Чтение онлайн

Внезапно он поднял голову и в упор посмотрел на Лизу. Вспыхнув до корней волос, она поспешно отвернулась и приняла безразличный вид. Но на душе у нее сделалось неприятно. Не хватало еще, чтобы Тверской подумал, что она испытывает к нему интерес.

– Знаешь, Элен, – тихо сказала она на ухо сестре, – хочешь верь, хочешь нет, но у меня такое чувство, что этот человек появился здесь неспроста. И это внимание, которое он уделяет нашей семье… оно совсем не похоже на праздное любопытство скучающего в глуши аристократа.

– Не преувеличивай, – успокаивающе возразила Елена. – Тверской относится к нам так же, как и ко всем остальным соседям. Просто наше общество кажется ему чуть приятнее. В самом деле, ну не сидеть же ему безвыездно в своем имении, общаясь исключительно с сестрой?

– За щедрых и прекрасных хозяев этого гостеприимного дома! – с пафосом провозгласил Михаил Потапович, поднимая бокал.

Опустошив бокалы, вся честная компания с энтузиазмом принялась за еду. Однако оценить кулинарные шедевры княжеских поваров ей было пока не суждено, так как в это самое время двери столовой с шумом распахнулись и в комнату стремительно прошел высокий темноволосый офицер в запыленном синевато-зеленом мундире.

– А, да я, кажется, поспел как нельзя вовремя! – весело проговорил он, бросая фуражку на свободный стул. – Такой роскошный обед, да еще и в полдень… Приятный сюрприз после утомительной дороги.

– Черт возьми, Павел Несвицкий собственной персоной, – изумленно пробормотал Алексей, направляясь ему навстречу. – Вот уж, действительно, сюрприз так сюрприз!

Друзья крепко обнялись, а затем Тверской представил Несвицкого остальным гостям. Пожав руки Воронцову и Михаилу Потаповичу, Несвицкий по очереди поклонился каждой из девушек. Встретившись взглядом с Еленой, он слегка побледнел. Он пристально всмотрелся в ее лицо, словно пытаясь что-то припомнить, но, так и не вспомнив, галантно коснулся губами ее руки и уселся на свободное место по другую сторону стола.

«Интересно, что это значит? – удивленно подумала Лиза – Неужели они виделись прежде?» Однако стоило ей повернуться к сестре, как смутная догадка переросла в уверенность: в лице Елены не было ни кровинки, она даже дышала с трудом.

Опасаясь, что все обратят внимание на состояние сестры, Лиза в замешательстве взглянула на Тверского. К ее радости, он прекрасно понял ее взгляд и, чуть заметно кивнув, тотчас засыпал Несвицкого вопросами о столичных делах. Разговор сделался оживленным, и на Елену больше никто не смотрел. Тогда Лиза придвинулась ближе к сестре и легонько ущипнула ее за руку, чтобы привести в чувство.

– Элен, дорогая, на тебе лица нет, – встревоженно прошептала она. – Что случилось? Ты знакома с этим Несвицким?

– Боже мой, Лиза, ты даже не представляешь, – пробормотала Елена, начиная потихоньку приходить в себя. – Князь Павел Несвицкий – тот самый офицер, с которым я танцевала на выпускном балу в Петергофе!

– Вот так дела! – Лиза едва не присвистнула от изумления. – Ну, что ж, теперь мне все ясно. А знаешь, он ведь тоже узнал тебя. Только пока еще не вспомнил, где и когда вы встречались.

Елена прерывисто вздохнула.

– Лучше бы он вообще не узнал меня. К чему возобновлять это знакомство? У него наверняка уже есть семья.

– Совсем необязательно. Стал бы семейный человек мотаться без дела по имениям своих сослуживцев!

– Ах, какая разница! Все равно мне не хочется общаться с ним. Может, ему и будет интересно приударить от скуки за хорошенькой провинциалкой, но мне это совершенно ни к чему.

– Большей глупости я от тебя еще не слышала! – сердито фыркнула Лиза. – Да разве можно заранее обвинять человека в дурных намерениях? Может, князь Несвицкий вообще здесь только проездом, а ты уже насочиняла бог знает что.

