Великая тайна Фархелема
Шрифт:
— И там… какие-то — идут в нашу сторону! — едва выглянув, Фиар метнулась обратно. — Правда, пока далеко. Но наверно — уже обход всех вагонов… И если мой гипноз не сработает… Ладно, берите всё поудобнее…
Тело Джантара вновь среагировало быстрее сознания: он, не успев понять, как это получилось, уже в напряжении стоял рядом с Фиар у двери (за которой по-прежнему пусто глядел внутрь вагона некто в фopмe и с пулемётом за спиной — точно таким, как в мешке у Итагаро. «И это — на самом деле? — пронеслось на заднем плане сознания. — Тоже происходит с нами?»)…
— Всё! Вы всё забыли! — особенно властно произнесла Фиар. — А теперь — спать! Очнётесь, когда поезд тронется!
«А если их как-то заберут отсюда? — мелькнула у Джантара тревожная мысль. — И они не будут видеть, как тронется поезд?»
— Нет, подождите! — попытался Итагаро остановить общий порыв. — Выйти надо спокойно! Будто они сами нас выпустили, а нам — тут и сходить! Или сначала пропустим тех — вдруг идут не сюда… — он осторожно выглянул вперёд. — Нет, не получится… Там впереди повсюду — патрули. Весь перрон просматривается. И все — в такой же форме…
— Так что делать? — вырвалось у Лартаяу. — Всех не загипнотизизируешь…
— Придётся просто бежать… — пересохшими губами ответил Итагаро. — Всем сразу, и быстро… Но — куда? К автобусу, что ли…
— Туда! — Джантар вдруг увидел по ту сторону перрона узкий проход между кустами и бревенчатой стеной, сворачивающий затем влево, за угол. — И там наверняка сразу — остановка автобуса…
— А если тупик? — возразил Итагаро. — И прямо там попадёмся? Хотя нет… Верно… Они уже близко…
— А я бы пропустил их… — неуверенно предложил Лартаяу. — Вдруг идут не сюда…
— Но куда же? — Итагаро понизил голос до шёпота. — Если наш вагон — хвостовой? И наверняка отсюда начнут обход… Чем бы их отвлечь… Да, Минакри — хотя бы твоей бомбой! И не такая уж сильная — больше для отвлечения… — продолжал Итагаро, судя по глухому стуку пулемётов, отыскивая её в мешке. — А этот, снаружи — сам под гипнозом, подтвердит: никто ничего не бросал…
Джантар словно ощутил во рту металлический привкуc пусть не смертельной — но реальной опасности… Неужели дошло до такого? И возможно — придётся… почти что принимать бой? Нет, должно быть иное решение! Хотя верно: тех, вдалеке, по всему перрону — отсюда не загипнотизируешь. А если не удастся — и этих, кто сейчас зайдут в вагон… И всё-таки — кто они? Проводник подтвердил, что пограничники — но Итагаро не узнал форму… Представители власти, что всё же должны придерживаться закона — или снова самозванцы, лишь позволившие себе изображать их? И если так — что вообще происходит? Опять, уже здесь — массовое безумие?
— Нет, мальчики, но разлёт осколков по перрону… — срывающимся шёпотом начала Фиар.
— A что делать? — ответил Итагаро. — Ведь приближаются… И ведут себя как пограничники, хотя форма точно не та…
— Но проводник подтвердил…
— Под твоим гипнозом! — вдруг понял Итагаро. — Вот мы и обманули сами себя! А это просто какие-то…
— … Откуда я знал, что это нельзя ввозить в пограничную зону? — раздался крик по-лоруански где-то впереди на перроне. — И что такая зона вообще тут есть?
— По закону придётся конфисковать! — донёсся в ответ другой голос. — Взять его!
— Ах, так? Тогда получайте! — что-то громко хлопнуло или треснуло, так что Джантар вздрогнул. — Ловите сами свой запретный груз!..
— Нет, что-то неладно с этой зоной… — прошептал Итагаро. — То ли совсем недавно ввели, то ли… не знаю, что вообще делается…
— Мальчики, это наш шанс! — Фиар чуть высунулась из вагона вслед за ним. — Там целая свалка! Нас не увидят… Бежим прямо в проход!
— Да, уже целое облако, — подтвердил Итагаро. — У соседнего вагона… Он что-то взорвал, туда бегут они все. Им будет не до нас… Только — все сразу… Как, готовы? Все уже у двери?
— Кажется, все, — ответил Джантар, едва окинув взглядом остальных, чтобы убедиться — и ощутив мгновенное головокружение, резь и сухость в горле.
