Великая тайна Фархелема
Шрифт:
— А вдруг сразу бежать куда-то — а лодка развёрнута? — ответил Лартаяу. — Нет, давайте подумаем, что можем у него выяснить! Во-первых — куда ведут эти тоннели… И главное — пусть подтвердит, что нас не видел!
— И тогда уж — об авиарейсах в Чхаино-Тмефанхию! — предложил Минакри. — Пассажирских, грузовых — хоть каких-то!
— Мальчики, не пойдём же мы на захват самолёта… — встревоженно начала Фиар.
— Но нам пригодится любая информация… — едва слышно ответил Итагаро. — Хотя давайте не говорить, пока он не подошёл…
Медленно, томительно долго тянулись мгновения в мерном стуке приближающихся шагов… Но вскоре Джантар уже мог различить в слабом свете тpубчатых ламп не только сам силуэт идущего, а и детали формы работника аэропорта, и даже длинный узкий предмет, который тот нёс с собой — и у него не могло не возникнуть тревожной мысли: что это? Ведь и стрелявшие в них — по виду были мирными, гражданскими людьми… Хотя сейчас тот человек был уже близко — и так быстро и уверенно шёл, не сбавляя шага, что Джантару стало казаться: пройдёт мимо, не заметив их в темноте. Но вот он вдруг застыл на очередном шаге — и, попятившись, остановился…
— Нас здесь нет! — резко произнесла Фиар, вскакивая навстречу и делая взмах рукой перед его лицом. — Вы нас не видели! А теперь скажите: откуда вы идёте? Что за тоннели, куда они ведут?
— Они тут под всем аэропортом… — растерянно ответил тот. — А… куда вам надо?
Этот вопрос, как вдруг понял Джантар, сразу поставил бы его в тупик, будь он на месте Фиар — но она переспросила:
— А где и как можно выйти, чтобы подальше от самого аэропорта?
— Не знаю точно… Есть ответвление через площадь, и потом дальше под улицей — но я сам не знаю, куда оно ведёт. В бывшее убежище под какими-то домами, что ли… Это — если направо, и потом там — сразу налево. Но я там не бывал… И оно как будто закрыто на замок. А других таких выходов я вообще не знаю…
— Спроси насчёт рейсов в Тмеинжех… — напомнил Минакри почему-то тоже по-лоруански. — И вообще — в Чхаино-Тмефанхию…
— Да вы что… — даже испугался работник аэропорта. — Нет теперь отсюда таких рейсов. Отменили все… Грузовым вертолётом с военного аэродрома разве что… А отсюда — нет…
— Ладно, идите дальше, — ответила Фиар. — И помните: вы здесь никого не видели и ни с кем не говорили…
— Ну и дела… — прошептал Итагаро, едва работник аэропорта быстрой походкой прошёл мимо. — Уже и авиарейсов в Чхаино-Тмефанхию отсюда нет…
— Что, мальчики, пойдём? — прошептала Фиар, когда тот уже почти скрылся за поворотом на лестницу. — Пока больше никого…
— … Государственная полиция! — раздалось наверху, на лестнице, заставив Джантара похолодеть, а Итагаро — схватить мешок, что-то отыскивая в нём. — Откуда идёте? Что там у вас?
— Подземные коммуникации, — донёсся ответ недавнего собеседника (Джантару пришлось напрячь слух, чтобы разобрать слова). — Тоннели к камерам хранения, служебной зоне аэропорта… А что такое?
— Точно, они там! — заявил другой голос — кажется, тот самый, с резкими гортанными дмугильскими интонациями, от которых у Джантара будто что-то перевернулось внутри. — Давайте все туда!
— Нет, стой! — остановил его первый. — Вы вообще там кого-то видели?
— Нет, только что прошёл целый тоннель от самой камеры хранения, — ответил работник аэропорта. — И нигде никого… А кого я должен был видеть?
— Банда подростков, человек в двадцать, — объяснил второй голос. — Это очень опасные преступники, они пойдут на всё. Угнали автобус, ранили водителя, нескольких прохожих — и это только в одном нашем городе. А теперь скрываются где-то в аэропорту.
