Чтение онлайн

Фердинанд,

как твои дела? Как продвигаются исследования? Есть ли новые открытия? Если честно, они нам сейчас остро необходимы, поскольку атмосфера для нас не самая благоприятная. Мне кажется, на рейхсфюрера давят, чтобы он сократил «Аненербе», и не мне объяснять тебе, что мы — первые на очереди. За семь лет исследований — никакого сколько-нибудь значимого результата в виде серьезной научной работы, тем более триптиха о ведьмах. Ты бы слышал его ледяной тон — у меня чуть трубка в руке не замерзла. Хорошо еще, что среди нас его двоюродный брат: если бы не он, боюсь, нас бы давно уже не было.

Я каждый день думаю о том, что, если бы приняли мою диссертацию, я уже мог бы ее напечатать, и начальство оставило бы нас в покое. Но нет же, это высокомерное старичье, трусливые академические задницы, не желают испортить свою репутацию какой-то там политикой!

Короче, ничего не поделаешь, от триптиха нам никуда не деться. Сейчас я жду вестей от остальных, чтобы узнать, как у них дела с их статьями. Похоже, что готово все у одного только Меркеля, — но, может, у тебя тоже? Надеюсь, ты не забросил исследования из-за своей новой пассии? Это нам теперь было бы совсем некстати. Я пока закончил первую часть о заговоре церкви против германских женщин — и представь себе, у меня там не сходятся цифры! Пока у меня есть статистика по Баварии, Саарской области и Бранденбургу, и за период с 1200 по 1790 год набирается никак не больше двух тысяч казненных! Я сойду с ума, если эта цифра не увеличится, а главное — сойдет с ума рейхсфюрер. Ты же знаешь, он многого ждет от этого, как будто судьба его сожженной праматери не дает ему спокойно спать.

Да, а кроме того, я должен подготовить какой-нибудь материал министру пропаганды для кампании за расово чистых матерей. Это связано с «Лебенсборном» [32] : нам, как известно, нужно больше солдат, война не ждет и требует активизировать германских женщин, матерей, родительниц и работниц. Эмансипация немецкой женщины, которая должна внести свой вклад в войну, — вот чем сейчас живет «Аненербе», и тебе надо было бы быть тут, чтобы своими глазами увидеть, как у нас стали ловить рыбешку в самых разных водах, даже совсем мелких. Для нас это значит одно: обосновать кампанию научно, и я не буду объяснять, что чем раньше мы это сделаем, тем лучше.

Поэтому прошу тебя прислать мне свои материалы по вопросу роли женщины в структуре древнегерманского племенного общества, присовокупив к этому описание устройства копаницкого социума. И не забудь приложить рисунки и фотографии — ты же знаешь, как их тут любят (например, попытайся сфотографировать Фуксену во время гадания: думаю, это произвело бы впечатление).

Пожалуйста, займись этим безотлагательно и поскорее пришли мне все перечисленное.

С приветом,

Рудольф

Берлин, 15 июня 1942 г.

Фердинанд,

спасибо за присланную статью, но я, честно говоря, ожидал большего. В смысле объема. Такой краткий обзор, как ты сам понимаешь, нельзя назвать сколько-нибудь солидным итогом семилетней работы. Я послал это рейхсфюреру с припиской, что это набросок более подробного исследования, которое ты вскоре предъявишь. Надеюсь, ты со мной согласен.

В остальном твои идеи насчет триптиха я, само собой, разделяю. Мне понравились твои примеры гонений церкви против женщин на территории Протектората. Подкупает своей четкостью и таблица с разбивкой по векам. Она прекрасно иллюстрирует, как усиливалась агрессия церкви — постепенно, шаг за шагом. Я страшно горжусь нашими открытиями, без которых этот заговор остался бы в тени более впечатляющих событий.

Рейхсфюрер сказал, что передаст твой набросок Геббельсу, а я еще приложил к нему первые результаты подсчета казненных женщин из некоторых земель Рейха. Признаться, не без страха, ведь они и на одну десятую не соответствуют ожиданиям рейхсфюрера. Становится ясно, что девять миллионов жертв нам не набрать. Сикс, Меркель, Бирман, Экштейн — все они приводят возмутительно, чудовищно низкие цифры! Мы можем потянуть время, потому что ряд архивов не присылает данных или же не в состоянии с нами сотрудничать, но все равно, надо бы нам всем встретиться в нашем центре, причем не откладывая, и подумать, как быть в случае, если мы не дотянем до той суммарной цифры, которая удовлетворила бы рейхсфюрера.

