Чтение онлайн

Кто те люди, что похищали Сеню?

Зачем они это делали?

Что за странный инфильтрат появился в черепе у сыночка?

Чем это ему грозит?

Но когда он пришел в кабинет, все посторонние мысли пришлось откинуть. В том и заключалось проклятие, а может, пагуба или восторг его работы, что Данилов обязан был погружаться в нее безоглядно, оставляя на потом все идеи и мысли о своем, земном, личном. Только сконцентрировавшись на клиентах – полностью, ни на что не отвлекаясь, – он мог понять, принять и разрешить их боли, тяготы и скорби.

Вот и сегодня: четверо пациентов, на каждого по полтора часа, потом кратко записать их истории.

После первых двух – перерыв на обед и короткий, десятиминутный сон в кресле; после третьего – пауза на чай.

Приходилось о многом думать и чувствовать, чтобы помочь тем людям, которые к нему обратились, удовлетворить их чаяния.

В конце дня Данилов, как всегда, чувствовал себя опустошенным. Зато нет худа без добра: истончились, поблекли неотступные мысли о мальчике – он ведь все равно ничем не мог помочь ему и ничего сделать.

Около девяти он вышел из офиса и отправился пешком в сторону метро – привычно срезая путь дворами, пересекая Большую Ордынку и выходя на Большую Полянку. Дождь, несколько раз срывавшийся в течение дня, наконец совсем прекратился, и небо разъяснилось. Летний день понемногу тускнел, но солнце до сих пор поблескивало низко над горизонтом, отражаясь в многочисленных золотых куполах Замоскворечья.

Силы, изрядно высосанные визитерами с их нуждами, потихоньку возвращались к нему.

И вдруг на самом подходе к метро, возле нелепого для центра Москвы, очень советского четырнадцатиэтажного панельного дома он нос к носу столкнулся с недавней посетительницей – и, главное, основным персонажем его вчерашнего сна, в котором она рассказывала о том, где можно отыскать Сенечку (и оказалась права). Пред ним предстала собственной персоной «потомственная ведьма Дарина», сиречь Дарина Андреевна Капустина (он эти фамилию-имя-отчество запомнил твердо). Но в каком виде! Ни грамма от этнической йогини не оказалось в ней. Ее было бы не узнать, когда б Данилов не столкнулся с нею лицом к лицу. Теперь пред ним явилась молодая бизнесвумен: деловой серый льняной костюмчик, явно от модного модельера, шелковая блузка с соблазнительным в меру вырезом и туфли на шпильке. Образ довершали эффектная свежая укладка и строгая косметика.

– Здравствуйте, Алексей Сергеевич, – с легкой улыбкой проговорила она. – А я вас здесь жду, не буду скрывать. Записаться к вам на прием на ближайшие две недели никак невозможно; вот и приходится мне, словно поклоннице у артистического подъезда, подкарауливать.

– Что вам угодно? – сухо буркнул он.

– Поговорить о том о сем. Помните, как у классика: будто бы вода, давайте мчать, болтая, будто бы весна, свободно и раскованно! [4]

– Хорошо. У меня тоже есть к вам вопросы.

– Зайдем? – Она мотнула головой в сторону вывески возле самого метро, которая извещала, что здесь помещается сетевая кофейня. – Я приказала, чтобы нам здесь оставили столик.

– «Приказала»? – с легкой улыбкой переспросил он. – Там кофе наливают в бумажные стаканчики. Приказала – кому?

– Как кому? – без тени юмора отвечала она. – Мирозданию.

Над этим можно было бы смеяться, однако, когда они вошли в кофейню, самый козырный столик у окна оказался свободен.

– Вот и чудненько. – Она угнездилась, ставя недешевую сумку с вензелем «Балдинини» на подоконник. – Я займу местечко, пока мироздание не передумало, а вы сходите, возьмите мне большой капучино и шоколадный круассан. Умолять провидение, чтобы нам еду-питье за столик подали в нарушение здешних традиций, будет слишком нагло с моей стороны.

