Чтение онлайн

— И что? — озабоченно спросил Влад. — Расшибся?

— Не расшибся, но… но случилось несчастье. Галстук свой разорвал. Потому я и пришла. Он так расстроен. Чуть не заплакал, но меня постыдился. Он не виноват. Это из-за меня… Сразу вдруг — трах! — и упал…

Девочка замолчала. Молчал и Влад. Он смотрел на окно, точно обладал способностью видеть сквозь синюю бумагу, что происходит на улице. Девочка выжидающе смотрела на него.

— Запутанная история, — сказал Влад. — Как же быть? Не может Петрикэ носить рваный галстук.

— Я хотела зашить… Я умею… В кружке «Умелые руки» я была на втором месте. Но всё равно, он уже не будет как новый.

— М-да, — задумчиво сказал Влад. — Каким был, не будет… Всё же…

— Что?

— Бывают и такие случаи, когда рваный, запачканный галстук почётнее нового… Галстук Володи Дубинина изрешетили осколки. Значит ли это, что он не умел дорожить им?

— Но ведь Володя был герой!

— Он был герой… — повторил Влад, кивнув голо вой. — Его галстук замечателен не тем, что был, скажем новый, выглаженный. Важно, что тот, кто носил его, дорожил званием пионера до последней минуты своей жизни. — Оба помолчали, потом Влад продолжал: — Конечно, пионерский галстук нужно беречь, но это ещё не всё… Предположим, ты и бережёшь его, но плохо учишься, не держишь своего слова или трусишь… Чего тогда стоит твой пионерский галстук?

— Это верно. Но ведь Петрикэ хороший мальчик, учится хорошо и совсем не трус, — быстро заговорила девочка. — Он вполне заслужил красный галстук. Это я виновата, а не он… Я и пришла сюда, чтобы признаться в этом. Петрикэ мой единственный сосед. Но он немножко злой и не обращает на меня внимания. Ведь не съем же я его?

— Меня ты не съела, — сказал Влад.

— Опять я много говорю, правда?.. Однажды я попробовала завязать рот платком. За целый час ни словечка не сказала. Отец стал смеяться надо мной. Я развязала платок спросить, чего он смеётся, а потом весь день и проболтала. Не могу удержаться, да и всё! Вот и сейчас: надо бы уходить, а я сижу. Ведь уже сказала всё, что должна была сказать. Мне пора уходить, правда?

— А ты как думаешь?

Девочка подумала и вскочила со стула:

— Да, пора, пойду. Посуда ждёт… — И она отдала салют.

Глава седьмая. Ребята нашего кружка, как зёрна колоса, едины

Помощник адмирала Дину без восторга отнёсся к поручению совета командиров. Он был не против того, чтобы ребятишки играли у пруда, даже радовался, что теперь их полку прибыло, — там, где больше народу, всегда веселее, — но заниматься с ними в этот день Дину совсем не хотелось. Прежде всего ему не терпелось скорее приняться за письмо насчёт обмена гербариями. Те, кто будут его читать, непременно скажут: «Братцы, да ведь в топ школе есть писатель, шутка ли! Посмотрите, какие сравнения, какие метафоры! Да, да, братцы, это явно писатель!» К тому же Дину считал, что для такого дела больше подходит Петрикэ. Петрикэ — да, у него есть опыт: у него девять братьев и сестёр. А у Дину? Только одна сестрёнка…

Однако выполнять надо. А как? Дину надумал было рассказать детворе сказку. Но какую? Ни одной не вспомнил. Тогда он решил поиграть с ними. А во что? В мячик? В прятки? В жмурки? Всё что угодно, только не это! Им ещё так-сяк, можно — они маленькие, но Дину же не маленький, он шестиклассник. И потом, раз уж ты сочиняешь стихи и вся школа говорит о поэте Дину Пэдуре, нелепо забавляться прятками или жмурками.

Пока Дину ломал голову и терялся в догадках, к лицу ли было бы Михаилу Эминеску [5] играть в прятки с Ионом Крянгэ, детишки расположились на берегу и принялись набивать жестяные формочки мокрым песком. Дину увидел это, и его сразу осенило. Построить дворец! С высокими зубчатыми стенами, с башнями, обнести рвами с водой, наподобие феодальных замков, изображённых в учебнике истории.

— Вы что здесь делаете? — спросил он, подойдя к копошившимся детишкам.

