Чтение онлайн

Повседневность и быт складывались легко и естественно.

Утро было царством Брига, когда он колдовал на кухне, и Рони просыпалась под бодрящие ароматы кофе.

После того как муж уходил на учебу, будущая мама, которой, если не хотелось есть, то хотелось спать, возвращалась в кровать и спала полдня. Потом наступало время на домашние дела, телефонные разговоры, магазины и редкие встречи с матерью. Отец избегал общества и дочери и, тем более, её мужа.

Вечера были самыми уютными. Молодые супруги готовили вместе или по очереди. Рони быстро осваивалась на кухне. Искренняя радость на лице Брига, когда перед ним оказывалось вполне съедобное блюдо, оказалась хорошим стимулом для поварских экспериментов.

Плохо перенося расставания и одиночество, Малышка Дартон стала часто приходить на тренировки, чтобы смотреть как её муж в безрукавке и широких спортивных трусах, охваченный азартом игры, носится молнией по залу, сверкая серьгой в ухе. Большой мяч, казалось, прилипал к его рукам.

Золотоволосую солнечную девушку с настойчиво проступающим вперед животом встречали улыбками. Тренер следил, чтобы она не сидела на первых рядах из-за опасности столкновения с мячом или разошедшимся игроком, ребята из команды приносили ей конфеты и мороженое. Когда рядом подсаживался Бриг, и молодым просто необходимо было поцеловаться, в зале раздавались одобрительные смешки и свист. Сладкая парочка щедро делилась своим счастьем, зажигая улыбки вокруг.

Новая квартира Дартонов тоже притягивала к себе гостей.

Как только у двери раздавался высокий тонкий смех Синти, Бриг находил неотложное дело или уходил из дома. Он не выносил болтовни фанатки Хорта, хоть и был ей благодарен за помощь в те времена, когда за постеры и открытки девушка скрывала от родителей Рони их тайные встречи. Кит приходил с рыжеволосой Мари и снова хвалился богатым родственником, что вот-вот должен приехать в город и осчастливить племянника работой и деньгами. Оставив работу на заводе, Клиф приоделся и сорил уже не мукой, а деньгами, но что за денежную работу он нашел, Рони не могла понять. Иногда она ловила отголоски напряженных разговоров между ним и мужем, но как обычно Бриг ничего не объяснял, настаивая, что это не его тайны. Иногда появлялся долговязый, смешливый Джош с длинноногими подружками. Он устроился работать на базу бытовых продуктов и мотался по командировкам в поисках клиентов и поставщиков.

Красавчик Клайд привел в гости к Дартонам миловидную женщину лет двадцати семи, старательно делавшую вид, что она моложе. Она работала менеджером по продажам, но говорила всем, что учится на последнем курсе университета. Клайд отвешивал комплименты Рони теперь не только за спиной Брига, но и собственной спутницы.

Чем заметнее становился живот Рони, тем чаще она ловила на себе заинтересованные взгляды прохожих, среди которых были и осуждающие, и изумленные. В такие моменты она вынуждено задумывалась о своем положении. Несмотря на то, что кручение и верчение в кишечнике оказалось движениями ребенка, представить себя будущей мамой до сих пор не получалось.

— Привыкну, — успокаивала она сама себя. — Пойму, как это, когда ребенок родится.

Бриг тоже слабо представлял себе скорое будущее, в котором он станет отцом. Пока все его мысли занимала Рони.

— Солнечная девочка стала солнечной женой, обалдеть можно! Таймер — моя жена! — повторял он про себя или вслух, наслаждаясь каждым словом и пьянея от осознания, что все это правда! А если вдруг просыпался в холодном поту от мысли что как его собственная мать окажется неспособным на отцовские чувства, то смотрел на спящую рядом жену и успокаивал себя тем, что любит Рони настолько сильно, что сможет полюбить ребенка только потому, что он часть и продолжение его Солнечной девочки.

— Мы справимся, — шептал он, вдыхая цветочно-ягодный аромат жены, и засыпал счастливым шмелем.

Но родителями они так и не стали.

Рони только-только начинала привыкать к шарообразному, двигающемуся животу.

