Чтение онлайн

Видя, что Ланделин нехорошо косится на мой стакан, я поспешила сделать глоток и…

Ох, ты ж, ешки-матрешки! Это что вообще такое?

Кларвин, смеясь, тут же сунул мне прямо в рот кусок шашлыка.

Не поняла. А когда их снять успели? И главное, кто?

Я оглянулась на угли и увидела, что шашлыков там действительно нет. Зато вокруг снует довольный разномантийный народ, усиленно работая челюстями.

Вот как они успевают?

Задумавшись, снова сделала глоток и вновь чуть не подпрыгнула от ощущений. Удивительно, как в один напиток можно было впихнуть и чувство перехваченного дыхания, и морозную свежесть, и ураганный ветер, разрывающий легкие, и сладость ирисок, и горечь полыни, и нежность розы, и что было совсем уж неожиданным — ощутить во рту множество тонких иголочек, которые с хрустом ломались и делали громкое п-ш-ш.

— Заедай, — тут же рассмеялся Кларвин, норовя засунуть в меня очередной кусок мяса, но Ланделин оказался проворней, и, захлопнув рот, я поняла, что внутри него таки оказался кусок шашлыка, но вместе с ним туда попал еще какой-то сочный приторно-сладкий фрукт.

Вот же ж!

Оба парня выжидательно на меня смотрели, стараясь предугадать мою реакцию. А я стояла и усиленно работала челюстями. Вкусно же!

— А хлеб где? — спросила я, когда наконец осознала, чего мне не хватает для полного удовольствия.

Парни переглянулись и мигом рванули в разные стороны.

Красота! Давненько за мной не ухаживали. Пусть даже ухаживающие намного младше меня.

Воспользовавшись тем, что меня оставили одну, а за шашлыками следить больше не нужно, я отправилась оценивать размеры студенческой катастрофы, а заодно найти Эйсму и Заразу. Чувствует мое сердце, что первую уже нашли неприятности, а вторая нашла их сама.

Вечеринка давно уже вышла за пределы скромной парковой полянки. Сквозь толстые стволы могучих парковых деревьев просматривались группки студентов по интересам. Не сдержав любопытства, я направилась к ним.

— А я ей и говорю, — услышала я, приближаясь к группке парней в красных и черных мантиях. — Я готов жениться хоть сейчас.

— И что?

— Что-что, эта стерва в ответ возьми и вытащи прямо из декольте брачный договор.

— А ты? — тут же раздалось дружное в ответ.

— А я что, дурак, что ли? Третий этаж — не так уж и высоко.

Смех перекрыл дальнейшие объяснения незадачливого любовника, и я поспешила к следующей группе.

В этой группе хорошо захмелевшие старшекурсники-серомантийники обсуждали принцип Кульве и кривую Оджина, а также стоит ли ее использовать в дипломной работе.

Все понятно — выпускники.

Следующей группе было не до учебы, потому как у них вовсю шел конкурс танцев. Красномантийцы играли роль жюри, зеленоплательные — роль участниц. Девушки двигались удивительно плавно и гармонично, я даже засмотрелась. Но по-настоящему поразила меня одна девушка с длинными русыми волосами, заплетенными в шесть кос. В отличие от остальных, ее движения были порывистыми как ветер в горах, от них сквозило надрывом и бурей чувств, словно маленький дикий вихрь заперли в клетке.

Удивительно, но она напомнила мне саму меня. Возможно, в жизни этой девушки тоже была не одна трагедия, возможно, она переживает ее именно сейчас.

Боясь поддаться чувствам, я поспешила прочь, даже не досмотрев танец, и наткнулась на пантомиму. Кто бы сомневался, что в главной роли сего представления играла Зараза. Увидев меня, она тут же скромненько села на подыгрывающий ей пенечек и наивно спрятала свои шаловливые пальчики за древком. Точнее, попыталась спрятать, потому как ширина ее импровизированной спины не позволяла этого сделать.

— О! — оборачиваясь, воскликнула Клардина. — Ветер, а мы тебя искали.

— Да я вроде как не пряталась, — присела я на услужливо освобожденный Заразой и предложенный мне пенек. — Вижу, вы тут с моей метлой развлекаетесь.

— Ой! — тут же рассмеялись семикурсницы. — Она такая потешная.

— У Ларики, — уже знакомая мне рыжая ведьма кивнула на несколько полноватую блондинку, — тоже метла-фамильяр. Но она как-то поспокойнее будет. Да и выглядит, — ведьмочки тут же разразились безудержным смехом, — пообычнее.

— Ну, — протянула я, глянув на тут же насупившуюся Заразу, — вы мою Заразу зря не обижайте. Пенечки, на которых мы сейчас сидим, к вашему сведению, она привела. И я сомневаюсь, что вас они будут слушаться лучше, чем ее.

После моих слов Зараза демонстративно выпрямилась и… вот же действительно зараза, щелкнула пальцами. Дружный подпрыг пеньков ознаменовался новой порцией смеха и попытками ведьм вернуться в сидячее положение. С первого раза получилось не у всех, что способствовало новой волне смеха.

— Ладно, метелочка, — прокашлялась сидящая рядом с Клардиной темноволосая ведьма, — извини. Ты правда замечательная. Просто смешная очень, как и твоя хозяйка.

Ну, все понятно. У девочек первая стадия опьянения, когда все вокруг замечательное, прекрасное и, главное, очень веселое.

— А ты что, правда своего фамильяра Заразой назвала? — обратилась ко мне владелица метлы-фамильяра.

— Да я о том, что она мой фамильяр, от вас только что первый раз услышала.

Ведьмы удивленно на меня уставились, затем переглянулись и снова заржали как лошади.

У-у-у, да я видимо ошиблась, тут не только глинтвейном обошлось, уж слишком все веселые.

— Не обижайся, — снова хлопнула меня по плечу Клардина, — просто ты правда очень смешная. И я рада, что братец именно на тебя глаз положил.

— Эм-м, — протянула я удивленно.

Вот ни разу ничего не поняла.

— Да объясни ты ей толком, — толкнула Клардину в бок девица, которая извинялась перед Заразой. — Не видишь, что ли — девчонка ничего не понимает.

— Ладно, — по-дружески приобняла меня за плечи сестра Кларвина. — Наша семья довольно богата и влиятельна. И Вин привык, что девушки на него пачками вешаются. Он и без того парень видный, а уж как узнают, из какого он рода, так вообще прохода не дают. В общем, избаловали его. Он в академию из дома как герой ехал, думал, перед ним все растекаться будут, а тут ты.

— И что? — не поняла я.

— Как что? — опять рассмеялась Клардина. — Думаешь, я не вижу, что плевать тебе и на моего братца и того боевика с третьего курса?

— И тебя это устраивает?

— Более чем, — довольно кивнула Клардина. — Мне по бабушкиной линии пророческий дар перешел. Так что я много чего вижу и знаю, что лучше тебя моего нерадивого братца думать своей головой никто научить не сможет.

Еще одна пророчица на мою голову!

Я, конечно, знаю, что мозги вправляю на раз, но неужели сестрице не жалко братца?