Чтение онлайн

— ОЧЕНЬ, — вздохнул Хор. — ПОТОМУ ПЫТАЕМСЯ РАЗВЛЕЧЬ СЕБЯ ЗА СЧЕТ ГОСТЕЙ… ИНОГДА ШУТКИ ПОЛУЧАЮТСЯ НЕУДАЧНЫМИ… А ИНОГДА — ОЧЕНЬ ЗЛЫМИ… ИЗВИНИ, ВОИН… ЛАДНО, ДО ВСТРЕЧИ! НА ПУТИ ОБРАТНО ТЕБЯ ЖДЕТ ПРОСТО КОРИДОР, НЕ БЕСПОКОЙСЯ.

Влад развернулся и увидел приоткрытую дверь. Шагнул туда…

Только завернув за угол, он понял, что его всего трясет, а сердце пытается выпрыгнуть из груди — и от физической усталости, и от морального напряжения. Наплевав на все условности, он сел на бетонный пол, прислонился спиной к стене, свесил руки с согнутых колен и закрыл глаза, приказывая себе расслабиться и немного отдохнуть…

Весна здесь сильно задерживалась по сравнению с Москвой.

Еще днем, когда они спустились к озеру, чтобы установить палатку, Настя заметила и еще сырую, набухшую талой водой землю, и холод, идущий от леса. Влад выбрал место посуше на небольшом возвышении берега, но где-то неподалеку слышалось журчание ручья, и Настя порадовалась, что взяла с собой и теплый свитер, и грубошерстные носки — их прислала бабушка на Новый год, но она их до сих пор не надела ни разу.

Ночевка по-прежнему вызывала у нее некоторое опасение, но Влад достал из рюкзака три на удивление небольших свертка. Один оказался двухместным самонадувающимся ковриком, который он упорно называл пенкой, а два других — спальниками. Перед тем, как отправиться гулять по городу, Влад решил собрать валежник для будущего костра, а Настя посидела на коврике и тайком попробовала завернуться в спальный мешок, и осталась довольна — должно быть тепло.

Кроме того, Влад сказал ей, что в рюкзаке есть еще термоодеяло, и, если ночью она будет замерзать, он обязательно его достанет.

Теперь они сидели у разгоравшегося костра и смотрели, как постепенно сливается с темным небом полоска зари, чтобы буквально через пару часов разгореться вновь.

Настя тайком следила за Владом: ей показалось, что, хотя он вышел из Куба явно довольным и даже каким-то расслабленным, разговор с Граалем дался ему очень нелегко. Он снова поцеловал ее там, в скверике, но по пути к озеру предпочитал молчать или отвечал на ее вопросы односложно. Да и здесь, пока он разводил костер, красноречием предпочитал не блистать…

— Холодно? — спросил он, когда она прижалась к нему, и приобнял. — Замерзла?

— Нет, — тихонько отозвалась она. — Я уже утеплилась. Просто…

— Дрова сырые. Я чуть позже еще соберу, пусть эти разгорятся. Не проголодалась еще, шашлыков дождешься?

Они плотно поужинали в кафе в центре Китежа, и хотя было это уже довольно давно, Настя уверенно ответила, что подождет.

Над дальним краем озера выплыла убывающая Луна — огромная, слегка красноватая, и они помолчали, наблюдая за тем, как она поднимается, как ее края обретают четкость, как ночное светило становится все меньше…

— Романтический ужин при Луне, — засмеялся вдруг Влад.

— Ты чего? — удивилась она.

— Да так, — слегка отмахнулся он. — Мысли вслух… Вспомнил один разговор. С другом.

Настя промолчала: бабушка говорила ей, что когда мужчины начинают разговаривать сами с собой, вмешиваться нельзя.

Однако, Влад не продолжил, и через пару минут она решила, что разговор закончился.

— А расскажи мне что-нибудь, а? — попросила она. — Про себя?

— Что? Разве я тебе мало рассказывал?

