Ведьма, околдовавшая его
Шрифт:
Муж срочно был выставлен за порог замка и теперь уже настойчиво был послан в Шеран, а к королеве срочно привезли тётю Михлен, которая паники племянницы не поняла.
— Девочка, значит, будет, — уверенно заявила она. — Дурнота матери — первый признак, что дочка родится. Она у тебя силы и красоту перетягивает. Не переживай, родится — станешь ещё краше, чем была.
И действительно, боги над Ламией сжалились и удостоили её чести прижать к груди дочь, которая с трепетом была вручена отцу в отличие от других детей прямо из рук в руки от матери.
— Она будет красивой. Как я и мама. Ты должен защищать её, беречь, чтобы она не повторила нашей судьбы, — заявила Ламия, затаив дыхание вместе с Никандром и следя за долгожданной принцессой.
Девочку на этот раз единогласно назвали Махлат, в честь женщины, которая натерпелась за свою жизнь достаточно, но вырастила и защитила выстраданную дочь. Для рожденной впоследствии второй принцессы имя также было подобрано без споров — Рамилия в честь второй матери Ламии, которая оберегала её уже в зрелом возрасте, прикрывая в буквальном смысле грудью от всех неприятностей.
Замок Нарин открыл свои ворота для мужчин.
Ведьму Ламию не стали бояться меньше. Наоборот, вместе с ней теперь опасались и её не убиваемого, всего покрытого шрамами, удачливого муженька.
Про чету Пран-Нарин говорили много, сплетен о них ходило теперь в два раза больше. И от всех стыла кровь в жилах.
Самая популярная история о странном браке сильного короля Шерана Никандра и главной дьяволицы Салии Ламии гласила в том, что Паучиха оплела своей паутиной незадачливого мужика, приворожила, околдовала… При чём этой версии придерживался даже сам «мужик».
— Прости меня. Это больше не повторится, — заискивающе попросил прощения Никандр, обнимая злую жену со спины за плечи. — Не злись, красавица.
— Ты каждый раз так говоришь. И всё равно все повторяется. Почему ты меня не слушаешь?
— Не злись. Ты же знаешь, что этот конфликт назревал давно. Надо было отстоять наши интересы. Я ведь защищал тебя и Салию.
— Мы бы могли решить это миром.
— Ты миром это решаешь уже целых пятнадцать лет, — ворчливо заметил король — Уран совсем страх потерял. Они уже даже Ведьму Ламию не боятся. Хорошо, что ещё армию Шерана опасаются.
Ламия презрительно фыркнула.
— Ну не злись, моя королева.
Ламия перевела на него хмурый взгляд.
— Богиня? — принялся подбирать ласковые клички для жены, учитывая, что на обычную она в последнее время сильно злилась.
— Волшебница?
— Ты уж определись кто я! — возмутилась жена, поворачиваясь к нему и позволяя, наконец, обнять себя нормально.
— Да Ведьма ты! Ведьма!
Конец