Чтение онлайн

Отлично теперь понимая, чем объясняется статус “привилегированного гостя”, и имея отныне возможность общаться с герцогом без барьеров, Алексей решил получше расспросить его о целях и возможностях возглавляемого им закрытого общества.

Герцог, сразу же подтвердивший, что Алексей является совершенно полноправным членом клуба, сделал несколько пространных, но содержательных пояснений, после чего, замолчав на мгновение, изрёк неожиданное и спорное с точки зрения Алексея утверждение:

— Лучшие футурологи — всегда аристократы.

Алексей счёл уместным возразить герцогу, приводя в качестве контраргумента множество инноваций, в своё время вышедших из круга иных сословий и, конечно же, не забыв упомянуть Соединённые Штаты в качестве страны, ставшей примером равных возможностей и прав. В заключение своей короткой, но убедительной речи Алексей не побоялся и выразить сомнение, что в двадцать первом веке древние титулы способны обладать сколь-либо решающим значением.

— Чувствую, что вы ещё не ужились со своим новым статусом,— добродушно рассмеялся герцог.

Однако буквально сразу же, вернув себе серьёзность, продолжал:

— Конечно, без малого сто лет назад, ещё в годы Первой мировой войны, европейская аристократия потеряла политическую власть. Ушла из наших рук и власть финансовая, хотя, как вы должны это знать лучше меня, основа всемирных денег была заложена не ростовщиками, а европейским рыцарством. Во всём этом не было бы трагедии - ведь действовать должны те, кто действовать может. Однако в последние десятилетия случились большие перемены: некогда свободные, открытые и демократичные сообщества политиков и финансистов начали замыкаться внутри себя и выстраивать собственную иерархию, во многом напоминающую нашу. Во-вторых, оказалась исчерпанной модель развития, основанная на потреблении. По большому счёту, все потребности людей сегодня удовлетворены или могут быть удовлетворены достаточно легко, и что же делать дальше? Предложений много, но ведь необходимо выбрать что-то одно! Именно поэтому значимость наших старых мозгов и порядком подзабытых жизненных принципов вновь велика, и наше мнение не может игнорироваться.

— То есть, герцог, у вас и ваших друзей имеется проработанный и чёткий план будущего?

— Нет конечно, граф! Пока - не имеется. Общепризнанного плана будущего сегодня не существует, хотя некоторые из конкурирующих с нами клубов и пытаются, поскольку также располагают властью и деньгами, навязать миру собственные модели. Мы же до сих пор заняты тем, что внимательно следим за мировыми процессами и собираем крупицы перспективных идей. Однако время на месте не стоит, и вскоре, я надеюсь, мы скажем своё слово.

Алексею сделалось немного не по себе: он понял, что имел в виду граф, когда намекал об отсутствии у стоящих за ним сил полноценных рычагов мирового влияния. Теперь, получается, эти рычаги влияния появились, поскольку новый русский граф, в руках которого отныне сосредоточились ключи к мировым финансам, в одиночку вряд ли сумеет ими воспользоваться, а в командной игре заведомо предпочтёт рискованным альянсам с финансовыми махинаторами и биржевыми спекулянтами долговременный и благородный союз с потомками лучших домов старой Европы… Правда, оставалась ещё одна гипотетическая возможность - вернуться вместе с сокровищами в Россию,- однако после всего того беззакония, что творилось с ним на родине, о подобном варианте даже не могло быть и речи!

Алексей также догадался, что линия основного противостояния, на существование которой намекал герцог, пролегает сегодня между Европой и Америкой, и решил ему немного подыграть.

— Полагаю, что в стенах нашего комитета, призванного содействовать процветанию и культуре Европы, нам надлежит выработать оригинальную схему действий в противовес идеям, приходящим из-за океана?

К изумлению Алексея, герцог с ним решительно не согласился, сообщив, что у возглавляемого им Общества нет географических и мировоззренческих предпочтений. И словно в доказательство этих слов, завидев в дверях павильона очередного гостя, подал тому приветственный знак рукой:

— Это Джек Лон или Лон Джек - если честно, то я не помню, у меня плохая память на короткие английские имена. Хотя предки этого человека были в числе немногих англичан, которые прославились преданностью Марии Стюарт в годы борьбы с королевой Елизаветой… Так вот, он - мой друг из Канады, специально прилетевший сюда, чтобы провести вместе с нами этот вечер. Входит в правления крупнейших корпораций Нового Света, ворочает миллиардами, попутно являясь мощным технократом и глубоким философом, пусть даже немного раздражённым и мрачным. Познакомьтесь с ним, граф!

Канадец без выражения особых эмоций приветствовал Алексея, и словно зная, что именно от него хотят услышать, коротко рассказал о своей работе. Ещё в далёкой молодости он заинтересовался широко распространённой в Японии системой пожизненного найма и прилагал усилия, чтобы внедрить такую же в Северной Америке. В последние годы он пришёл к выводу, что фантастический рост производительности труда и всеобъемлющее распространение компьютерных технологий делают труд большинства человеческих особей совершенно ненужным, и что если ничего не менять, то уже весьма скоро едва ли не девятерых из десяти Homo Sapiens нужно будет уничтожать, дабы даром не коптили небо.

Однако канадец придумал гуманный выход, предложив объединять людей с компьютерными системами. Наличие всего нескольких вживлённых в голову микрочипов и постоянного, от офиса до домашнего ночлега, высокоскоростного соединения с интернетом посредством радиоволн не только отводило от работников угрозу оказаться на человеческой свалке, но и революционным образом повышало производительность и устойчивость самих компьютерных сетей. На следующем же этапе своего проекта канадец намерен добиваться, чтобы интегрированные с компьютерами люди научились жить с ними в едином мире, тем самым радикальным образом и навсегда решив неразрешимую проблему искусственного интеллекта.

В завязавшейся короткой дискуссии Алексей высказал сомнения, что “оптимизация человека” будет положительно встречена людьми. В ответ канадец расхохотался и привёл известный из биологии эксперимент, когда едва народившихся мышей, кроликов, собак, птиц, червей - неважно кого!
– помещали в изолированные условия и наблюдали, как будут складываться отношения между особями. При этом всегда, абсолютно всегда оказывалось, что сообщество животных распределялось на тоталитарных вожаков, агрессивную стражу, подчиняемую последними, и покорный плебс, оттесняемый в формирующейся иерархии на самую низшую ступень. В точности то же самое, утверждал канадец, происходит и с людьми, и преодолеть эту биологическую несправедливость невозможно. “Зато компьютер, берущий мозг под управление, аннулирует животные инстинкты. Все люди, связанные с ним, будут становиться спокойными, благонамеренными и предсказуемыми. И человеческое равенство сделается тогда настоящим!”

“Не станет ли жизнь таких людей беспросветно скучной?” — поинтересовался Алексей, и тотчас же услышал ответ, который, судя по всему, был заготовлен заранее и звучал уже не однажды:

“В привычном понимании такая жизнь, конечно же, будет представляться однообразной и скучной, однако она принесёт высшее из благ - ощущение покоя, ради которого не надо умирать. Люди будут планомерно мыслить и трудиться в соответствии с заданными программами, пребывая каждый в изолированном от остальных информационном коконе, а информация, которой они обмениваются через цифровые сети, будет автоматически фильтроваться от лишнего. Прекратятся обманы, исчезнет страстность, сотрётся граница между трудом и отдыхом. Жизнь людей превратится в неспешное созерцание, приблизится к идеалу эпикурейского блаженства. Такая жизнь откроет для цивилизации высшие горизонты и наконец-то разорвёт пуповину, по-прежнему связывающую нас с необузданным животным царством!”