Чтение онлайн

С колесами выручил Володя Пластун. Выслушав мою тираду насчет Елистратова, Владимир Никитович протянул свое коронное: "Я тебя предупреждал! Эти люди из ГРУ, сам понимаешь, они не такие надежные, как мы, из КГБ, но лично я к этой организации никакого отношения не имею, я простой ученый". Через день-два "простой ученый" Пластун подыскал мне желающего подзаработать водителя-профи из преподавательского состава МАДИ по имени Александр. В этот раз Московское бюро РС неожиданно предоставило мне роскошную трехкомнатную квартиру на Тверской - мол, все равно пустует,но, зная, как наивно "заглядывать в зубы дареному троянскому коню", я подстраховался и на всякий случай снял еще одну хазу на Мосфильмовской. Как оказалось, в своих предположениях я не ошибся.

Декабрь выдался холодным, а в казенной "радиосвободовской роскоши" были явные проблемы с отоплением. Пришлось из "дареных хором" перебраться в оплаченные в твердой валюте, ибо, простите, спать, "завернувшись в бушлат с головой", как когда-то в отрочестве, на зоновской шконке, я не собирался, и уж тем более в обществе дамы. (На Мосфильмовской же, наоборот, топили так, что жить можно было только с открытыми настежь окнами, иначе не квартира, а пустыня Регистан какая-то.)

Свой первый визит я нанес в Секретариат СБ, к тому времени поменявший прописку с Варварки на Старую площадь, заместителю Олега Лобова генералу Манилову. Мы записали часовое интервью, хотя я заметил, что от обсуждения недавних октябрьских событий Валерий Леонидович дипломатически уклоняется. Ладно, не буду настаивать, значит, еще не время. На беседу с самим Олегом Лобовым тоже можно было не особенно надеяться. Секретарь очень занят. Что же еще я упустил? Второй заместитель секретаря СБ - пришедший из МБ РФ Владимир Рубанов. С этим - пожалуйста. И тут я вспомнил про обещание Манилова дать мне возможность побеседовать с одним из ответственных сотрудников управлений Секретариата СБ на тему ядерно-доктринальных и других "хитрых" вопросов. О господи! Напросился на свою голову, лучше бы я об этом Манилову не напоминал. Этим "специалистом" оказался бывший начальник Управления информации КГБ СССР генерал Константин Мацокин, взявшийся за меня так, что на пару минут я вновь почувствовал себя в своем собственном прошлом, в "уютных стенах" следственного отдела ленинградского Большого дома на Литейном проспекте, 4 - "альма-матер" некоторых президентов и их полномочных представителей.

– Кто такой Сунцов?
– наседал на меня генерал.- Почему на волнах "Свободы" он на все лады расписывает ядерные секреты страны?

– Какие еще секреты?
– Я попытался отбиться от "наезда".

Бац! На стол легла распечатка радиоперехвата спецпередачи по ядерному планированию и нейтронным зарядам. Тут уж набычился я, обратив внимание Константина Мацокина, что Николай Николаевич пишет только об истории создания ядерных зарядов третьего поколения и об общей, прекрасно известной из учебников физики технологии действия таких изделий. Уж простите, наверное, все образованные люди в России знают, чем отличается принцип действия нейтронного заряда, скажем, от того, в котором в качестве основного элемента, например, применяется изотоп кобальта или от заряда с повышенным выходом гамма-излучения...

– Оставим физику...

– А вот что касается возможности применения "чистых зарядов" в зоне боевых действий, например, в таджикско-афганском конфликте, в случае его разрастания на территорию уже непосредственно самой России (я же фантазировал) или, допустим, в случае агрессии со стороны блока НАТО (это я тоже фантазировал), то это уже мои собственные слова, а вот этот абзац, заметьте, принадлежит вашему непосредственному начальнику - В. Л.,- на одном дыхании я закончил фразу.

– Хорошо. Убедили. Пусть Сунцов продолжает с вами сотрудничать. А что вы, Валерий Николаевич, скажете вот об этом?

На стол плюхнулась еще одна распечатка радиоперехвата, в которой я узрел знакомую фамилию внезапно и тяжело занемогшего Миши Елистратова.

– Что скажу? Офицер запаса - подполковник. Закончил Военный институт иностранных языков и Военную академию имени Фрунзе. Служил по советнической линии в Африке и в разведуправлении ЛенВО. Вот и все, что я знаю. А в чем, собственно, дело?

– Валерий Николаевич, вы же умный человек... Или начальник Военной академии Генштаба (черт возьми, он и об этом знает, обложили со всех сторон) дал несколько завышенную оценку вашим способностям военного аналитика? Это не уровень подполковника - выпускника Военной академии имени Фрунзе...

– Вы уж извините меня, господин, или лучше по-старому, товарищ генерал,- перебил я Мацокина,- ни академии Генштаба, ни академии имени Фрунзе, ни даже общевойскового командного училища я сам все-таки не заканчивал. Откуда мне знать и как определить - уровень это или не уровень? Пишет Елистратов довольно интересно. Материалы сугубо профессиональные, никакой политики, только военная тематика: строительство ВС, тактика и стратегия, доктринальные вопросы, наконец, оперативное искусство. Что в этом плохого и какой вред в этом для Вооруженных Сил России, если я, простите за наивность, своей радиопрограммой пытаюсь хоть как-то противостоять тому, что еще с горбачевских времен стало "генеральной линией оплевывания армии" в отечественных средствах массовой информации? В конце концов недалек час, когда "американские начальнички" меня за это и попрут со "Свободы"...

– Вы никогда не доставляли себе труда сравнить стиль его ранних материалов и вот этих?
– прервал мою тираду генерал Мацокин

Тут я начал прикидывать, что, может быть, вышла непонятка с Андреем Каргановым, материалы которого от своего имени Елистратов давал в эфир, однако после октября 93-го тот тоже уволился в запас. Я быстро пролистал распечатку, там были только скрипты лета - осени 93-го, о которых я имел предварительную договоренность с их автором. Закончив просматривать дайджест, я спросил уже прямо:

– Что, Елистратова подозревают в утечке информации или в шпионаже? Помнится, министр обороны Белоруссии и первый заместитель российского министра обороны тоже как-то зачислили меня в разряд оных: Козловский - в разведслужбы Пентагона, а Кокошин - в ЦРУ. К кому причисляете меня вы? К немецкой БНД или, может, "Моссаду"?

– Не острите, Валерий Николаевич, к вам лично претензий у нас нет, особенно учитывая отношение к вам непосредственного начальства, которое хорошо и давно вас знает. Речь о вашем конкретном авторе. Он использует источники, выходящие за рамки его уровня образования и компетенции как военного профессионала. С этим мы и должны разобраться.

Примечательно, что ни полковник Генштаба Валерий Чебан, ни другие мои авторы в данном "черном списке" вообще не фигурировали, а недоразумение с профессором Сунцовым я благополучно уладил.

Закончив "разборку", генерал Мацокин поспешил было откланяться, но не тут-то было. Я уже заработал "кнут". Как теперь насчет "пряника"? Пришлось генералу на полчаса подзадержаться и как ответственному за информационную и прочую безопасность официальному лицу секретариата СБ ответить на задаваемые мною вопросы, в том числе и по ядерной доктрине. Расстались мы вполне довольные друг другом. Более того, Мацокин при нашей следующей встрече намеренно подсказал мне ряд тем по насущным для России вопросам в области безопасности и то, в каком ключе тематику эту нужно будет отобразить. Я, конечно, принял "заказ".

В этот раз в Минобороны России я вообще не обращался ни с какими просьбами, ограничившись Штабом КВС СНГ, где меня всегда были рады видеть. Первым в коридорах штаба я перехватил почему-то выселенного Грачевым с Нового Арбата на Ленинградский проспект генерала армии Константина Кобеца, напросился по старой памяти к нему в кабинет и подвел под интервью. Однако и здесь тема октября оказалась табу. Правда, полковник Серафим Юшков подробно рассказал мне о провокации, устроенной у КПП штаба Тереховым.