Чтение онлайн

— Отлично! Но тогда в чём же проблема - если по такой модели обустроили Америку, то почему бы теперь не распространить её и на остальной мир?

— В том-то и дело, граф Алексей, что подобного манёвра больше не выйдет! Во-первых, старушка Европа, впервые за свою историю прожившая без войн почти семьдесят лет, понемногу сумела привести себя в порядок, причём дома у нас, как известно,- отнюдь не из досок и фанеры. Изменения к лучшему произошли и в других частях мира - так что американская мечта стала блекнуть, а ипотечный пузырь - сдуваться. Правда, Европейский Союз намеревается повторить американский трюк с собственной валютой: для этого он присоединил к себе бедные восточноевропейские страны и теперь намерен заниматься их обустройством - кое-что, конечно, получится, однако результат не будет долгосрочным. Время недвижимости в качестве основы обеспечения денег уходит безвозвратно и навсегда. Если ничего не предпринимать, то очень скоро и доллар, и евро - все валюты рухнут в тартарары.

— И поэтому вы, князь, ищете для мировых денег альтернативную основу?

— Совершенно верно. Ищут, конечно, и многие другие. Однако большинство предложений, связанных с созданием и внедрением безумно совершенных технических новинок, грешат одним недостатком - в мире этих устройств человек перестаёт быть человеком и, стало быть, перестаёт нуждаться в деньгах. Моё же предложение находится в числе немногих, которые не противоречат человеческой сущности.

— В чём же оно?

— В продлении жизни.

Алексей с Катрин переглянулись, вспомнив только что отзвучавшие речи Фабиана, и князь, похоже, уловил мелькнувшую тень сомнения.

— Многие считают, что продление жизни - дело далёкого будущего, однако это не так,— ответил он спокойно и уверенно.— Значительная часть технологий для этого доступна уже сегодня, однако имеет умопомрачительную цену. Но если предоставить желающим долго жить необходимую страховку, то, во-первых, люди, получив доступ к соответствующим услугам, в своей массе сохранят здоровье и продлят свои дни, то есть будут продолжать зарабатывать и тратить, ну а во-вторых - в биомедицину вольются колоссальные деньги, и она шагнёт ещё дальше. Как вам? Неплохая идея?

— Конечно, неплохая,— ответил Алексей, поправляя бабочку.— Только я пока не вижу, в чём состоит её уникальность. И кто заплатит за то, чтобы люди жили долго и хорошо?

— Вы-то и заплатите, граф Алексей, как человек искренний и открытый!! В принципе, открыто и искренне должны поступать все люди, однако настоящий финансист должен уметь некоторые важные моменты держать за скобками.

— Какие именно моменты?

— Весьма незатейливые, но совершенно необходимые для успеха. Смотрите. Во-первых, если некий товар или услуга - в нашем случае это супер-страховка “Вечная жизнь”, назовём её так,- реально стоят больших денег, то всегда можно сделать так, чтобы они стоили ещё дороже! Раз эдак в десять, а, может быть, и в тысячу. Во-вторых, под оплату любой, даже самой гигантской стоимости, всегда можно выпустить кредит, и этот кредит будет на все сто - ну, или на девяносто процентов в самом худшем случае -этой гигантской стоимостью обеспечен так, что комар носа не подточит! В-третьих, этот кредит не нужно возвращать: за остающиеся годы своей естественной или продлённой жизни - всё равно ведь, чёрт возьми, никто не разберёт!- человек будет регулярно оплачивать проценты, и на обширном человеческом множестве всегда удастся подобрать такие их ставки, которые с лихвой возместят затраты кредитора, пусть даже и нарисованные. Уверяю вас, что проценты будут весьма низкими, а потому - привлекательными.

— Но ведь процент - это цена денег, а деньги не могут обходиться ниже своей рыночной цены,— заметила Катрин, блеснув университетскими познаниями.

— Конечно,— согласился Курзанский,— но только в том случае, если их занимать на рынке. А если банк напечатает их сам, положив в обеспечение закладную на страховой полис, подобно старой доброй ипотечной закладной? Так что, милые мои, четвёртый нюанс - полная бесплатность новых денег для тех, кто их выпускает! А когда деньги бесплатны, то с ними можно творить всё что угодно!

— Хорошо,— нарочито медленно ответил Алексей.— Допустим, что столь экстравагантным способом удастся продлить жизнь миллиону трудоспособных счастливчиков, и эти бодрые старики будут вам, князь, бесконечно благодарны. Однако где именно обещанные новые деньги? Где блага для всех?

— А разве устойчивые и не поддающиеся обесценению мировые деньги - не благо для целого мира? Не поддающиеся обесценению закладные на полисы миллионов баловней судьбы, жизнь которых действительно сделается лучше, дольше и прекрасней, подобно закладным на недвижимость, но только во много крат сильней, сумеют обеспечить новые мировые деньги твёрдой и неизменной основой!! И данная основа - давайте считать это моим пятым по счёту утверждением - будет несравненно более честной, чем все мифы о Граале, фартуке Хирама или волшебном изумруде, некогда выпавшим изо лба самого Люцифера. И значительно более человечной, нежели строительство домов-дворцов для везунчиков с американскими паспортами, в то время как миллиарды людей беспросветно ютятся в хижинах!

В этот момент совершенно неожиданно прозвучал картинно-правильный голос княгини Шарлотты, всё время затянувшегося разговора не перестававшей стоически бороться со скукой.

— Князь не был бы собой, если б не задумывался о несчастных и бедных,— распевно произнесла она.

Обратив на себя внимание и воспользовавшись возможностью распрямить плечи, княгиня приподняла голову, отчего блеск её бриллиантового ожерелья на мгновение затмил остальной свет.

Алексей предпочёл со своенравной княгиней не спорить.

— Да, конечно, это замечательно. Если я правильно понял, то имеются основания полагать, что со временем технологии продления жизни выйдут за круг богатых стран и сделаются достоянием всего человечества?

— О, конечно же! Разумеется, это случится не сразу, однако рано или поздно обязательно произойдёт. При этом чем скорее и в чем большей степени население бедных стран поверит в новые деньги, начнёт хранить в них свои сбережения и использовать в расчётах, тем больше благ своих земель они тем самым добровольно передадут в распоряжение эмитентов и, следовательно, тем скорее новые технологии доберутся когда-нибудь и до их печальных уделов. Так что машина, придуманная мной, не только эффективна, но ещё и справедлива, в отличие от предыдущих.

— Браво, князь!— с восхищением ответила Катрин на заключительное утверждение.— Если бы вы знали, как приятно видеть в вашем лице не очередного прожектёра, а человека, искренне заботящегося о других!

— Благодарю вас, мадам,— ответил князь, склоняя шею в благодарственном поклоне.

— Идея действительно интересная и перспективная,— поддержал свою спутницу Алексей.— И насколько я осведомлён, князь, в моей стране тоже есть немало талантливых биологов и интересных медицинских открытий. Полагаю, нам стоит подумать, как можно было бы объединить усилия?

— О, не волнуйтесь! Я тоже отлично знаю об огромном вкладе русских в науку. Однако здесь не тот случай, когда следует спешить. Нельзя, чтобы прогресс знаний и практик опережал становление финансовых инструментов, привносящих гармонию. Иначе открытия, даже самые выдающиеся, не приведут к пользе.

— Тем не менее, князь, мне кажется, что польза от участия русских учёных в ваших проектах безусловно бы имелась. Когда-нибудь нам стоит об этом поговорить.

— Всегда к вашим услугам, граф Алексей! Однако поверьте старику - все лучшие учёные умы из вашей страны давно уехали и работают на Западе, это факт.

— Давайте всё равно подумаем.

— Над чем, позвольте?

— Подумаем над тем, как Россия со всем своим потенциалом и разнообразными возможностями могла бы участвовать в конструировании всемирных денег. Ваш проект, признаюсь, меня крайне заинтересовал, и мне бы не хотелось, чтобы эта работа прошла мимо моей родины.

— О, друг мой,— заулыбался князь, сменив прежние интонации ментора на голос более мягкий и даже напевный,— сразу бы мне так и сказали! Понимаю, глубоко понимаю вашу озабоченность! Однако дело, поверьте, состоит в том, что в подобных вещах нужно действовать неспешно и крайне осторожно. Проект, о котором я только что вам поведал, реализуется узким кругом посвящённых, куда входят члены правлений крупнейших банков и руководители выдающихся корпораций, снискавших известность в области биомедицины. Обычные банкиры, страховщики и исследователи выполняют наши рекомендации как рутинную работу и ни о чём не догадываются. А зачем им знать? Что в их жизни изменит знание, которое их не касается?