— Куличи, лепёшки! — отозвалась Дина.

— Ну, и что же, хороши?

— Пока нет, — вмешался Раду. — Не испеклись ещё. А раз не испеклись, значит нехороши.

— Понятно… А как же вы их печёте?

— Держим на солнце. А я изюм положу в куличи! — сказала Джета. Она взяла несколько камешков и воткнула их в песочный кулич. — Раз я нашла в куличе пять изюминок, а Дина четыре. Мы думали, больше нету. А папа пришёл и говорит: «Я ещё одну нашёл! Кому дать?» И дал Дине…

— Чтобы у нас было поровну! — сказала Дина. — А ты позавидовала мне…

Джета положила ещё одну «изюминку» на верхушку кулича и сердито сказала:

— Знаю я, папа тебя больше любит.

— А мама тебя. Вот и никому не обидно. Папа маме говорит: «У тебя девочка, и у меня девочка, а бабушке ни одной не досталось». Только папа не говорит, какая — его, а какая — мамина! — И Дина засмеялась.

— Это хорошо, что вы стряпаете, только на солнце они не испекутся. Давайте сложим печь. Хотите?

— Хотим! — хором ответили ребята, выражая полную готовность тут же приняться за дело.

— Постойте, постойте, — умерил их пыл Дину. — Какой смысл складывать печь, если у нас нет дома? Печь сама по себе ни к чему… Сначала построим большой дом, вроде дворца, и в нём кухню, а в кухне будет печь. В ней и сможем испечь куличи… Вот это будет дело. Начнём?

— Да! Да! — весело закричали детишки.

Дину засучил рукава.

— Я буду инженером, а вы мастерами. Сначала инженер готовит чертёж постройки. — Палочкой Дину начертил на песке квадрат. — Здесь будет дворец. — В середине он нарисовал кружок. — Здесь будет главный зал дворца. — Где-то в уголке «инженер» запроектировал кухню: — Тут будет печь, а в ней — куличики! Чертёж готов. Теперь за работу… Ты, — показал он пальцем на Раду, — будешь подносить воду в ведёрках, а вы, — обратился он к Тику и Александру-младшему, — натаскаете тростника для укрепления стен. Вы, девочки, — сказал он Джете и Дине, — принесёте листьев для окон.

Дину не забыл никого, всем нашёл занятие. И началось строительство.

— Построим большой дворец, такой, в каких прежде бояре жили, — сказал Дину.

— Бояре? А кто это бояре? — спросила маленькая Мэриука, удивлённо подняв тонкие брови и застыв с лопаткой в руке, совсем как кукла в витрине.

— Бояре? — Раду жалостливо посмотрел на неё, как бы говоря: «И до чего же ты маленькая, если этого не знаешь!», вылил воду из ведёрка в ямку, вырытую в песке, и объяснил: — Бояре — это были злые люди!

Объяснение показалось Дину не очень исчерпывающим, но он не стал его оспаривать. Не мог же он сказать Раду: «Юноша, вы рассуждаете несколько упрощённо!»

— Да, — подтвердил он, — это были скверные, злобные люди… Жили во дворцах и главным образом развлекались и бездельничали.

— Они не ходили утром на фабрику? — спросил маленький Тику.

Дину улыбнулся:

— Они не работали…

— Не работали? — удивился Тику. — Наверно, они очень старые были. У нас только дедушка не работает, потому что он очень старый. И то он встаёт утром и колет дрова. — Тику важно добавил: — Дедушка был кочегаром!

— Твой дедушка — рабочий человек, а бояре были бездельники… — подвёл итоги дискуссии Дину.

— Тогда незачем нам строить дворец! Раз в нём жили бояре, не будем строить! — насупившись, заявил Александру.

— Нет, будем! — возразил Дину. — Теперь бояр прогнали из дворцов…

И невольно, точно его увлёк за собой невидимый проводник, Дину мысленно перенёсся в сказочный дворец, где он побывал прошлым летом во время каникул, когда ездил в Бухарест с отрядом. Дворец пионеров… Как зачарованный, поднимаешься по мраморным лестницам, бродишь по залам, не зная, где остановиться… В комнате сказок? В комнате химиков? Или радиотехников? А может быть, в зрительном зале? Или в библиотеке, где так много интересных книг? И Дину повторил категорическим тоном: