Чтение онлайн

Для полевых батарей оборудовалось несколько укрепленных позиций, производилась пристрелка рубежей, оборудовались командные пункты. Для береговых батарей, установленных в ноябре-декабре 1941 года, оборудуются новые долговременные позиции.

У защитников Севастополя, наконец, появилось время и возможности укрепить оборону побережья. Если от балаклавских высот до бухты Казачья были подготовлены только отдельные окопы с постами наблюдения, то от Херсонесского маяка все побережье было прикрыто дзотами и минировано. А на особо опасном участке – от поселка Любимовка до Константиновского форта была построена сплошная полоса обороны, оснащенная сборными бетонными огневыми точками.

Береговая оборона, начиная с марта 1942 года, стала именно береговой. В ее задачу входило строительство и комплектование расчетами противодесантных укреплений, минирование прибрежной полосы. Согласно соответствующей директиве, в целях противодесантной обороны все побережье СОРа было разделено на четыре боевых участка. Первый участок: от Балаклавской бухты до Георгиевского монастыря протяженностью до 7 км; ответственный за оборону – комендант I сектора обороны и командир 109-й стрелковой дивизии генерал-майор П.Г. Новиков.

Второй участок: от Георгиевского монастыря вдоль побережья через Херсонесский маяк до бухты Стрелецкая, включая бухты Казачья, Камышовая и Круглая, – район наиболее вероятной высадки десанта протяженностью около 23 км. Ответственность за оборону возлагалась на П.А. Моргунова. Третий участок: Стрелецкая бухта – Карантинная бухта, протяженность около 3,5 км; ответственный за оборону – командир ОВРа контр-адмирал В.Г. Фадеев, в распоряжение которого выделялись стрелковые части и артиллерия из Береговой обороны. Четвертый участок: р. Бельбек – Учкуевка до Константиновского форта, протяженность около 6,5 км; ответственный за оборону – комендант IV сектора и командир 95-й стрелковой дивизии полковник А.Г. Капитохин.

Десантов боялись как и прежде. Для борьбы с десантами был выделен 373-й полк 388-й дивизии и танковый батальон. Называлось это соединение «подвижный отряд № 1». Задача борьбы с десантами ставилась зенитным и береговым батареям. Батареи были разбиты на противодесантные артиллерийские группы.

Особое внимание при строительстве противодесантной обороны уделялось двум участкам: району Любимовка – Учкуевка и участку от мыса Херсонес до Стрелецкой бухты. Для противодесантной обороны в 4 секторе выделялось два батальона 161-го полка. Один располагался в п. Любимовка, второй – в массивах старых батарей № 24 и 16. От устья р. Бельбек строится система противодесантно-противотанковых рвов, заполненных водой. Ширина рвов (которые сохранились частично и до настоящего времени) составляла около 5 м, глубина 3,5-4 м. В районе «фортов Шишкова» находилась прожекторная станция и зенитная батарея, а от «фортов Шишкова» до Северного укрепления тянулась цепочка дзотов и СЖБОТов. До настоящего времени сохранился только один СЖБОТ. Он находится на территории одного из садовых участков, недалеко от АЗС на улице Симонок.

Побережье от мыса Херсонес до Стрелецкой бухты было укреплено не менее основательно, на этом участке было построено пятнадцать бетонных огневых точек, все побережье было заминировано, в воде разместили малозаметные проволочные заграждения. До настоящего времени эти укрепления не сохранились: в основном, они были разрушены штормами или современной прибрежной застройкой.

В районе Казачьей бухты и в районе мыса Лебяжий удалось найти остатки бетонных укреплений времен войны. К сожалению, прибоем эти укрепления разрушены полностью, но то, что это были доты времен войны, указывает характерная форма американской арматуры. В трех местах удалось найти фундаменты под бетонные колпаки-оголовки.

Строительство сооружений на всех рубежах, начиная с мая, происходило беспрецедентными темпами. До июньского штурма было сделано много, но обороне больше всего не хватало... цемента. Доставлялся цемент в Севастополь из Новороссийска морскими транспортами. При этом приходилось выбирать между строительными материалами и боеприпасами, войсками и продуктами питания. Уже в марте 1942 года стало не хватать арматуры. Из-за ее нехватки многие СЖБОТы скрепляли вместо штатного стального прутка водопроводными трубами. На армирование крыш СЖБОТов пошли спинки армейских коек. В марте в Севастополь начинает поставляться американская арматура. Ни до войны, ни после нее такая арматура более не встречается. Нехватка металла и цемента особо остро стала ощущаться с апреля-мая 1942 года. Последний раз большая партия цемента и арматура была доставлена транспортом «Белосток«, который был потоплен на обратном пути из Севастополя. В условиях катастрофической нехватки материалов удивляет то, что для ФКП флота было израсходовано 1200 куб. м бетона, 600 т арматуры, множество других материалов. Этого материала с лихвой хватило бы на строительство 50 капитальных, двухярусных дотов для 76-мм орудий или 550 сборных ж/б дотов! Более или менее капитальные командные пункты-убежища получили коменданты секторов, начальник ПВО, КП тыла флота, инженерный отдел и т.д. Так, например КП ПВО располагался на склоне Исторического бульвара, обращенном к вокзалу (в районе современной собачьей площадки). КП инженерного отдела флота располагался в подземелье рядом с собором Петра и Павла, КП 4-го сектора находился на Братском кладбище (ныне входы в него засыпаны). Все эти объекты представляли надежно защищенные помещения, каждое из которых имело, как правило, два выхода.

СОР, как и прежде, имел 4 сектора обороны. Деление войск на сектора имело как положительные, так и отрицательные аспекты. Такое деление, с одной стороны, упрощало управление войсками и руководство строительством оборонительных сооружений, с другой стороны, уменьшало гибкость маневрирования резервами и ухудшало оборону и взаимодействие частей на стыке секторов. В строительстве оборонительных сооружений это деление имело также отрицательные стороны: терялся общий план и система организации централизованнго орудийного огня, все отдавалось на откуп комендантам секторов обороны. Основу артогня главной базы по-прежнему составляли батареи и доты БО (старые и вновь возводимые), но кроме них возводились и армейские доты и дзоты, не подчиненные общей системе. Армейские сооружения, как правило, не имели капитального характера. Несмотря на то, что в литературе пишется о «…едином руководстве армии и флота», на деле видно четкое разграничение в управлении между армией и флотом в том числе и в процессе строительства оборонительных сооружений. Доты БО подчинялись коменданту береговой обороны и передавались лишь в оперативное подчинение начальникам секторов.

Интересен тот факт, что из состава ЧФ Приморской армии были переданы шесть морских орудий. Орудия предназначались для установки на батареях, обслуживаемых армейскими расчетами. Они получили наименование «батареи морских орудий». Позиции этих батарей также оборудовались армейскими частями. Одна батарея находилась в районе современной ГРЭС, вторая – в районе современной ул. Генерала Мельника, третья – в Балаклаве рядом со старой позицией 19-й батареи, за скалой. После боев зимнего штурма зенитная артиллерия Приморской армии понесла ощутимые потери. Во многих зенитных батареях оставалось по одному-два орудия. Для них стали оборудовать долговременные огневые позиции с укрытиями для личного состава. На немецких картах они так и обозначены: «одиночное зенитное орудие». На наших картах и схемах они по-прежнему обозначались как зенитная батарея на долговременном основании. В некоторых местах были оборудованы т.н., узлы сопротивления. Отдельные строения или хутора, находящиеся в полосе обороны, укреплялись огневыми точками, дома и ограды перестраивались и укреплялись бетоном. Силами армейских инженеров были оборудованы многочисленные укрытия для личного состава. Часто для этой цели использовались подвалы разрушенных домов, перекрытия которых были усилены бетоном. В верховьях балок было построено большое количество жилых землянок, т.к. существующих казарм и убежищ для размещения личного состава не хватало.

Все объекты старались строить с соблюдением маскировки, и после сдачи все объекты были неплохо замаскированы. Хорошая маскировка объектов обороны повышала их живучесть. Анализ хроники боевых действий в период третьего штурма показывает, что в целом линия обороны была подготовлена неплохо, кроме... тех участков, где наносился основной удар противника. Хорошо подготовленная, имевшая тыловые позиции линия обороны в районе г. Кара-Коба и напротив х. Мекензия, укрепления во втором секторе, в районе Федюхиных высот, а особенно, рубежи в первом секторе обороны, сыграли совсем небольшую роль.

Свою отрицательную роль сыграла и разобщенность в командовании секторов и несогласованность при строительстве оборонительных сооружений, слабое оборудование районов стыков между секторами и несогласованность при их обороне. Хорошо подготовленный немецкой разведкой главный удар пришелся в самое слабое место обороны на стыке 3-го и 4-го секторов. В основном, укрепления новых Передового и Главного рубежа представляли собой дзоты, землянки, остатки траншей и проволочных заграждений, сборные железобетонные пулеметные и артиллерийские доты. Сохранность сооружений , как правило, плохая. Основательно построенных монолитных артиллерийских и пулеметных дотов на этом рубеже почти не встречается. Сборные железобетонные огневые точки (СЖБОТ) на рубеже были построены, в основном, упрощенной конструкции и меньшего размера, чем строились ранее, без сквозника.

Неменко приводит мнение немецких военных инженеров о СЖБОТах: «…Конструкции из блоков русские не рассматривали как временные. Они считали искусственные блоки основным материалом для сооружений и занимались усовершенствованием этих конструкций. Данное обстоятельство можно с достаточной ясностью установить при ознакомлении с захваченным материалом. Формы блоков они брали соответственно с формами того или иного опорного пункта. Размеры выбирали так, чтобы их было удобно перевозить. Распространенным типом сооружений на сухой кладке является строение из блоков, которые соединялись друг с другом при помощи особо образованных швов. Его несомненному достоинству, состоявшему в плотном примыкании блоков, противостояли недостатки: из-за большой массы отдельных камней (от 100 до 600 кг) возникали затруднения при перевозке и производстве работ, что ограничивало их применение. Для построения большинства каменных и деревянных простейших оборонительных сооружений (пулеметных одно- или многоамбразурных точек, орудийных и минометных позиций и т.д.) требовалось 9-12 таких блоков. Видимо, для этих же целей были сделаны модели опалубки. В блоках оставлены отверстия, расположенные одно против другого таким образом, чтобы отдельные слои можно было связывать друг с другом посредством вертикальных стальных штырей и заливать цементным раствором. Этот новый скоростной способ строительства нашел широкое применение. Отдельные блоки были изготовлены на заводах весьма небрежно, в них попадаются пустоты без гравия, погнутая арматура, не имеющая необходимого бетонного закрепления, швы не заполнены раствором, стержни либо отсутствуют, либо не зацементированы. Во время опытного обстрела из противотанковых орудий калибра 88 мм с расстояния 800 м такие конструкции разрушались после попадания трех снарядов, причем сами блоки повреждались очень незначительно; так что блочные сооружения сыграли небольшую роль для защиты Севастополя. Объясняется это, во-первых, плохим технологическим процессом изготовления, а во-вторых, сниженной на треть толщиной конструкции, которая представляет собой образец поспешного и небрежного производства строительных работ».