела в сторону его двери, перебирала бумаги, а иногда даже вытирала скупую слезу. Ирина Мелких тоже боролась за внимание шефа и дело далеко не в бумагах. Ну, оставь свои документы на столе в папке, мужчина взрослый и бизнес его, поди разберется, а если нет, тогда и пригласит к себе для прояснения важных вопросов. Я понимала, интуитивно чувствовала, что Ирине хочется общения с Буровым. Наверное, и остальным тоже, потому что я, находясь возле него всего пару часов, уже не хотела с ним расставаться. Это немного пугало. Меня притягивал какой-то внутренний мужской магнетизм, светящийся в серых глазах, звучащий в тембре, повадках. Уверенность, сила, ощущение, что этот человек знает нечто, что неподвластно остальному миру. Какой-то очень и очень важный секрет, позволяющий открывать любые пространства и двери.

— Надень гарнитуру, — распорядился Буров и протянул мне крохотный черный наушник. – Мне нужно знать, что у вас происходит и при необходимости корректировать твое поведение.

— Думаете, она будет со мной разговаривать?

— Я в этом уверен.

Слова Бурова вселили спокойствие, и спустя несколько минут я с Браксом уже медленно шла по скверу, считая на елках ворон. В смысле, делала вид непринужденный и радостный, а на самом деле сосредоточенно всматривалась вперёд. Спешить не нужно, желательно с нашей клиенткой встретиться в противотоке, организовать «случайность».

— Ну, Бракс, не подведи, если что, — сказала собаке, а на самом деле себе. Для храбрости. – Пусть у нас все получится.

Благополучный исход дела стал моим сокровенным желанием. Крайне важно, чтоб всё получилось. Иначе всё усложнится, а мне совсем не горело испытывать даже намеки на чувство вины. Размышлять о том, что произойдёт с Алией, если знакомства не выйдет, вообще не хотела. Проблем прибавится. Сто процентов.

Алию узнала сразу. Молодая женщина шла навстречу мне по дорожке, удерживая в руках два пакета. С улыбкой на губах, не спеша. На ней было длинной закрытое платье, на плечах куртка, на ней чёрный платок. Вероятно, им она покрывала голову, но сегодня было тепло под лучами еще яркого солнца, хоть и ночью пролился дождь, что оставил за собой мутные лужи.

Наши взгляды встретились и… меня не узнали. Алия равнодушно скользнула по мне глазами, отвела их, намереваясь следовать своим путем, как на сцену выскочил Бракс. Вот как есть, так и выскочил — Алие прямо под ноги с радостным лаем и вилянием куцым хвостом. Шурзина вскрикнула от страха, дернулась в сторону, озираясь по сторонам и выбирая путь к отступлению, на что я тут же подхватилась с волнением:

— Не бойтесь, прошу! Почему-то он вам очень обрадовался!

Алия не поверила, не смогла так сразу преодолеть страх, но хотя бы остановилась. Её грудь учащенно вздымалась, дорога была перекрыта собакой, готовой звонко лаять до тех пор, пока ей не воткнут в зубы лакомство. Ну, или не оттянут за поводок, что делать совсем не планировалось.

— Он так счастлив, будто увидел в вас старую знакомую. Первый раз наблюдаю такое, — растерянно продолжила я. – Может, вы знали его щенком в питомнике? Или тут что-то другое?

Алия молчала, успокаивалась, пауза становилась горячей. Я уже готовилась признавать поражение, но Шурзина просветлела лицом, улыбнулась. Искренне так, по-детски, будто вспомнила что-то забавное.

— Щенком? Нет, что вы! А знаете… Сегодня мне снилась собака. Ну очень, очень похожая на вашу. Мы играли с ним, он мне все лицо и руки облизал. Было так много любви, всё было как по-настоящему… А ваш пёс симпатичный. Кусается?