Чтение онлайн

— Так давай верну. Мне не трудно… наверное, — предложила я.

— Не успеем, — отрезал Роман. — Будем справляться своими силами. Все неугодные сейчас покидают территорию поселка. А дочь зарвавшегося министра для комиссаров лакомый кусочек, так что, вполне возможно, удастся обойтись без огласки. Будем надеяться, что они не захотят упустить возможность поймать министерство на крючок. Эти две структуры давно сферы влияния делят.

— Не попасть бы и нам в эти жернова, — задумчиво проговорил тоже отказавшийся от побега Олег Демьянович.

Еще здесь были Елена Аскольдовна и куратор кинетического отделения. Остальные предпочли не попадаться на глаза магкомиссии. М-да, и кому только обучение детей доверяют?

— Явилися! — с воплем ввалилась незабвенная Ирина Алексеевна.

Роман встал из-за стола, я же, наоборот, плюхнулась на ближайший стул. А через секунду Алексеевну аккуратно, но настойчиво отстранили с дороги, и в преподавательскую вошли они — люди в черном.

— Прошу оставаться на местах, — проговорил высокий худощавый мужчина, оглаживая ухоженную бородку.

Поднявшаяся было Елена Аскольдовна снова опустилась на стул.

— Я так понимаю, вы объект, юное создание? — ласково улыбнулся мне все тот же дядечка.

Остальные четверо пришедших с ним рассредоточились по комнате и молча осматривали помещение.

— Я не объект, а человек… с утра была, — начала за здравие, а закончила за упокой я. А потом вообще голову в плечи втянула.

Дядечка в черном снова улыбнулся и «успокоил»:

— Вам совершенно нечего бояться.

Только при этом он сделал легкий пасс рукой, и его сослуживцы поменяли место дислокации, попросту окружив меня. Двое встали за спинкой моего стула, двое по бокам. Передо мной — стол и этот человек в черном. Только затемненных очков не хватает. А нет, вон на нагрудном кармашке пиджака болтаются. Я почувствовала себя пришельцем с какой-нибудь Альфы Центавра.

— Это лишнее, — спокойно проговорил Роман.

— А-а-а, Роман Любомирович Голдин, — издевательски протянул человек в черном. — Наслышан. Достойный представитель семейства Голдиных, не пожелавший пойти по стопам предков и отказавшийся от службы в комиссии. Не сожалеете?

Вопрос был задан с явным подтекстом. Но мой Ромочка не смутился и, вернув издевательскую улыбочку, выдал:

— Нисколько. Служить, знаете ли, не люблю. Предпочитаю свободную деятельность.

— Наслышан, наслышан, — повторил дядечка. — Предпочитаете белый воротничок черным перчаткам. Только перчатки порой полезнее. И свободы дают больше.

— Призрачной свободы, — не остался в долгу Роман.

— А ваш брат считает иначе, — не унимался человек в черном.

— Я не мой брат, — отчеканил Роман.

— Чему я безмерно рад, — ухмыльнулся дядька и повернулся ко мне.

Вот теперь я прониклась. Он больше не улыбался, а сверлил меня взглядом. В прямом смысле сверлил! У меня вдруг разболелась голова и появилось навязчивое ощущение давления над переносицей.

— Забавно, — проговорил мужчина. — Природный блок. Ваше или тропа одарила?

— Чего? — жалко пискнула я.

— Ментальный блок ваш или от кого-то из обитателей Ведунов достался?

— А-а-а, так это ж от Лекса! — поняла я.

— Интере-э-эсно, а что за Леке? Иностранец? — мгновенно насторожился человек в черном.

Ой, кажись, я Сашку подставила.

— Прекратите несанкционированное сканирование моей подопечной, иначе я буду вынужден связаться с вашим начальством, — холодно проговорил Роман, спасая меня от необходимости отвечать на вопросы про Лекса.

— Работу в комиссии вы считаете недостойной, но не гнушаетесь связями в ее верхах. Неувязочка, — ехидно усмехнулся человек в черном.

— Со своей совестью я сам договорюсь. А вам не советую превышать полномочия. — Роман подошел ко мне, оттеснив одного из комиссаров, положил руку на плечо и успокаивающе погладил большим пальцем шею.

Его жест не укрылся от противного дядечки, но прокомментировать тот не успел, закрыв уже было приоткрывшийся рот с угрожающим «не советую».

Люблю Ромку! Вот именно о таком мужчине мечтает каждая девчонка: сильном, уверенном в себе, умеющем защитить честь своей женщины. Однако честь честью, а эти тоже не в бирюльки играть приехали.

— Ну что ж, территорию мы оцепили, персонал и учащиеся изолированы. Проводите меня к задержанной. И вы должны понимать, что, исключительно по инструкции, я вынужден оставить при вашей… подопечной охрану.

Роман кивнул, соглашаясь, сжал мое плечо напоследок и вышел из преподавательской, уводя за собой главного комиссара и двоих его подчиненных. Двое остались со мной.

— Вам лучше разойтись по домам, — предложил один из моих новоиспеченных конвоиров оставшимся педагогам.

Олег Демьянович, Елена Аскольдовна и Александра Андреевна слаженно встали, посмотрели на меня с сочувствием и вышли.

— А я посижу еще немного, — проскрежетал Федор Генрихович, — простите уж старика, суставы, будь они неладны, болят.

Я взглянула на бывшего директора, получила ободряющую улыбку и улыбнулась в ответ. А чего, собственно, я боюсь? Как там этот человек в черном сказал? Исключительно по инструкции? Вряд ли их инструкции предусматривают морить голодом бедную, несчастную студентку.

— А знаете что, ребятки, — начала весело, вскакивая со стула.

Горе-конвоиры вздрогнули и отступили на шаг. Ах вот значит как! Я взмахнула руками в сторону комиссаров, одновременно вскрикнув «бу-у-у», и они снова отступили.

Я хихикнула и глянула на Федора Генриховича. Старик сокрушенно покачал головой, но промолчал.

— Так я, собственно, о чем, ребята, шагом марш в столовку! — И сама первой потопала к двери.

Уже выходя в коридор, услышала шаги за спиной. Так-то лучше! Вы у меня еще и в комнате порядок наведете!

В столовой было тихо и пусто. На кухне обнаружилась только повариха Тамара, и она была, мягко говоря, не в духе.

— Ну, чего приперлися? — поинтересовалась она, подпирая кулаками широкие бока. — Неча жрать, все смели, как есть все. Тока картоха да мука и осталися. Вот чем прикажете вас, оглоедов, кормить?

— Мы не голодны, — проговорил один из моих спутников.

— За себя говори, — одернул его второй. — А давайте картошку сварим и картофельные котлеты?

— О-о-о, наш парень! — воскликнула я, похлопывая комиссара по плечу и неодобрительно косясь на его неголодного товарища.

— Денис, — представился парень.

— Сита, — ответила я.

— Так, чего встали? Неча тут миловаться, а ну пшли картоху чистить.

— А знаете, я не очень-то и голодна, до обеда в принципе потерплю, — промямлила я, отступая к двери.