Чтение онлайн

Сейчас уже раздастся звонок в дверь?

Квартира хранила тишину, и только сердце Рони оглушающе тяжело билось в груди.

И с каждой минутой становилось ясно, что с тишиной и болью придется остаться наедине.

Здравствуй, взрослый мир.

Не мог же быть прав отец, утверждавший, что она выскочила замуж за человека, которого совсем не знает. Который лгал ей, а, значит, способен сделать это еще ни раз.

* * *

Пробуждение соответствовало количеству выпитого накануне. Тяжелым.

Капризное забвение накрыло Брига по пути из бара. Он помнил бармена и блестящие стаканы, Кита с его слезливыми откровениями хотелось бы забыть, но не получалось. И рыжую. Дарт застонал, осознав, что лежит без одежды в чужой кровати под одеялом с незнакомым запахом.

Стыд, острый и удушающий, навалился на Брига, заставляя закрыть глаза. Как он оказался в этой яме? Как вылезать из нее, не сгорев от презрения к самому себе?

Ничего себе решил душевные проблемы, залив их до состояния беспамятства, чтобы очнуться в подобном виде и черт знает где?

Кроме того, что подсевшая к нему девчонка была рыжей, как Мари, он не мог вспомнить о ней почти ничего. Хотя… имя у нее было похожее на Рони. И глаза зеленые, напомнившие ему о глубине почти свершенного падения, и Бриг помнил, что направился после этого домой. Только реальность говорила о другом. Даже если он и пошел к Рони, то оказался у Соньи.

Так звали Рыжую…

К счастью, было похоже, что он находился один. В комнате точно, а если повезет, то и в незнакомой квартире.

Кроме тошноты моральной была и реальная, и Бриг принял физические страдания с радостью мазохиста, как наказание за вчерашний вечер. Сцены его мучений протекали в пустой квартире. Расставшись с туалетом, он искупался в чужом душе и поплелся на кухню, едва сдерживая стоны от головной боли. Каждый шаг сопровождался ударом бревна по затылку.

— Так тебе, идиоту, и надо, — сопровождал Бриг удары бревна злобным причитанием.

На столе лежала записка и пачка парацетамола.

«С добрым утром, сладкий. Ни в чем себе не отказывай».

Нажраться бы таблеток.

Нет, Брига не посетила мысль о самоубийстве!

Но он был так противен самому себе! Если бы можно было все вернуть назад или вычеркнуть несколько часов из недавнего прошлого… или хотя бы забыть. Но как раз вчерашняя попытка забыться привела в глубокую яму.

Появился внезапный страх, что над ним сыграли шутку полученные от родителей гены. Разве такого будущего хотел для себя Бриг? Он и раньше не особенно был склонен выпивать, но, похоже, это утро станет лучшим адвокатом трезвого образа жизни.

Где найти силы, чтобы предстать перед глазами Рони!? Даже если последним желанием, которое он еще помнил, было вернуться домой, и все последующее происходило без его сознательного участия, это не было оправданием предательства. Бриг сам довел себя до подобного состояния и поперся за рыжей. Идиот.

— Вот тебе, сладкий, и ядовитый плевок в душу. Собирай свои пожитки и ползи отсюда побыстрее.

Домой. К Рони!

Еще никогда Дартон не осознавал так остро, насколько она ему дорога, как купаясь в горячих волнах стыда и испытывая страх потерять её доверие и её саму.

После выпадения из обычной жизни на три дня нужно было разбираться и с колледжем, и с тренером, и с командой. Но сначала — Рони. Все остальное пока не имело значения.

Домой Бриг шел пешком. Далеко, долго. Спешить все равно было некуда, и чем больше его помятое лицо побудет на холодном ветру, тем больше шансов, что обретет нормальный вид.

Как виновному псу хочется принести хозяину тапочки, так и Бригу хотелось сделать для жены что-то приятное. Около дома он зашел в магазин, решив приготовить ужин, у касс с полной корзинкой продуктов вспомнил, что у него совсем нет денег. Выйдя из магазина с пустыми руками, Дартон направился было к кафе, где работала Солнечная девочка, но передумал. Как бы ни хотелось её увидеть как можно скорее, но отголоски тошноты и головной боли не давали забыть о том, что, скорее всего, он выглядит помятым. Лучше домой, принять еще раз душ, переодеться в свежую одежду, начистить зубы. А ужин можно сделать и из того, что найдется в холодильнике и шкафах.

Если план привести себя в порядок удался, то ни денег, ни продуктов в квартире Бриг не нашел. Оставалось только ждать возвращения Рони с работы и страдать от растущего волнения и разъедающего сердце чувства вины.

Звук открываемой двери показался очень громким.

Бриг успел уже три раза искупаться, словно вода могла смыть грязь с души, и одевался. Услышав шум в коридоре, он быстро пригладил мокрые волосы, расправил футболку и вышел в коридор.

— Привет, — проговорил он глухим от волнения голосом.

Рони снимала сапожки. Она вздрогнула и медленно выпрямилась, и лицо Солнечной девочки показалось Бригу очень бледным. Темные круги пролегли под глазами. Хотелось заключить её в объятия, закрыть от всего мира, но холодный взгляд останавливал.

— Вернулся? Не ждала раньше завтрашнего дня, — равнодушно проговорила она и прошла мимо него в комнату.

Что-то случилось. Что-то совершенно неправильное. Рони была не свойственна подобная холодность! Показное равнодушие!

Бриг молча прошел вслед за женой, наблюдая, как она достает из шкафа красное платье, купленное для Рождественского вечера, раскладывает его на кровати, подбирает к нему набор нижнего белья.

— Что-то случилось, Воробышек? — осторожно спросил Бриг.

Рони вздрогнула, как от невидимого удара и быстро развернулась. Её губы были сжаты в напряженную полоску, а в глазах застыли слезы.

— А её ты как называешь? Рыжим цыплёнком?

— Кого? — едва слышно спросил Бриг, чувствуя, что под ним расступается бездонная пропасть. Такого просто не могло быть!

— Свою подружку, к которой ездил в командировку?

— Рони? — выдохнул Бриг и замолчал.

Все.

С момента, как на пороге его дома оказалась Кэт, жизнь летела под откос, как потерявшая управление машина.

Как? Откуда? Даже в самых страшных мыслях он не мог представить, что услышал и увидел в глазах Рони.

— Выйди, пожалуйста, — голос оставался спокойным, несмотря на слезы, капающие из глаз жены, — мне нужно переодеться.

Бриг кивнул и ушел в коридор. Медленно опустился на пол и обхватил голову руками. Что делать? Как теперь объяснять Солнечной девочке, что с ним произошло? Почему он поступил так, как поступил, если самому сложно понять собственные действия? Рассказать о смерти Сэга и о том, в каком виде он его нашел? Значит, признаться в том самом недоверии, о котором говорила Рони. В том, что не захотел делить с любимым человеком большое горе. Разве это не предательство, свершенное еще до того, как он начал заливать свои печали в баре и оказался в компании чужой женщины?