P.S.: Я все еще не получил твою статью о структуре древнегерманского племенного общества.

Хайль!

Рудольф

Берлин, 24 ноября 1942 г.

Фердинанд,

ты знаешь, кажется, пришло наше время! Этот шанс нам упустить нельзя! Ты можешь привезти Фуксену в Берлин? Я хочу во что бы то ни стало показать ее рейхсфюреру! Ты слышал об акции «Ванзейская пятерка»? Вряд ли, ведь информацией о ней располагает только узкий круг высшего руководства Главного управления. Поэтому коротко: рейхсфюрер распорядился привезти на виллу «Мар-лир» двоих ясновидящих, а также прорицателя, астролога и графолога — из числа тех, кто в сорок первом, после побега Гессе, был за нерадивость отправлен в трудовые лагеря. Вчера мне сообщил это Хазельхун (само собой, конфиденциально), который лично их выбирал и теперь ими занимается. Я их, правда, не видел, но, судя по тому, что рассказал Хазельхун, большинство из них не умеет и половины того, на что способны наши ведуньи. Это эстрадный комедиант, фокусник с хрустальным шаром, женщина, якобы гадающая по кофейной гуще, и двое шарлатанов от науки. Третий сорт в сравнении с тем, что есть в рукаве у нас!

А теперь самое главное: их задача — предсказывать будущее и делать прогнозы перед каждой акцией, которая у нашего шефа или самого фюрера вызывает вопросы. Один из них из-за этого якобы все время впадает в транс, другой пялится в свой шар, тетка лопочет про то, что видит в кофейной гуще, еще один составляет гороскопы… и вся эта чушь каждый день передается в центр и влияет на принятие решений штаба! У меня буквально мороз по коже, как представлю себе возможные последствия этого… Но к делу: что, если бы мы внедрили в этот механизм Фуксену с ее умениями и внешностью?.. Кстати, в практике Магдалок есть и сейд, если я не ошибаюсь? Ты понимаешь, какое впечатление это произвело бы на рейхсфюрера?

Подготовь ее к поездке, это наш великий шанс! А я пока обработаю Хазельхуна, чтобы он включил ее в ванзейскую группу.

Фердинанд, эту возможность нельзя упустить!

Хайль,

Рудольф

Берлин, 8 июля 1943 г.

Фердинанд,

твой ответ меня просто взбесил! В твоем распоряжении немалые средства и уйма времени на то, чтобы показать более весомый результат, особенно если учесть, что ты настолько втянулся в свою работу на местности, что получаешь от нее удовольствие даже за пределами своих служебных обязанностей! Тебе бы уже пора веревки вить из этих твоих Магда-лок — а ты вместо этого сообщаешь, что ни одна из них и слышать не хочет об отъезде. Пойми: это мы должны ставить им условия, а не они нам!

Сначала я решил, что тебе придется переступить через то, чего они хотят, а чего нет, и так или иначе добиться своего. Твое дело как. Но ситуация несколько изменилась. Я был в штабе, и рейхсфюрер принимал меня лично. Аудиенция проходила как обычно: он крайне недоволен нашей работой — совершенно недоволен! Он даже дал понять, что, если мы не-медленно не предъявим ему триптих, деятельность подразделения «Н» будет еще до конца года свернута.

Единственное, чем мне удалось поднять настроение рейхсфюрера, был подробный отчет о твоих исследованиях в Альт Грозенкау. Его реакция заставила меня изменить намерение любой ценой привезти Магдалок сюда. Пока мы можем поступить иначе. Он хочет с ними познакомиться, и как можно скорее. Я сообщил ему о твоих опасениях — что недопустимо выдергивать этих женщин из их привычной среды, — и он, как ни странно, принял это как должное и даже произнес фразу о том, что сверхъестественные явления происходят лишь в определенных местах, в которых скапливается особая энергия. Ему нетрудно будет заехать в Альт Грозенкау по пути в Пресбург, куда он через несколько недель собирается с рабочим визитом: самое раннее — 9 октября.

Я поеду с ним, так что мы увидимся. Если что, я буду звонить пограничникам.

Посылаю это письмо срочной почтой: надеюсь, ты получишь его загодя и успеешь приготовить все необходимое. Знаешь, пожалуй, не стоит рассказывать этим женщинам слишком много. Надо, чтобы они делали все то, что делают обычно, я совершенно не хочу застать там всполохнутых кур, которые и клюв не раскроют, ясно? В остальном действуй по своему усмотрению. Теперь все зависит от того, насколько наши ведуньи впечатлят рейхсфюрера.