Доводы сестры немного успокоили Елену, и она, наконец, принялась за еду. Когда обед закончился, Тверской пригласил гостей осмотреть парк. Михаил Потапович первым поддержал предложение, однако, когда все вышли на крыльцо, он вдруг «почувствовал усталость» и попросил Алексея прислать к нему управляющего, чтобы вместо прогулки потолковать о хозяйственных делах. Тверской охотно исполнил его просьбу.

Такой поворот событий пришелся Лизе совсем не по душе. Она сразу поняла, что отец намеренно решил оставить молодых без своего стесняющего присмотра. Зато отсутствие Михаила Потаповича весьма обрадовало Павла Несвицкого, который уже вспомнил, где и когда встречался с Еленой, и теперь сгорал от нетерпения остаться с ней наедине. Он поспешил предложить ей руку, и они двинулись по парковой аллее вслед за двумя другими парами. Но постепенно расстояние между ними все увеличивалось, а в один прекрасный момент они и вовсе отстали от остальных, свернув на тропинку, ведущую к красно-белому готическому павильону.

Здесь Павел замедлил шаг и, тщательно оправив мундир, взволнованно посмотрел на Елену.

– Знаете, – сказал он смущенно, – до сегодняшнего дня я никогда не верил в судьбу и счастливые совпадения. Но теперь, кажется, начну верить.

Елена взглянула на него из-под опущенных ресниц и чуть заметно усмехнулась.

– Поздравляю, князь – у вас хорошая память. Не каждый вспомнит женщину, с которой был знаком всего один вечер.

– Пусть это был всего один вечер, но зато какой! – Павел откашлялся и так пристально посмотрел на Елену, что она покраснела. – Елена Михайловна, – сказал он, осторожно беря ее за руку, – помните, тогда, в тот вечер, мы устали от танцев и пошли прогуляться по парку? Вы сказали мне, что собираетесь остаться в Петербурге и выезжать на балы. И вот, я начинаю посещать один светский вечер за другим, а вас все нет и нет. Я начинаю расспрашивать о вас, но никто не может мне ничего объяснить. Тогда я вспомнил, что вы упоминали имя баронессы Рооп. Я еду к ней и внезапно узнаю, что баронесса умерла, а ее родственники и слыхом не слыхивали о какой-то там воспитаннице по имени Елена. Вот так, – он развел руками и глубоко вздохнул. – Как видите, я не собирался забывать о вас, но вы так бесследно исчезли, что я не мог ничего сделать. Теперь я хочу услышать: почему? Почему вы так неожиданно покинули Петербург?

– Потому что… потому что я была всего лишь дочерью небогатого провинциального помещика, и никому в столице не было дела до моей судьбы, – проговорила она дрожащим от слез голосом. – Как только баронесса Рооп умерла, ее родственники выставили меня за дверь. И мне пришлось… – не договорив, она закрыла лицо руками и разрыдалась.

«Успокаивать плачущую женщину бесполезно, но можно попытаться ее развеселить», – решил Павел. И, немного подумав, с притворной строгостью проговорил:

– Ну, вот что, дорогая моя Елена Михайловна. Если вы тотчас не перестанете лить слезы, ваша сестра рискует остаться без жениха.

– Как? – От изумления она даже перестала плакать. – Простите, но я не понимаю, причем тут Лиза…

– А при том, – многозначительно сказал Павел, – что у моего друга Тверского очень горячий нрав. И если ему взбредет в голову, что это я вас чем-то обидел и вы плачете из-за меня, он непременно вызовет меня на дуэль. Ну а так как на его счету всего лишь три дуэли, а на моем – целых пять, то… – он философски развел руками, – скорее всего, именно я отправлю его на тот свет, а не он меня.

– Ничего не понимаю, – в недоумении пробормотала Елена. – Да с какой стати князь Тверской станет вызвать вас на дуэль из-за моих слез?

– Потому что он, как человек благородный, не может допустить, чтобы кто-то обидел сестру его невесты.

– Какой невесты?

– Что значит, какой? Елизаветы Михайловны, разумеется!

– Лизы?! Моей сестры?

– Ну да. – Павел в замешательстве погладил усы. – А… что вас удивляет в моих словах?

Елена глубоко вздохнула и вытерла остатки слез.

– Ну вы и сочинитель, князь, – сказала она, рассмеявшись. – С чего это вам взбрело в голову, что Лиза – невеста Алексея?

– Как это – с чего? – обиделся Несвицкий. – Да он мне сам об этом сказал!