Великая речная война. 1918 — 1920 годы
Шрифт:
«Броня» состояла из наружной деревянной обшивки из двухдюймовых досок с прокладкой песка в 4–5 дюймов и внутренней стенкой из мягкой стали. Так были «бронированы» рубки и наиболее жизненно важные части корабля: выдающиеся над палубой сухопарники и мотыли от машин.
Подобная защита неудовлетворительно защищала корабли и команды. Она в основном служила убежищем только для пулеметчиков, которые с пулеметами находились за закрытием. Вести же артиллерийский огонь при пулеметном обстреле было нельзя, так как прислуга была совершенно открыта, что часто ставило пароходы в трудное положение. А тяжелое броневое закрытие сильно увеличивало осадку судна.
Орудия устанавливались на штырях из железа, упертых в киль-балку. Срезанные сошники упирались в железный погон, приклепанный к палубе, которая подкреплялась деревянными пиллерсами, упертыми в стрингера в 3–4 ряда. Эта установка была очень жесткой и при выстрелах сильно действовала как на корпус, так и на машину, рвала палубу так, что расходились швы. Большим недостатком был также малый угол возвышения, что не давало возможности полностью использовать дальнобойность 76-мм полевых пушек. По сравнению с теми же орудиями, установленными на высоком берегу, пушки пароходов сильно уступали им в дальности. Кроме того, при отсутствии прямых плесов (река изобиловала излучинами), при покрытой кустарником долине, 76-мм полевая пушка, поставленная на палубу таким образом, допускаладля наводчика слишком ограниченный горизонт видимости.
Снабжение флотилии обычно скучно читателю, но здесь любопытный нюанс — с центральными органами Морских Сил Советской республики речная Днепровская флотилия никаких связей не имела. Сухопутное командование особым вниманием флотилию не баловало. А личный состав флотилии уже к апрелю 1919 г. насчитывал свыше 600 человек, которых надо было кормить и одевать. По сему случаю командующий флотилией матрос Андрей Полупанов был вынужден кормить и одевать своих людей «реквизициями», то бишь разбоями.
Дабы не вызвать гнев просоветской части читателей, их вниманию предлагается цитата из работы Морской исторической комиссии, изданной в 1925 г.: «Гражданская война. Боевые действия на морях, речных и озерных системах»: «Личный состав флотилии, совершенно незнакомый с условиями плавания на реке, психологически не воспитанный, не мог подняться выше кустарничества, партизанщины и просто бандитизма, к чему вынуждала не только вся обстановка на Украине, но и сама организация флотилии, которой приходилось «бандитствовать», чтобы не умереть с голоду»{167}.
Честно говоря, автор любит читать советские книги, изданные с 1919 по 1927 год. Пусть это официальные издания, а некоторые и с грифом секретно, но в них есть жизнь: бандитствовали — так бандитствовали, применяли химическое оружие — так дело житейское. Потом же началось тотальное вранье советских, а затем и «демократических» историков.
Первый блин (то есть операция Днепровской флотилии) вышел комом. В конце марта в районе Триполья стал не по чину брать атаман Зеленый. Его банда численностью свыше 1100 человек при двух 76-мм полевых пушках и сорока пулеметах не только грабила местное население, но стала перехватывать грузовые и пассажирские пароходы на Днепре.
28–29 марта моряки Днепровской флотилии на пароходе «Маруся», вооруженном только пулеметами, отправились за реквизициями в район Триполья, но были обстреляны бандитами. Рулевой Кирилл Балковский был убит, а «Маруся» несолоно хлебавши ушла в Киев.
Произвол Зеленого вызвал гнев и возмущение моряков. В результате 2 апреля к Триполью двинулся бронекатер с несколькими пассажирскими пароходами с десантом, а берегом пошел красноармейский кавалерийский отряд. Цитата из «Боевых действий на морях, речных и озерных системах»: «Но кавотряд на берегу был разоружен крестьянами, а десант с бронекатером, встретив сильный отпор, после двухчасовой безрезультатной перестрелки вынужден был уйти, не выполнив задания.