Для себя Данилов купил одновременно и черный чай, и двойной эспрессо – надо было взбодриться после целого дня тяжелой работы.

– Прошу. – Он поставил перед ведьмой стаканчик и круассан на тарелке.

– Надеюсь, вы не разорились – впрочем, я ведь вам заплатила тогда за визит, очевидно мне не нужный.

– Сколько раз вы будете поминать об этом? – буркнул Данилов. Чем-то она его раздражала. Раздражала – и притягивала: Дарина и впрямь была дьявольски хороша со своим пуком тщательно уложенных черных волос и алыми губами. Встречные мужики – да и дамы, – пока они шли к кафе, и те, кто заглядывал сюда, откровенно пялились на нее.

– Ладно, проехали, – поменял тему Алексей. – Давайте поговорим о том, что было вчера.

– А что было вчера? – кокетливо произнесла она, облизывая кончиком языка шоколадные усики от круассана: девушка явно обладала природной склонностью к флирту – либо прошла углубленные курсы по этому предмету.

– Будем говорить без экивоков, начистоту. Я видел вас во сне; вы помогли мне найти нашего с Варей сына. Как вы это сделали? И почему? Или вы причастны к его похищению?

Дамочка сделала большой глоток капучино и опять язычком удалила следы молочной пены со своих губ.

– Ах, Алексей Сергеич, вы так подстегиваете коней! Умоляю вас вскачь не лететь! [5] Но, если вам невмоготу, подумайте сами: разве не глупо было бы с моей стороны: похищать ребенка ради того, чтобы потом немедленно выдать вам место его нахождения!

– Не глупо – чтобы войти ко мне в доверие.

– Да вы и так мне доверяете, не правда ли? – Она протянула руку через столик и погладила Алексея по плечу.

– Но вы ведь просили от меня клятвы! Вы ведь потребовали, чтоб я кровью поклялся!

– Кровью? – Она округлила глаза, как бы разыгрывая простушку-дурочку. – Поклялся? В чем же?

– Вы сами все, все знаете. Не надо разыгрывать сцен и удлинять наш разговор.

– Ну, хорошо же. – Она помолчала. – Да, мы проверили вас. Да, мы убедились, что вы чрезвычайно сильный экстрасенс. Возможно, именно вашей помощи нам и не хватало. Поэтому мы предлагаем вам работать на нас.

– На «нас» – это на кого?

– Давайте не будем снимать все покровы, обнажать все части тела, ставить везде и всюду точки над «и». Вы узнаете все со временем; а сейчас я готова поклясться вам, что «мы» – это никакая не вредоносная, тем более не противоправительственная организация. Наша цель – это счастье и благоденствие людей; в первую очередь, конечно, самих себя, любимых (ну и вас тоже), а потом и остальных, всех прочих – как получится. Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный! [6]

Данилов залпом выпил эспрессо. Чай как раз подостыл до приемлемой температуры, и он принялся прихлебывать его по глоточку.

– Как, кстати, ваш сыночек? – заботливо переспросила Дарина.

– Ничего. В порядке. И мы его в самом деле обнаружили там, где вы мне показали.

– Вот видите.

Данилову хотелось спросить, что означает, зачем и почему появилось в затылочной кости малыша металлическое включение, – но потом вспомнил основной принцип, который проповедовал полковник Петренко (и Варя вслед за ним): «Не надо никому выдавать лишней информации», – и прикусил язык. В самом деле: может, ведьма и не знает об этом? Может, она не причастна к похищению?

– Итак? – исподлобья глянув на Дарину, вопросил Алексей.

Она усмехнулась и снова процитировала:

– Измучив доброго коня, на брачный пир к закату дня спешил жених нетерпеливый… [7] Окей, перехожу к делу.

355 год до нашей эрыГорный Алтай, Темене

Волшебное, безусловно, работало. Что оно умело безошибочно делать – это предсказывать будущее. Я ему всегда верила. Даже в мелочах.

А по большому счету верить ему сами боги велели.