— Ну Влад, ну пожалуйста! Прикольное что-нибудь. А то ты печальное обычно рассказываешь…

Это было не совсем справедливо: Влад никогда не грузил ее ни служебными проблемами, ни драматичными воспоминаниями о службе, просто обычно после его рассказов ей самой становилось грустно. Ну что поделаешь, в таких вот реалиях живет ее избранник… Но Насте сейчас действительно хотелось услышать от него что-нибудь веселое.

— Ну ладно. Только начало все равно грустное будет, наверное, — предупредил Влад. — Но потом обещаю, будет смешно. Помнишь памятники сегодня?

Настя молча кивнула — по ее мнению, визит на площадь, где творцы прилюдно трудились над скульптурами в честь Битвы за Китеж, был еще одной ее ошибкой. Она-то собиралась показать ему законченные памятники непреодолимой магической силе и кикиморе, запускающей боевую шишигу, но готовыми оказались еще два.

Первый понравился им обоим: он изображал Кота-Ученого собственной персоной. Тот сидел нога на ногу, почему-то без привычной одежды, в одной шерсти, так сказать, на кресле перед пультом. Он не надел гарнитуру оператора, а прижал ее лапой к уху — как и было тогда на командном пункте, — и жмурился с улыбкой. «Лучший аналитик и тактик применяет боевое мурлыканье против чудовищь» — гласила надпись на табличке. Настя особенно умилилась ошибке, конечно. Влад покачал головой — вроде бы, укоризненно, но с улыбкой.

А вот увидев второй памятник, он помрачнел, а она встревожилась.

Главной фигурой композиции был китежский таможенник, упавший на одно колено над убитым псом и гладивший его на прощание. Чуть позади прикрывал их автоматной очередью пограничник, судя по повязкам на предплечье и на лбу, дважды раненный. На табличке было высечено кратко: «Памяти защитников грузового портала».

Постояв перед памятником, Влад только бросил ей: «Ну, пошли…», и Настя зашагала рядом, не сказав ничего…

— Я ведь у того памятника не Битву за Китеж вспомнил, — вдруг улыбнулся Влад. — Учебу. И тренировки. Я сознательно Пограничный институт выбрал. И понимал, на что иду. Но все равно тогда все представлялось… иначе. Не в смысле — в реальности все оказалось более сложным и тяжелым. Просто по-другому…

— Думал, будет веселее? — попыталась подсказать Настя.

— Хм… И это в том числе. Но не совсем. Я бы так выразился — полагал, что после тяжелых случаев всегда можно будет расслабиться. Посмеяться тоже, может быть… В общем… Был у нас такой случай. На практику вывезли на одну территорию. Там полигон у границы с северным соседом нашим. Прямо вплотную. Имитация контрольно-следовой полосы и самого заграждения — длиной в пару километров, представляешь? И отправили нас в ночной марш-бросок с пересечением полосы препятствий — она там же устроена. А в это время, оказывается, группа особо одаренных решила пересечь границу с нашей стороны и попросить политическое убежище у правительства этого северного соседа. Ночь туманная, хорошо — считают, что их не видно. И, главное, уверены, что примут их там с распростертыми объятиями. Откуда такие наивные берутся, а? — Влад вздохнул и покачал головой. — Обнаружили они, в общем, нашу контрольно-следовую, обрадовались, в тумане на заграждения наткнулись — вообще в восторг пришли. Колючку заготовленными кусачками посекли и перелезли. И как ты думаешь, что сделали?

Настя подумала, потом решила пожать плечами — все равно ход мысли таких редкостных умников представить себе не могла.

— Разожгли костерок, достали припасенные бутерброды и коньячок, уселись, и начали праздновать успешное завершение похода. На демократической стороне границы, как они думали. И тут на них мы при полной выкладке выбегаем…

Настя не выдержала — засмеялась в голос.

— На огонек, так сказать, — Влад тоже посмеивался. — Когда мы разобрались, что они на полигоне делают, а они поняли, откуда мы тут взялись — шок был взаимным, честное слово!