Чтение онлайн

Сания царапала грудь мужчины, отбрыкивалась, кусалась, но Аксель лишь порыкивал на неё, усмиряя. И это странным образом усиливало пожар в ее животе. То, что мужчина хочет ее, девушка ощущала весьма явно.

Аксель поймал летящую ладошку в нескольких сантиметрах от своей щеки.

— Не бей и не смей мне грубить, Сания, — низким голосом прохрипел, возвращая руку себе на грудь.

Сания же взвилась моментально. Он что, хочет, чтобы она была как те — глазки в пол, руки перед собой?

И, не смотря на все запреты и возможные последствия, ударяет его силой.

Предугадав что-то такое по вспышке злости в её глазах, Аксель не отпускает девушку и они вместе достаточно неловко делают пару шагов назад в сторону стола и падают. Мужчина смягчает падение собой, чтобы тут же перевернуться и оказаться сверху.

— Я тебя предупреждал, — сжав запястья одной рукой и удерживая их над головой, низко опускается к шее Сании.

Девушка брыкается, сопротивляется, но он тоже знает способы, как удержать её. Придавливает не только своим весом, но и фиксирует бедра Сании своими голенями. Больно, да, но:

— Успокойся, — шепчет ей в ухо.

В ответ в её удерживаемой ладошке разгорается очередной искрящийся шар. Чувствует, как под рукой дёргается все её энергетические каналы.

— Сания, ты себе только хуже делаешь, — нависает над ней.

Туман в голове понемногу рассеивается и теперь надо говорить.

— Да пошёл ты, — выплевывает девушка.

— Аксель, дорогой, к тебе можно? — дребезжит за дверью старушачий голос, сопровождаемый постукиванием палки.

Сания расслабляется.

— Он сейчас к вам выйдет, бабушка Ке, — кричит, чтобы её услышали, — слезь с меня, — шипит уже мужчине.

— Так это ба тебе рассказала? — Аксель не шелохнулся.

— А что именно тебя в этом не устраивает? — снова взъярилась Сани.

Он ещё недоволен, видите ли!

Аксель осторожно встал, протягивая руку, чтобы помочь, но та, конечно же, осталась проигнорированной. Не глядя на него, Сания шагает к двери.

— Бабушка Ке, проходите, — любезничает со старушкой, поддерживая её за руку, — вот ваш внучек, полностью в вашем распоряжении.

— Спасибо, дочка, спасибо.

Как только бабушка оказывается в кабинете, Сани быстрым шагом уходит в комнату.

— Сани! — Аксель идёт за ней и девушка переходит на бег.

Захлопывает дверь прямо у того перед носом.

— Открой, Сани! Давай поговорим, — стучится мужчина.

— Да пошел ты, — замахивается цветочным горшком с подоконника и со всей дури швыряет в дверь, — К ЧЕРТУ!!!

На удивление с той стороны все тут же затихает и девушка заученным движением блокирует замок.

Бросок, удар и последующая тишина опустошают настолько, что она без сил падает на колени. Самое ужасное, что ей некуда идти, не к кому обратиться за помощью, и у неё нет передатчика, чтобы позвонить! Ощущение беспомощности, ненужности, предательства со стороны друзей раздавливает окончательно и она распластывается на полу, придавленная этим грузом. Очень тяжело дышать, непролитые слезы колом стоят в груди и, кажется, даже сердце замедляет свой бег. Потолок над головой начинает кружиться, засасывая в свою беспроглядную тьму и она то ли теряет сознание, то ли засыпает от бессилия.

После удара чем-то тяжёлым с той стороны, Аксель понимает, что разговаривать сейчас бессмысленно. Поставив у двери стражника, который должен был внимательно прислушиваться к происходящему в комнате и докладывать обо всем, возвращается к бабушке. Он её очень любит, свою бабушку Ке, но сейчас слушает вполуха и отвечает машинально. Так же на автомате провожает её в комнаты и возвращается к себе.

Что не так? Ну вот что не так?! Девушки Севера были бы только рады такому предложению. Кэрита до сих пор тенью ходит за ним, безмолвно о себе напоминая. Да что там девушки Севера, сколько с большой земли их вешалось на него! И вот только Сания сопротивляется всеми руками и ногами. Аксель усмехнулся.

На Севере бытует мнение, что за каждым великим воином, стоит сильная женщина. Что ж, если он все таки завоюет Санию, то просто обязан стать величайшим.

Просит Ярика, стоявшего у входа в кабинет, вернуть своих командующих и углубляется в дела.

Заканчивает около полуночи и первым делом идёт к комнате Сании. Молча кивает на дверь.

— Все тихо, вар Аксель, — докладывает Шорин, — ни звука. Если честно, даже странно.

Аксель хмурится.

— Почему так думаешь?

— Ну, понимаете, мы когда с моей Торбертой немного ругаемся, она потом долго ещё отходит. Бурчит там, ходит громко. Здесь же слишком тихо.

Аксель посмотрел на взрослого мужчину и по спине пробежала холодная колючая волна. Это было слишком странно даже для Сани.

— Сани! Открой! — громко стучит в дверь, — просто скажи, что с тобой все в порядке и я уйду!

Даже не скрипнуло ничего в ответ. С нарастающей, как снежная лавина, тревогой, Аксель попробовал дверь на прочность. Добротная, кто бы сомневался.

— Сани! Если ты там — отойди, я сейчас выбью эту чёртову дверь! — предупредил и сам отошёл на несколько шагов.

Он весь засветился холодным голубоватым огнём, разбежался и вышиб деревянное полотно ногой.

Первое, что почувствовал — холод, словно окна были открыты настежь. Под сапогами что-то хрустнуло и заскрипело — осколки горшка скорее всего. Шорин запустил в комнату несколько шаров, чтобы осветить комнату.

— Сани!

— Ох ты ж Белые Боги…

Девушка, свернувшись в комочек на полу, то ли спала, то ли была без сознания, и явственно дрожала. Синие губы, бледная кожа и тёмные синяки под глазами настолько напоминали мертвеца, что если бы не эта дрожь, Аксель подумал бы именно так. Он в два резких шага оказался рядом с ней и поднял, прижимая холодное тело к себе.

— Комнату закрыть и вызвать сюда целителей, пусть все почистят. Меня не тревожить.

И прошёл к себе.

— Сани, — попытался растормошить девушку.

Белое облако уже охватило их полностью, когда он укладывал её на кровать. Быстро стянул с себя одежду, оставаясь в одном нижнем белье. Санию раздел с трудом — она все время пыталась сжаться и стонала, когда он разгибал руку или ногу. Боясь причинить боль, в итоге просто все разорвал и сбросил на пол. Прижал, насколько это было возможно, к себе, сам заходясь мурашками от ее ледяных ладошек. Укрылся всеми одеялами и покрывалами, что нашлись в комнате.