Чтение онлайн

Парень нерешительно замер. В голове мелькнула мысль вернуться назад и спуститься в другой башне. Ведь эта башня обитаема и не хотелось, чтобы местные подумали, что он тут рыскал и что-то вынюхивал, как лазутчик.

Агей уже решился тихо двинуться наверх, как услышал незнакомый молодой голос.

– Подумать только, - сказал он.
– Сам Надан пришёл сюда, словно...

– Словно бродяга, - усмехнулся второй голос, в котором Агей сразу узнал местного начальника Харума.
– Его ведь, в те времена, по-разному именовали, например "Потрясатель Юга". Как тебе такой титул? А вот, видишь, куда всё пришло...

– Ведь раньше же были... такие люди... великие! Сколько джигитов в Пустоши было! И трудно поверить, что Сегрегор взял и убил почти всех! Ведь это же легендарные времена были!

– Ты только легенды слышал, а мы с Наданом уже тогда были легендами, да и то, я сам, не сразу в случившееся поверил. Когда нас Сегрегор разгромил, то я подсуетился, конечно, жизнь спасая, но всё это осознать сразу не смог. Я года два потом, считай, тут лежал на брюхе, смотрел на происходящее, офигивал, и только дым одним местом пускал.

– Но ведь, столько кланов и вождей великих было...

– И все, представь себе, обосрались. Причём, капитально и вонючо. Вот, сейчас, вспомнилось мне. Был тут, на Севере, такой вождь - Большой Мо.

– Да, вы рассказывали.

– Ага. Клан у него не то, чтобы большой, около полусотни джигитов, но сильные они были. А боевых машин у него почти два десятка было. Когда Сегрегор начал наверх ползти, то я приезжал сюда. К твоему отцу и к этому Большому Мо. Так вот, этот жирдяй Мо только посмеивался. Говорил, что всё понимает и за Сегрегором уже давно внимательно следит. Дескать, надо дать ему насытиться, крови напиться, а потом уже и прихлопнуть. Чем больше кланов Сегрегор разгромит, тем богаче станет и тем больше наша добыча будет, когда мы его прихлопнем.

– И, что же?

– Ничего! Не договорились. Потом пытались, конечно, коалицию против Сегрегора создать, но уже поздно было. Я тебе ведь рассказывал.

– А этот, Большой Мо, что с ним стало?

– Он своё получил.

Внимательно слушающий Агей расслышал, как Харум тихо засмеялся.

– Когда стало ясно, что Сегрегор верх одержал, то этот Мо решил ему присягнуть. Да только опоздал. Года три назад, я в Перекрёстке встретил человека из его клана.

– Джигита?

– Да. Джигита. Он меня, конечно, не узнал, но много интересного рассказал. От него я узнал, что люди Сегрегора приехали в ставку Большого Мо, схватили толстяка, на виду у всех подвесили вниз головой, в жопу ему шланг вставили, и воду пустили. Ему там пузо разорвало!

Услышав это, Агей сразу же вспомнил, как ему на острове, перед операцией, делали клизму. От услышанного способа казни стало жутко.

– Сегрегор умеет выдумывать казни, - проговорил внизу парень.

– Да, при чём тут он? Я сам, таким способом, не раз казнил. А на пирах мы и не такое выделывали... Тихо! Идёт вроде.

Внизу замолчали, и Агей услышал тихие шаги. Кто-то приблизился к башне и вошел в проём.

– Ну, здравствуй, Надан, - сказал Харум.

– Здравствуй, Гецул, - ответил ему голос, в котором изумлённый Агей сразу же узнал голос старика Елизара.

– Гецула давно нет, - ответил Харум.
– Одна тень осталась. Да и не стоит сейчас старые имена называть. Тем более, в Хибаре.

– Согласен, брат.

– Вот, кстати, познакомься, это Берг, сын Берга Трехпалого.

– Как же, - отвечал Елизар.
– Знал я твоего отца, знал. Знатный вождь был, и клан его во всей Пустоши известен был.

– Для меня большая часть познакомиться с вами, господин Надан, - дрогнувшим голосом сказал парень.
– Мне про вас господин Харум столько рассказывал!

– Да... Рассказал немного про наше старое житьё-бытьё, - подал голос Харум.
– Ладно, Берг, нам поговорить надо, а ты иди в караульную башню, встань в дверях и прикрой нас. Если рядом кто появится, дай знать.

Послышались тихие удаляющиеся шаги.

– Он, и правда, сын Берга?
– спросил Елизар.

– Вряд ли. Но одно время Хибар их вотчиной был. Мне Трёхпалый рассказывал, что они здесь часто всем кланом расслаблялись. Отдыхали, так сказать, душой и телом. Наверное, мамка-шлюха насвистела ему в уши, что он сын самого Берга, а этот дурачок и поверил. А как там на самом деле, уже не узнаешь. Не похож, ведь, он на него, ни капли. Хотя, его мог заделать один из джигитов Берга. А то, что он считает себя сыном Трёхпалого, так то - мне на руку.

– Ладно, Гецул, то есть Харум... Я понимаю, что ты удивился, когда меня с этими бродягами увидел. Но как я удивился, увидев тебя с татуировками раба! Расскажи, как ты выжил то, и как в начальство здесь выбрался?

– Унылая у меня история, Надан, то есть, Елизар. Когда наша коалиция обосралась, ещё толком не собравшись, я понял - конец нам всем. Поэтому собрал в колонну всё добро, всех верных людей, и отчалил.

– Много их с тобой было?

– Мало. Большинство парней решили остаться и драться, как я и их не уговаривал, как не объяснял... Где теперь их косточки?..

Старик сплюнул.

– Думаешь, всех выбили?
– спросил Елизар.

– Конечно! Они у меня злые и дерзкие были. Такие головы перед Сегрегором не склонили бы. И он таких не щадил.

Лже-Харум некоторое время помолчал, а затем продолжил:

– Я в Северные Земли решил податься. Как Большая война началось, я там плантацию прикупил. Мог и в Южные Земли двинуть, там тоже кое-что было, но пришлось бы с боем пробиваться. А на север тогда легко можно было с нефтяниками проскочить. Прибился бы к их конвою и запросто ушёл бы.

И вот мне бы, дураку, уехать спокойно, но не мог я так просто уйти. Вроде и ясно, что Сегрегор одолевает, но разве сразу поверишь в это? Мы, ведь, такие сильные и на тебе! Бросай родные места и беги, как крыса...

Вот я сюда, на Север, и завернул. Сам знаешь, здесь народу меньше, чем у нас, но тоже ведь серьёзные вожди: Берг тот же, Большой Мо, Салага Жёлтый, Мигул. Я думал, что у них мозги наконец-то включатся, они поймут, к чему дело идёт...

Какой там! Я чуть не охрип, объясняя им, а они сидят, да чего-то там думают, да прикидывают. Мне бы сразу бежать, а я всё ждал, на что-то надеялся. Тем более, что слухи самые разные приходили. Вот, про тебя, например. Одни говорили, что тебя убили. Другие что ты Сегрегора теснишь. Третьи кричали, что ты на Север отступил и с тобой народу тьма, и вы собираете силы, чтобы контрудар устроить. Это сейчас-то мне всё ясно, а тогда, я ещё надеялся.