— Значит, повезло, что не встретил… — испугался работник аэропорта. — Хотя там, в тоннелях, и спрятаться негде… Налево — камера хранения, там сейчас много людей. А направо, в служебной зоне, они бы сами себя выдали. Там всё под охраной, сигнализация, кодовые замки…
— Я же говорил: нужен план всего здания, со всеми коммуникациями! — с досадой воскликнул первый голос. — А что так искать без толку? Ведь уйдут же! Давай быстро наверх, за планом!
— Это — чтобы мы поверили, будто никто не остался охранять лестницу, и решили выйти тем же путём, — сразу понял Итагарo. — А мы пойдём в первую дверь налево из правого тоннеля, как он сказал… И быстро, пока не подняли план здания! Бежим…
— … А если мы его не так поняли? — уже на бегу спросила Фиар (и Джантар с опозданием понял, что бежит по тоннелю вместе со всеми). — Что тогда?
— Рискованно, но что делать? — ответил Итагаро (уже где-то на полпути к развилке тоннелей). — Они сейчас будут прочёсывать здание…
«И это — на самом деле?» — некстати мелькнула всё та же мысль, Джантар почти рефлекторно отогнал её. Не хватало, чтобы помешала в такой момент…
…Добежав до самой развилки, все сразу, как по команде, остановились, лишь Итагаро осторожно выглянул за угол.
— И тут никого… — прошептал он. — Вот эта первая дверь налево. Но замок не электронный, не кодовый — обычный. Хоть бы уж не ржавый…
— Что делать — попробую открыть, — Лартаяу, обойдя их всех, напряжённо припавших к стене, скрылся за поворотом.
…И снова томительно потянулись мгновения ожидания. Джантар напряжённо вслушивался в тишину, в которой чудились то далёкие шаги и голоса, то скрип и удары дверей — но, то и дело в тревоге оглядываясь назад, по-прежнему никого больше не видел… Но вот наконец вблизи уже явственно раздался сухой резкий щелчок замка — и хотя Джантар ждал именно этого звука, его передёрнуло судорогой испуга.
— Ну, что там? — переспросила Фиар, выглядывая из-за угла.
Но вместо ответа — снова громкий звук пронзил тишину коридора, заставив Джантара (и не его одного) вздрогнуть ещё раз. И лишь после этого — раздался как будто тихий, но при этом тяжёлый и даже какой-то вибрирующий, почти на грани инфразвука, металлический стон открывающейся двери…
— Там было два замка, — объяснил Лартаяу. — Давайте быстро, пока никого нет…
Все стремительно пересекли погружённую в полумрак развилку тоннелей — и, свернув направо, остановились у приоткрытого дверного проёма под какой-то трубой, что, горизонтально проходя над головами, скрывала их своей тенью от света трубчатых ламп под потолком. Дальше правый тоннель, как успел заметить Джантар, был ярко освещён, и в проёмы белой плиточной облицовки выходило ещё множество таких же серых металлических дверей. Здесь же, за только что открытой дверью, было совсем темно — лишь у самого входа слабый свет почему-то прерывавшегося на развилке тоннелей ряда трубчатых ламп выхватывал из тьмы россыпь каменных осколков, должно быть, осыпавшихся с потолка, а дальше всё терялось во мраке…
— А фонарик забыли дома у Джантара, — Ратона ещё чуть приоткрыл дверь, чтобы заглянуть в неё. — Впрочем, как и лестницу…
— И ту одежду из морга — уже в этом вагоне… — Донот протянул руку во тьму дверного проёма, и с неё вдруг сорвался язык пламени, на миг осветивший начало ещё одного коридора или тоннеля на небольшом расстоянии от входа. Джантар успел увидеть стены с местами осыпавшейся штукатуркой и какие-то трубы, уходящие вдаль по потолку (одна затем обрывалась, и конец угрожающе провисал как раз до уровня головы Джантара — хотя потом как будто и эта труба продолжалась на прежней высоте). Сам же тоннель, как ещё успел заметить Джантар — постепенно повышаясь, уходил за поворот, и где-то там вдалеке брезжил едва заметный свет…