9-го апреля по заданию штаба 1-й Украинской Советской армии была предпринята операция по ликвидации банд в 10–15 верстах выше Киева в районе Вышгород — Балки — Петровицы. На трех пароходах («Наездник», «Гетман» и «Ярослав») под прикрытием бронепарохода «Курьер» и бронекатера № 2 в район банд был отправлен отряд в 450 чел. красноармейцев, из которых 42 человека были из флотилии. Отряд вернулся в тот же день, разоружив банды, почти не имея никаких потерь»{168}.
На самом деле была разоружена не банда Зеленого, а «селяне», игравшие в «казаков-разбойников».
11 апреля красное командование в Киеве выяснило, что город со всех сторон обложен бандами. Один из отрядов повстанцев даже занял пригород Киева Куреневку. В связи с этим командование 1-й Украинской красной армии 12 апреля выдало задание флотилии:
1. Курсировать вдоль берега Днепра, имея связь с севера с 24-м полком, а с юга — с 1-м караульным полком.
2. Охранять гавань, следя за всеми пароходами.
3. Вести разведку вверх и вниз по Днепру.
В тот же день 29-му полку было приказано вести наступление на Вышгород — Петровицы, имея связь с флотилией. Посланный для содействия бронепароход «Самуил» не связался с этим полком, а после небольшой перестрелки с бандитами у Межигорья вернулся в Киев, оставив там бронепароход «Курьер».
На следующий день, 13 апреля, с 11 часов началось наступление 24-го полка на Вышгород и отряда инструкторских курсов с батальоном 6-го полка на Пуще-Водицу. В 11 ч. 30 мин. бронепароход «Курьер» с отрядом красноармейцев на борту поднялся до местечка Петровицы, где и высадил отряд. Но банд здесь не оказалось. Разведка с «Курьера» выяснила, что ночью банды переправились на другой берег, где и разбежались. Вскоре был замечен один из захваченных бандами пароход, который после нескольких выстрелов приткнулся к берегу у Петровиц, а бандиты с него разбежались. На следующий день около полудня красные отобрали у бандитов еще один пароход, на котором они переправлялись с берега на берег и контролировали пароходное сообщение.
В последующие дни суда Днепровской флотилии, к которым 21 апреля присоединился пароход «Доротея», вооруженный пулеметами, разобщив правый берег от левого, содействовали огнем ликвидации банд в этом районе.
22 апреля, исполняя приказ командующего 1-й Украинской армией, бронепароходы «Курьер» и «Самуил» вышли в район Трипо-лья для разведки и обстрела базы банд Зеленого. Подойдя к району, «Самуил» остался для обстрела деревни Плюты, а «Курьер» пошел дальше в Триполье. Орудийным огнем с судов были взорваны артиллерийские склады, о местонахождении которых красные узнали от своих разведчиков. После нескольких выстрелов с бронепа-роходов с берега начали отвечать две 76-мм пушки. Бронепароходы отошли, «так как это было их первое столкновение с береговой артиллерией».
На «Самуиле» лопнула рулевая цепь, и он потерял управление. К нему на помощь подошел высланный из Киева пароход «Доротея». Командир «Самуила» Барышников спустился на шлюпку для завода буксирного троса, но течение в этом месте было слишком сильным, шлюпку понесло вниз, и она выбросилась на берег. Погибли все гребцы, в том числе и Барышников, подошедший «Курьер» спас лишь одного человека. «Курьер» взял «Самуила» на буксир, и бронепароходы ушли в Киев.
В этих же числах в районе Чернобыля начала действовать банда Струка{169}. Его отряды располагались в Горностай поле, Ротичах и Чернобыле. 23–25 апреля разведка судами «Осетр»{170} и «Атаман», на котором находился десантный отряд, направляемый в Межигорье, выяснила, что в Сваромье, кроме того, находится банда, называемая «Остерский отряд», и подтвердила сведения о банде Струка, который имел в своем распоряжении два парохода: «Соня» (буксир) и «Ретвизан» (пассажирский).