Чтение онлайн

Ну должно же найтись что-то, что отменит ее безумный план!

— Ничего, — насупившись, ответила она. — Сказал, что очень занят, работает над информмероприятием в связи с заварухой, озвучил график, сообщил, к кому в учебной части подойти за ведомостью завтра. Я знаю, что ты скажешь — что я могу готовиться здесь, что у меня есть смартфон, и твой комп в моем распоряжении. Я так не могу. С экрана почему-то знания в меня не залипают!

Она помолчала, и добавила тихо и жалобно:

— В конце концов, мне переодеться надо… И постираться… Я третий… Нет, кажется, четвертый день в одном и том же…

Влад вздохнул — если речь зашла об этом, спорить действительно бессмысленно, — и пошел за телефоном.

— Михаил, приветствую. Как обстановочка? — начал он.

— Хреново, спасибо, — как нельзя более кратко охарактеризовал ситуацию гендир «Захвата». — Ты телик не смотрел еще? Счастливчик, завидую. Вот и не смотри. Тьфу, «не смотри-те», хотел сказать.

Оба помолчали, потом Ионеску продолжил:

— Николай этот, между прочим, просто золото-находка! Конечно, пока только учится, но пару идей по информкампании выдал таких, что Федор сам обалдел!

— Какой Николай? — не понял Влад.

— Которого ты мне сам подогнал, — хмыкнул гендир. — Старостин. Благодаря их с Богданычем усилиям собственно про нежить еще никто не заикнулся. Но близко ходят, гады. Пока что жуют про самоуправство «Захвата», про то, что силовые операции отданы на откуп какой-то частной лавочке… Ну и пытаются копать насчет прошлого Хватова. А вот там, глядишь, и докопаются…

— А с нами что? — спросил Влад.

— Пока сидите тихо там. Сам понимаешь, по вам боевики работают, не агенты НКО какие-нибудь… Задержка связана с тем, что им надо активировать «спящих»… Стоп! — до Ионеску, видимо, дошло, он вздохнул. — Анастасия домой хочет, что ли?

— Ей надо. Очень надо, — развел свободной рукой Влад, хотя понимал, что гендир этого жеста не видит.

— Надеюсь, вы не поссорились там, — буркнул Ионеску. — Ладно, сейчас пошлю ребят… Хотя трудновато будет, сейчас все на счету… Ты там знаешь что, Влад? Фигней не майся в одиночестве, слушай. Мы сейчас все связи Парщикова отрабатываем, нам хотя бы коррупционное взаимодействие какое найти… Вот и займись на досуге — может, вспомнишь что… Или найдешь в сети, ты же шаришь прилично… Любой компромат!

— Понял, Михаил. Я друга из контрразведки помочь просил после нашего с тобой разговора об ошибках Парщикова — помнишь? Позвоню ему, напомню. А сам… Не хакер, но чем смогу… Так сразу, конечно, не вспомню… Ты вроде говорил, он с бывшим главным по кадрам вась-вась? Парщиков там что, работал?

— В одно из возвращений после провала резидентуры. Там и допуск получил — комплектовал подразделения погранохраны в Китеж.

— Понял, — повторил Влад. — Ну, тогда ждем ребят, позвоню и сяду… За мемуары, так сказать. Вдруг что вспомню — покопаюсь…

Он нажал отбой и повернулся:

— Все, Настя, приедут сейчас… — он осекся, увидев лицо Насти, стоявшей в дверях комнаты. — Что случилось?! Что, скажи!

Настя помолчала, потом спросила каким-то ломким голосом:

— Парщиков работал в кадрах, да?

— Ну да…

— Я забыла… — протянула она плачуще. — Я забыла! Прости! Звонков ведь сказал, что если не скажу вам с Федором заранее, то…

— Что Звонков?! Что?! — не понимая, он притянул ее к себе и легонько потряс за плечи. — Он в Москве был?!

— Ну да! Я с ним встречалась одиннадцатого, когда ты в Белгороде был! Он до сих пор ищет «крота», который на Лукоморье и Китеж навёл… этих! У меня конверт его дома лежит, толстый… И на словах просил передать… — Настя наморщила лоб, вспоминая. — Что «крот» допуск получил, работая в кадрах… Что сам магией не владеет, вообще технарь по образованию, потому не может ее понять... И что мотив у него — месть, маги спасти кого-то из близких не смогли… И еще Александр Васильевич сказал, что раз уж я заранее не предупредила никого, что с ним встречаюсь, передать это смогу… не скоро… Так и вышло — я забыла…

Она всхлипнула, а Влад, отпустив ее плечи, схватил телефон и снова нажал вызов:

— На! Скажи это Ионеску сама! И где конверт лежит!.. Алло, Михаил, кажется, компромат подоспел — загляденье!..

Влад отвернулся от монитора и посмотрел на Настю. Она накручивала круги по комнате, уткнувшись в смартфон — сказала, что ей так легче сосредоточиться на учебе. Ну-ну…

В сущности, ему заняться было нечем. Денис не отвечал, оставлять ему сообщение на автоответчик он не решился. Поэтому Влад просто «дрейфовал» со ссылки на ссылку: после того, что Настя сообщила Ионеску о «кроте» и письме Звонкова, гендир отменил и поиск информации в сети, и отъезд Насти. Сказал, что поедет к ней домой за конвертом сам, а потом перезвонит…

Два пункта сошлись сразу — работа в кадрах и то, что Парщиков был технарем: по сведениям Ионеску, изначально нынешний начальник отдела специальных энергоинформационных операций закончил техникум связи. Насчет смерти кого-то из близких было сложнее: ведомственные не трубят налево-направо о своей семье, да и в официальных биографиях подробности обычно не указываются. Так что Влад сейчас только изображал деятельность, да и то особо не бурную: надо же было чем-то себя занять…

— Настя, сядь, а? — тихо предложил он.

Она гневно сверкнула на него глазами и зачитала вслух, с напором:

— Каждая сторона обязательства может быть представлена одним или несколькими лицами. Явление, при котором на стороне обязательства участвует несколько лиц, называется множественностью лиц в обязательстве, иногда говорят об участии в обязательстве нескольких кредиторов и должников, — Настя горестно вздохнула. — И вот этой мутоты, которая мне никогда не пригодится — четыреста пятнадцать страниц. Влад, отстань, а?

Она снова уткнулась в смартфон, а ему оставалось только молча посочувствовать. Влад уставился в экран. В сущности, он понимал состояние Насти, и сам чувствовал себя лишь немногим лучше — только благодаря опыту.

Когда позвонит Ионеску?

Что он скажет?

Когда позвонит?..

Что скажет?..

Когда?..

Что?..

Как обычно в такой ситуации, звонок раздался неожиданно. Влад вздрогнул, и услышал, как позади будто споткнулась и замерла Настя.

— Привет, затворники! — голос гендира был уже совсем другим, вовсе не усталым, в нем звучала бодрость, но бодрость какая-то отчаянно веселая. — Письмо получил, прочитал. Ну что, игра пошла по-крупному. По самому крупному, я имею в виду. Сармат, вам необходимо срочно покинуть квартиру. Сейчас отдам приказ, за вами зайдут. Перезвоню минут через двадцать. Отбой.