— Так… Первыми — мы с Фиар, потом… Нет, всё! Бежим!..
Как и что произошло в следующие мгновения, Джантар не понял сам. Будто и тут тело среагировало быстрее, невольный подсознательный импульс бросил его вперёд, вслед за Итагаро, Фиар и Лартаяу (в руках у которого была вдруг показавшаяся неожиданно огромной сложенная лодка) — и он, ещё лишь краем глаза успев заметить расползшееся слева по перрону белое клубящееся облако, вдруг понял, что уже бежит следом за ними прямо в створ прохода между кустарником и бревенчатой стеной…
— Стой! Держите их! — прозвучало над перроном.
Джантар не успел подумать, мог ли этот крик относиться к ним или к кому-то другому — как был почти у самого прохода, а Итагаро, Фиар и Лартаяу уже скрылись в нём. Но остальные-то, бежавшие следом, были ещё на виду — если кто-то мог видеть их сквозь дым… И он снова не сразу заметил — как, уже преодолев этот оказавшийся неожиданно длинным проход (и едва не влетев в густое переплетение почти спирально перекрученных багровых ветвей незнакомого южного кустарника с редкими мелкими листочками), лишь в последний момент успел притормозить у поворота, и уже там за углом быстро протиснуться через внезапное сужение, а затем, свернув ещё раз, вдруг оказался на широкой площади перед зданием вокзала — всё это как-то дошло до сознания позже, вместе с мыслью: в тех голосах на перроне действительно звучали скорее не армейские, командные — а какие-то хулиганские интонации…
— … Мальчики, прыгайте! — достиг его слуха как бы застывший в воздухе на лету голос Фиар. — Видите, какие ступеньки!..
Впрочем, это вовремя успел заметить и Джантар — с возвышения, где находился вокзал, вниз на площадь вели два лестничных марша, кажется, по девять (и когда он успел сосчитать их?) удивительно неровных, выщербленных ступенек, по которым рискованно было спускаться и обычным шагом, не то что бегом (и при виде которых — вдруг вспомнился и спуск в подземелье, и то, как когда-то давно у себя дома в Керафе он пробовал прыгать всё большее количество ступенек лестничной клетки по мере того, как становился выше ростом — но до девяти, кажется, не дошёл)… И тут же он вдруг понял, что, не сбавляя хода, успел перепрыгнуть оба этих марша, и теперь бежал по площади — и, всего на долю мгновения едва обернувшись на бегу, чтобы увидеть, как то же самое удаётся бежавшим сзади, снова прибавил скорость — а Итагаро, успев добежать до стоявшего на остановке автобуса, делал им всем отчаянные взмахи рукой… Но Джантар вдруг понял и то, что у них не было никакого плана действий — они просто пользовались стечением обстоятельств. Счастливых для них — ведь, ещё раз обернувшись у самого автобуса, Джантар увидел споткнувшегося на лестнице человека в той же непонятной форме, который спустя мгновение покатился под ноги другому, сбив с ног и того. Но дальше в проходе угадывалось ещё движение — и значит, была погоня именно за ними…
— Джантар, быстрее! — Талир, пробегая мимо, схватил его за руку, втащил в автобус — и Джантар понял, что, пропустив остальных, сам вскочил последним. И тут снаружи за окном раздался грохот выстрелов — и сразу два человека, до того мирно шедших по площади и, как видно, до сих пор ничего не понявших, оказались отброшены силой выстрелов на асфальт. И хотя ранения были как будто не смертельны: один схватился за бедро, другой за живот — мгновенный ужас и дурнота оглушили Джантара. Ведь он уже своими глазами увидел, как люди в форме, претендующие на роль представителей власти, стреляли в мирных случайных прохожих…
— Спокойно! — объявил Итагаро, встав у самой кабины водителя лицом к салону (и лишь тут Джантар увидел: в автобусе, кроме них, были ещё люди). — Мы сами не понимаем, что происходит, но поверьте — мы не преступники!
— Мы вам зла не сделаем, — добавила Фиар. — Так что успокойтесь…
— Ну, что же вы? — резко повернулся Итагаро в сторону кабины, доставая из мешка пулемёт. — Не видите, что там стреляют по мирным людям?
Двигатель автобуса взревел, и он рванул с места. Джантар едва удержался на ногах, ухватившись за поручень на спинке сиденья — и в этом несостоявшемся падении ещё успел заметить: наперерез автобусу бежали ещё люди в той же форме, непонятно куда и в кого целясь на ходу — будто мало было двоих случайных жертв…