Бригу только-только понравилось перестукиваться с тем, кто в нем сидел…

Будущая мама возвращалась на такси домой после малоприятного ужина с родителями, когда из-за поворота неожиданно выскочил мотоциклист, и водитель такси, чтобы избежать аварии, резко затормозил и вывернул руль, едва избежав столкновения со столбом.

Сидевшая сзади без ремня безопасности Рони слетела с сидения и больно ударилась животом о спинку кресла впереди.

Сначала от боли потемнело в глазах, потом оборвалось дыхание.

— В больницу? Отвести вас в больницу? — кричал перепуганный таксист.

Но боль отступала, возвращалось в норму дыхание, и Рони упрямо покачала головой,

— Не стоит, домой, по адресу.

Добравшись до дома, она легла в кровать и сразу заснула. Проснулась, когда вернулся после подработки в гараже Романа Бриг, но решила, что расскажет о происшествии утром. Она была такой сонной, что сил ни на разговор, ни тем более на какие-то движения, если Бриг начнет настаивать на поездке в больницу, не было.

Подождет…

Она просто подождет до утра.

Но у судьбы были собственные планы. Под утро у Рони начались болезненные схватки, и она закричала от охватившего её страха.

Потом были машина скорой помощи, больница, несколько часов тщетных попыток остановить процесс, и стремительный то ли выкидыш, то ли ранние роды.

Малюсенький сверток, содержимое которого Рони не хотела видеть.

Ей было страшно. В голову почему-то лезли воспоминания о новорожденных хомячках, которые жили у нее в аквариуме в далеком детстве.

Тошнило, и хотелось только спать. И чтобы все оставили в покое.

Все, кроме Брига. Только ему можно было находиться рядом. Примостившись на краешке кровати, едва касаясь её лица рукой, целуя прикрытые веками глаза, из которых все-таки катились слезы.

Пришла в себя Рони достаточно быстро, но врачи продержали её в больнице пару дней. Иногда ей казалось, что пожилая медсестра осуждающе смотрит на несостоявшуюся маму, словно то, что она не билась в истерике и не плакала целыми днями напролет, было неправильным. Но притворяться ради чужого одобрения Рони не собиралась. Она не чувствовала себя разбитой, поэтому уверенно говорила мужу:

— Все в порядке, Бриг. Со мной, с нами все будет хорошо.

— Ничего, Воробышек, — вторил ей Бриг перед выпиской, — может быть, оно и к лучшему? Как бы мы его воспитывали?

Рони была с ним согласна.

Ей хотелось вернуться быстрее домой и закрыть эту неудачную страницу жизненной повести.

Забыть и идти дальше.

Молодое тело восстанавливалось быстро, набиралось сил и возвращалось в привычную форму. Лишившись причины сидеть дома без дела, Рони устроилась на работу в кафе недалеко от здания университета. Через неделю, когда она возвращалась домой без ног, способная только мычать от усталости, она привыкла к новому распорядку дня. А еще через две поняла, что ей нравится её новая работа. Большинство работников были немногим старше Рони, а среди клиентов было много студентов, поэтому время в кафе пролетало веселее и быстрее, чем в одиночестве дома. Рони нравилось, когда Бриг встречал её после смены, и она спешила поделиться с ним событиями дня, а муж слушал или делал вид, что ему интересно.

В кафе у нее появилась новая подруга — Мирей Нортон.

Во время затишья официантки разговорились и выяснили, что у них много общего. Мирей тоже выскочила замуж в восемнадцать лет наперекор всему свету, и три года спустя была все так же счастлива со своим Дэнисом. Надеясь на дружбу семьями, Рони познакомила Нортонов с Бригом, но у мужчин оказалось слишком мало общего. Дэнис увлекался оружием, военными фильмами и с удовольствием говорил только про своего старшего брата, которого армия спасла от наркотиков и тюрьмы. Он любил повторять историю, о том, как Фин вовремя пришел на призывной пункт, а хорошая физическая подготовка брата помогла заинтересовать рекрутов. После трёх лет в зонах активных действий брат Дэниса жил в столице и учился в военной школе. Мирей сопровождала рассказы мужа недовольной ухмылкой и напоминала, что делать счастливой собственную жену — тоже подвиг.