Чтение онлайн

– За вот уже почти три года учёбы я ни разу не теряла метлу! – страдальчески протянула я. Осеклась. – Ну, по крайней мере, перед занятиями. Не хочу даже думать, в каком виде уйду сегодня с полигона.

–Думаешь, тебе будет хуже, чем Джаннет, если та выпила подпорченную водичку? – ровно спросила Василиса, остановившись посреди мощёной тропинки.

Учитывая то, что Акияр не знал, что именно я делала на карнизе, водичка вполне могла быть уже выпита.

– По-моему, мы её улучшили, – усмехнулась я.

Подруга добродушно потрепала меня по плечу:

– Ну вот, улыбнулась, наконец! – Едва она это сказала, как тут же поддела: – Правда, от наказания за обиженную накануне пары метлу тебя это всё равно не спасёт.

Я скисла. Кажется, мы с ней поменялись ролями, и ворчливой подругой рядом с неугомонной заразой стала я. Правда, ненадолго. Отчаяние – дорога к подчинению, а негасимый оптимизм – к светлому будущему!

– Допустим, отправят в библиотеку бунтующие артефакты ловить, – предположила возможный исход событий я. – Утомительно, но не смертельно! Может, метёлочка даже кинется на мои поиски, увидит, как надо мной издевается не она, а другие, и заявит на меня свои права. А стоит ей вернутся, как и наказание смысл потеряет! Чудесно!

– Да неужели, к Занне вернулось настроение? – деланно удивилась Лиса. – Давно пора, ещё немного – и я бы перестала с тобой разговаривать. Ходить с лицом «Всё плохо» – моя прерогатива!

– Ты меня совсем не любишь! – цокнула языком я и активно зашагала к полигону.

– Конечно, нет, ты же теперь на свиданки в парк гоняешь!

– Говорила же, никакое это было не свидание!

– По тому, как у тебя горели глаза и щёки – не скажешь, – Василиса сложила руки на груди. Скептицизм в её словах можно было ложкой есть.

– Ничего они не горели. Много ты видела в темноте?

– Достаточно, чтобы меня чуть не стошнило.

– Ты миловалась с Динком прямо у нас в комнате, – я затормозила и преградила ей дорогу. Наши ночные посиделки с Акияром трудно было назвать свиданием, хотя его обещание на мне не жениться камнем осело на сердце и, возможно, выматывало меня сильнее, чем угроза наказания.

– Вот когда снова начну миловаться с Динком, тогда и прекращу говорить о тебе и Лиртише. Хотя я не ожидала, что ты от него краснеть начнёшь. Тебя же он больше в финансовом плане интересовал.

Это напоминание… неожиданно отрезвило?

Я пустилась в рассуждения:

– Ну, давай не будем отрицать, что у него не только счёт в банке красивый. – Хотя он, вне сомнений, внушал уважение. Когда мать – сестра императора, а отец – председатель Драконьего Совета, иначе и быть не может. – У него волосы чудесные!

Мы возобновили движение, потому как нас уже нагоняли и перегоняли однокурсники, кидая приветствия на бегу, потому как не желали опаздывать.

– И что же в них такого чудесного? – не поняла подруга.

Я выпучила глаза. Лиса серьёзно из-за своего Динка никого толком не рассматривала?!

– Ты много парней видела, которые бы реально за волосами ухаживали? Не забывали хотя бы расчёсываться перед парами? Особенно после ночных похождений.

– Допустим, немного.

– Вот! – я вскинула палец. – А у Акияра волосы мягонькие, шелковистые, вьются слегка, да ещё и лежат всегда аккуратно! И цвет медово-каштановый, сладкий!

– Знаешь, ты сейчас описываешь его как десерт, который хочешь съесть, – Лиса остановилась у двустворчатых дверей полигона, распахнутых, пока занятие не началось. – Того и гляди, слюна потечёт, и я подтирать не буду.

Тяжёлый взгляд, который предназначался моим перспективам на ближайшие несколько часов, я в итоге подарила подруге:

– Ты убиваешь мне всю романтику.

Купол над лётным полигоном мерцал не столько из-за света солнца и луны, сколько из-за защитных чар, коими был покрыт сверху-донизу. Изначально эти чары предназначались для того, чтобы сдерживать учащихся сражаться и летать драконов и не дать им покалечить ни себя, ни других в процессе. После – уже люди приспособили купола и для себя, когда выяснилось, что юные ведьмаки и ведьмочки тоже способны принести немало неприятностей, если упадут с высоты полёта над городом на чью-то крышу да попытаются сберечь себя, попутно раскидываясь заклинаниями.

Однажды, до занятий на закрытом полигоне, и вовсе случай был занимательный: один студентик улетел в город и был найден только несколько дней спустя. Оказалось, он упал в объятия роковой красотки и не мог уйти, пока её отец не заставил его жениться на ней. Красотка та была хоть и красоткой, но из не-магов, и ребёнок-маг значительно поднял бы её и семью в иерархии империи, так что неясно, кому в итоге там больше повезло, а кто в неприятности угодил.

Зато Лоренций, наш высокоуважаемый преподаватель по полётам для людей, по бродившей в Академии легенде, был внуком того самого студентика и предприимчивой красотки. Неясно только, что появилось раньше – факт о красоте девушки, в чей дом угодил ведьмак нашего славного учебного заведения, или влюблённость студенток в прекрасного Лоренция, которая даже не всегда развеивалась, стоило схлопотать от него наказание-другое. Притом, что отрабатывать не у него приходилось, так что в проколах на его парах – никаких плюсов, даже точёной мордашкой не полюбуешься.

– Ну что, бездари и тунеядцы! – поприветствовал всех собравшихся на трибунах ведьмаков и ведьм профессор Лоренций, паря перед нами на восхитительной лакированной метле. – Надеюсь, кто-то из вас сегодня проколется.

Ребята тут же зашептались, мы с Василисой, знавшие, кто именно уже прокололся, переглянулись.

– Видите ли, сегодня нашего славного господина Жака напугал скунс. И он, и все охраняемые артефакты мало того, что взбесились, так ещё и пропахли изумительно. Нужно исправить.

Он хмыкнул. Часть девочек вздохнула, потому как хмыкал Лоренций соблазнительно, как и выглядел. Чёрные волосы цвета воронова крыла, серые глаза и на редкость притягательные губы, даже если говорят всегда что-то злобно-ведьмачье.

– Скунсов в академии отродясь не водилось, так что, может, по счастливому стечению обстоятельств, скунс появился по вине кого-то с вашего курса?

Мы с Лисой сидели с абсолютно невозмутимыми лицами.

– А то искать так утомительно, что виновник безнаказанным останется, а это же такая жалость! – посетовал профессор Лоренций.

Ребята на трибунах начали смотреть один на другого. Не все на нашем потоке знали друг друга, потому не все знали, что от кого ожидать. Одно было понятно: если уж Лоренций заговорил об этом в начале пары, значит, ему нужна какая-то жертва и он будет её выискивать. Тут бывшая соседка Джаннет спросила:

– А где, кстати, Джаннет?

– Надеюсь, не здесь, – пробурчал Тион, ведьмак с моего, универсального, факультета, которого… ведьма Ройзел отшивала раз десять. Только за последний семестр, по правде говоря, а сколько на самом деле – вспомнить затруднительно!