Чтение онлайн

Аленькие, да?.. Цветочки, значит?..

Волна ненависти поднялась во мне.

– Может, не надо?
– спросила Нан, уловив мою мысль.
– Ну, как знаешь...

Я отпустил силу.

Не стал разбрасываться огнешарами и гранатами. Просто подвесил над полянкой шарик света, похожий на тусклую лампочку.

А потом до отказа повернул регулятор её напряжения.

Словно молния сверкнула рядом, с беспощадной чёткостью высветила всё, о края резких ломаных теней, казалось, можно было порезаться...

Молния потухла. Я поморгал, - на сетчатке остался медленно бледнеющий "фотоснимок" поляны, прошёл в центр поляны. Зелень казалась целой, лишь побурела, но под моими шагами распадалась в пыль.

Жасмин с одобрением разглядывала поляну.

В молчании разожгли огонь, подогрели пищу, поели.

– Красная Мокрица, - сказала Архимаг.

Я поперхнулся водой реки Дэва.

– Эти цветы усыпляют путников, а потом засевают тела своими семенами, - женщина разглядывала цветы, сожженные моим заклинанием, тронула один алый венчик, он сломался, осыпался тонким пеплом.
– Говорят, на основе этих цветов наши предки вывели особое, очень эффективное оружие. Вот бы найти...

– Лучше не надо, - пробормотал я. Жасмин удивлённо уставилась на меня. А я на землю.
– Ну-ка...

Плеснул из чашки ещё, и вода, чистейшая волшебная вода, которую я пил, разьела случайно уцелевшие растения не хуже соляной кислоты.

Там, в Хидоне, чаша время от времени начинала лить воду, мы держали её не дома, а оставляли, заклинив в корнях деревьев посёлка, каждое утро перенося на другое. Собственно, мы и взяли-то чашу потому, что как раз проходили мимо, спеша за Жасмин, иначе так бы и оставили в Хидоне. Нан вовремя вспомнила, какое бодрящее действие оказывает вода из неё - не хуже кофе.

– Это так и должно быть?
– поинтересовался я.

– Нет, - Жасмин смотрела удивлённо. Во взгляде Нан мелькнуло понимание.

– Да ведь их силы антогонистичны - эЛ и того, кому принадлежит эта чаша! Конечно, вода из реки Дэва смывает порчу с этой земли!..

– Всё это замечательно, - нервно сказала Жасмин, - но эЛ может и заметить, что его в одном месте убыло...

Она поглядела, как там, где росла мокрица, поднимается щётка обычной зелёной травы.

– И обратить сюда пристальное внимание.

Мы переглянулись и заторопились прочь.

Темнота сгустилась вдруг. Ещё совсем недавно было достаточно светло для чтения, а сейчас можно разглядеть только землю под ногами и тёмные фигуры спутников.

– Жасмин, - сказал я.
– Пора останавливаться на ночлег.

Женщина, не оборачиваясь, коротко дёрнула головой.

– Жасмин, дети с ног валятся...
– жалобно протянул я.

Архимаг обернулась, я чуть не шарахнулся - лицо её было туманным пятном с жёлто-зелёными искрами глаз, отражающими неяркое свечение "слёзки".

– Я вас за собой не звала, - прошипела.

– Вообще-то мы можем идти, - заверил я.
– Но гулять ночью по Лихо...

Жасмин предостерегающе вскинула руку, Нан ойкнула и сделала попытку дать мне затрещину. Я увернулся.

– Гулять по эЛ. ночью не стоит, - равно как и не стоит произносить имя дурного места вслух, пребывая в этом месте, правильно меня одёрнули.

– Хорошо, - глаза Жасмин лихорадочно блестели.
– Привал...

Я уже привычно сложил треугольник (огненным мелочам научила Нан), зажёг огонь... и обнаружил, что волшебное пламя еле-еле греет и светит. Жасмин без охоты пожевала холодного мяса и ушла в ночь, чтобы раскинуть защитные линии вокруг стоянки.

Вернувшись, сказала, что в эЛ. нельзя беспечно полагаться на сторожевые заклинания и предупреждения имплантов, которые бодрствовали, когда их хозяева спали. Все согласились, что следует оставить часовых, распределили вахты. Жасмин порывалась сторожить всю ночь, но в конце концов вняла голосу разума.

Может быть, этот куст, незаметно подкравшись, просто хотел пожелать нам доброго утра, но я не стал разбираться и угостил его огненным заклинанием, спалившим передвижную фауну дотла и разбудившим остальных. Мы решили, что уснуть всё равно не сможем, без аппетита позавтракали и двинулись.

Сначала пришлось пробираться через настоящий лабиринт из колючего кустарника. Листья толстые, мясистые, коричневые, с резким запахом хлора. На Нан напал чих. Уколы шипов были ядовиты, страшно чесались, ура живой одежде, хоть как-то сдерживающей...

Жасмин рубила заросли своей живой лозой, но волшебная вещица очень скоро утомилась. Видя, что она вот-вот вспылит и спалит всё вокруг дотла, я посоветовал отодвинуться в сторонку и выбросил из рукава биомеч.

Конечно, Жасмин слышала о нашем оружии от Сайны и самолично уложила пострадавшего от него Дарела в капсулу, а недавно познакомилась и с Путешественницей, целиком вырезанной из одного ствола дерева... но всё же действие биомечей представляла себе слабо. Теперь с восхищением смотрела, как мы расправлялись с кустами, которые, кстати, норовили уползти от карающих лезвий. Закончив работу косцов, мы убрали клинки и скоро вышли на старую тропу.

Жасмин сделала пару шагов и мгновенно провалилась по пояс в тропу. Я бросился было на помощь и провалился по щиколотки.

Нельзя рыпаться, если попался в болото. Чем больше делаешь ненужных движений, тем быстрее тебя засосёт трясина. Но это в теории, а попробуй-ка не двигаться, когда под тобой не твердь, а мягко расползающаяся грязь, а ног касается что-то склизкое...

Я крикнул Нан, чтобы не совалась, ощущая, что медленно проваливаюсь.

– Меня кто-то ест, - задумчиво сказала Жасмин. Вероломная тропа хлюпнула. Я выбросил биомеч, вытянул его на всю длину, зацепился за ветку низко растущего дерева. Ветка хрустнула, сломалась и стукнула меня по голове.

Бормоча проклятия, сформировал крюк на длинной рукояти, вонзил в ствол - брызнул сок, почти как кровь. При этом провалился по пояс. Осторожно потянул себя из трясины.

Жасмин трепыхалась, зачалившись своей лозой, но проваливалась всё глубже. Гулкий удар, трясина содрогнулась - Нан срубила одно из деревьев, оно упало рядом с нами. Девушка вскарабкалась на него и достала сперва меня, а потом Архимага.

Тропа печально вздохнула и забулькала. Поверхность её восстанавливала структуру, имитируя утоптанную землю, камешки, травинки, упавшие листья...