Чтение онлайн

Дома она затопила баню, омыла себя, убрала дом. Повесила на окна плотные занавески, чтобы никто ночью не видел, чем она будет заниматься. И без сил провалилась в сон.

Впервые за долгое время ей приснился Тимур в полный рост. Он смотрел ей в глаза каким-то долгим, пронзительным взглядом. Будто хотел что-то сказать, но не мог. Алёна перевела взгляд на его тело и проснулась от собственного крика. Вместо ровного тела она увидела страшную картину.

Отдышавшись и оглянувшись вокруг, она заметила, что за окном уже ночь. Посмотрев на часы, увидела, что приближается ведьмин час, так в записях старухи называлось время с двух до трёх часов ночи.

Быстро соскочив с кровати, Алёна начала готовить место для обряда. Надела специально приготовленное платье — с длинной юбкой и открытым воротом. Протянув руку, открыла окно на улицу и вновь плотно задёрнула штору.

Открыла книгу и нашла в ней символ, который надо было нанести на фотографию разыскиваемого человека. А также знак, которым надо разграничить пространство, где она будет «работать». В углах начертанного расположила свечи.

Встав внутри, почувствовала себя странно. Порой ей всё это казалось баловством и глупостью. Но бешеный ритм сердца и пульсация в области щитовидки ощущались очень ярко.

Фотографию Тимура она положила рядом с собой. Также взяла свечи, спички, серебряные монетка, найденные на чердаке, и книгу с заговорами.

Начав выполнять все описанные в ней действия, Алёна не могла сосредоточиться. Ей казалось, что за ней наблюдает несколько пар глаз. На чердаке слышались шаги, но когда Алёна переставала произносить слова и прислушивалась — звуки смолкали.

Свечи сначала горели ровно, потом начали трещать, и их пламя то разгоралось, то спадало.

«Это потому, что я сама свечи делала, — успокаивала себя Алёна, — неравномерно распределила травы и воск».

Она читала дальше и делала то, что говорила книга. Девушке казалось, что она оторвана от реальности и смотрит на себя со стороны. Нанеся символы на фотографию Тимура, она оживила заговор своим дыханием и прижгла огнём.

А мучителей мужа решила отлить на воске и закопать их фигурки на кладбище. Убрав фотографию Тимура из круга со свечами, она осуществила задуманное и получила несколько странных форм.

За окном всё ещё было темно. Алёна накинула на себя тёплое пальто и, взяв восковые фигурки и предметы откупа, пошла на деревенское кладбище. Нашла заброшенную могилу и со специальным заговором закопала там восковые фигурки.

Ей было не по себе, но какая-то сила внутри вела её вперёд и будто совершала действия её руками. Вокруг было неспокойно: ветер шуршал сухими ветками, полная Луна закрылась тучами, начал накрапывать дождь. По дороге обратно Алёне мерещились завывания и чьи-то шаги за спиной.

«Только не оглядывайся, — говорила она сама себе, вспоминая указания из книги. — Только не оглядывайся».

Девушка глубоко дышала и уверено шла вперёд. Она помнила, как зашла на кладбище, но почему-то долго не могла выйти. Будто водили её дорожки туда-сюда и не давали уйти.

«Оставь откуп», — неизвестно откуда всплыли в её голове слова.

Вспомнив, что не сделала этого, Алёна нашла старый пень и оставила возле него буханку чёрного хлеба и бутылку молока, принесённые с собой.

После этого быстро нашла дорогу и на ближайшем перекрёстке кинула через плечо серебряные монеты. Домой прибежала с первыми петухами. Разложила по местам всё, чем пользовалась ночью, и легла спать.

Но сон не шёл. Алёна вертелась с бока на бок, мысли роились в её голове. Все сделанное ночью казалось странным и придуманным. Девушка не знала, будут ли результаты её колдовства, да и боялась узнать, как всё это действует.

Когда Солнце уже начало разогревать землю, она провалилась в беспокойный сон. И сквозь него слышала заунывное пение на незнакомом ей языке, с постоянно повторяющимися словами.

На следующий день Алёна чувствовала себя разбитой. Голова болела, ноги гудели, будто она прошла тысячу километров. Всё произошедшее ночью казалось сном. Она не могла поверить, что могла ночью ходить на кладбище.

Но удовлетворения не было. На душе была необъяснимая тревога. Когда ждать результатов от проделанной работы, да и что получится в итоге, она не знала.

Собравшись с силами, Алёна пошла за дочкой. Танюшка кинулась к ней на шею и долго не отпускала. Она крепко сжимала Алёну в своих мааленьких объятьях. Алёне казалось, что дочь встревожена.

Весь день девочка не отходила от неё, была капризна и требовательна.

Наутро Алёне вновь было рано вставать на работу, и она решила оставить Танюшу у бабушки, чтобы не будить ребёнка ни свет ни заря. Но Танюшка категорически отказалась отпускать её, и они ушли домой вместе. Утром, когда Алёна вновь привела дочь к свёкрам, Танюша смотрела на неё глазами, будто прощалась.

Этот взгляд её долго стоял перед Алёной, когда она ехала на работу на раннем автобусе. Она не хотела признаться самой себе, что боится наказания за проведённый обряд.

«Это не по-христиански», — звучал в её голове голос священника.

Больше всего девушка боялась за дочь, и поэтому поведение Танюши её настораживало и даже пугало. Всегда спокойная девочка легко оставалась с бабушкой и должна была уже привыкнуть к частым разлукам, ведь Алёна работала не первый день, но сейчас Танюшка вела себя иначе, и это беспокоило Алёну.

После смены она даже не пошла отсыпаться в свой дом, а зашла за дочерью. Свекровь оставила Алёну спать у себя, и Танюшка всё это время сидела рядом, перебирая старые игрушки, порой ложилась рядом с мамой.

Вечером они ушли вместе, и дома девочка оживилась. А Алёна за домашними делами не сразу заметила, что пропала книга, по которой она делала обряд возвращения Тимура. Она хотела ещё раз проверить, всё ли выполнила верно, но книги не нашла. На полке остались лежать лишь записи бабушки Тимура.

Алёне показалось это плохим знаком. Взяв в руки оставшуюся книгу, она почувствовала её торжество. А в душе поднялось разочарование. Не сумев разобраться в себе, девушка переключилась на Танюшку, стараясь за оставшиеся до очередной смены сутки дать дочери максимум внимания и заботы.

Девочка уже начинала смешно лопотать на своём детском языке, и Алёна улыбалась, слыша это. Когда они были одни, Танюша становилась прежней — обычной, весёлой девочкой.

Ночью Алёну разбудил стук в дверь. Не поняв спросонья, что происходит, девушка решила, что ей почудилось. Но стук повторился.