Великая тайна Фархелема
Шрифт:
— Но вы же ехали сюда в почтовом вагоне? И потом — в автобусе от вокзала рельсовой дороги до аэропорта? И после этого ещё прошли тоннелем от аэропорта до телецентра? Разве не так?
— Мы просто укрылись от стрельбы и погони за первой попавшейся дверью, даже не зная, куда она ведёт! И сами не можем объяснить, какие обстоятельства привели нас в тот вагон! — продолжала Фиар. — Тем более, и мы могли действовать в шоке, или под каким-то внушением…
— Не переиграть бы, не перейти грань правды с игрой… — прошептал Итагаро. — И с мистикой, которую сами не понимаем…
«А… вдруг именно в этом — цель всего плана? — вновь будто молнией сверкнула у Джантара мысль. — Или хотя бы… запасная цель? Не удался основной вариант с переходом границы — передать отсюда хоть на часть Лоруаны?»
— И вы хотите сказать, что вас, с такими способностями, в свою очередь, мог загипнотизировать ещё кто-то? — после некоторой заминки спросил голос на том конце. — И думаете, нас можно так легко обмануть? В общем, последний раз предупреждаем: не играйте с нами…
— Всё, я уже кое с кем договорился, — прошептал Талир, подходя сзади. — Можете сказать им про кассету. Но учтите: содержания её — не знаете…
— Ладно, давайте начистоту, — снова нагнулся к аппарату Лартаяу. — У нас с собой действительно есть какая-то одна кассета. Но мы не уверены, что на ней записано. Как раз перед всем этим, в Тисаюме — смотрели случайно доставшуюся нам кассету с такой чушью, что никак не может быть государственной тайной. И даже не хотели вам признаваться — вдруг это та кассета и есть… И что — всё-таки дать вам просмотреть ту единственную кассету, которая у нас имеется? Организовать при участии сотрудников телецентра какую-то специальную закрытую линию связи — чтобы вы её увидели? Но вы хоть способны понять, что мы не отвечаем за её содержание? И если это окажется просто семейная хроника или довольно странная игровая постановка — вы не начнёте стрелять в кого попало? Ведь это мы были в шоке — но вы должны понимать, что делаете…
«А вдруг так и есть? — почему-то подумал Джантар. — У нас действительно — не та запись, что они ожидают? И она пойдёт прямо в эфир…»
— Как вам такой вариант? — продолжал Лартаяу. — При котором сотрудники телецентра сами всё организуют, а мы даже не будем присутствовать? И значит — не будем видеть того, что увидите вы?
— Но не думайте, что нас можно этим обмануть, — наконец донеслось в ответ. — Телецентр окружён, с его охраной мы тоже держим связь — кстати, можете обернуться и увидеть её сотрудников у вас за спиной, но на безопасном расстоянии — так что все выходы из здания блокированы, уйти незамеченными вы не сможете. А в случае повторения ещё каких-то чудес мы просто начнём штурм здания. Вы поняли?
— Да, поняли, на что вы способны, — твёрдо ответила Фиар. — И только никак не можем понять — из-за чего…
— Ваше счастье, если вы сами не смотрели эту кассету… — снова лишь после заминки последовал ответ. — А то кассета, которую имеем в виду мы — содержит сведения такой важности, что тут уже ни ваш возраст, ни экстрасенсорные способности или состояние здоровья, ни даже само наличие в здании других людей не могут быть приняты во внимание — поскольку речь идёт о безопасности государства. Так что ещё раз повторяю: лучше бы вам не сопротивляться, и не пытаться нас обмануть…
«Они, что, совсем уже не люди? — Джантара обдало волной ужаса от этой холодной официальной откровенности. — Или… не те, за кого себя выдают? Но кто же тогда? Или так уверены, что в отношениях с детьми им всё позволено? А тут уже Талир о чём-то договорился… Нет, надо выяснить, на что они способны…»
— И что, в вас осталось так мало человеческого? — не выдержал Минакри. — Тут же не преступники — мирные люди, которые разве что в чём-то ошиблись! Ну, и что вы так защищаете, какие высшие интересы — если человеческая жизнь для вас ничего не стоит? Или вас отучили не то что думать — чувствовать по-человечески? Всё, что можете — исполнять приказы?
— А он имеет полное право так говорить, — добавила Фиар. — Да, вам бы пройти путь кого-то из нас — чтобы хоть немного знали о реальной жизни людей, которыми готовы жертвовать! Не все же такие здоровые и тупые, как вы — за которых всегда думают другие… Если вы те, за кого себя выдаёте — а то у настоящих представителей власти есть установленные законом пределы полномочий. И те, по крайней мере, не стали бы так угрожать взрослым сотрудникам телецентра, как вы позволяете себе с детьми… Или давайте попробуем разобраться достойно? Чего, например, боитесь при таком способе просмотра кассеты, как мы предлагаем?
«Но… правильно это или неправильно? — продолжал лихорадочно думать Джантар. — Если кто-то устроит, что запись пойдёт в эфир — а они перехватят… Хотя вряд ли и Талир не подумал…. Но знать бы, с кем и о чём договаривался…»
— Мы можем организовать такую линию связи, — неожиданно быстро согласился некто на том конце. — Но при условии, что вы останетесь на месте, под наблюдением, чтобы мы вас видели — а затем к вам подойдёт сотрудник телецентра в сопровождении охраны, и вы передадите ему кacсету, а сами останетесь под охраной там, куда вас проводят, до окончания просмотра нами этой записи — и тогда уже мы решим, что с вами делать. И ещё раз предупреждаю: давайте решим всё без глупостей — а то нам отдан приказ стрелять на поражение…
— Мы поняли, — ответила Фиар. — Ждём на месте. («Всё равно они ещё дети», — как показалось Джантару, сказал там кто-то.)
— А вы тоже не думайте, — обернувшись, начал Итагаро на фоне вдруг раздавшегося (явно не без его участия) треска помех, — что власть, которая совершает преступления, склонна миловать или даже вознаграждать исполнителей грязных дел. Для них вы, наоборот — опасные свидетели. А у нас на самом деле нет секретной информации, о которой они говорят…
— А кто тут, я слышу, вспомнил, что тоже давал присягу, — сразу добавил Талир, — так сам подумай: ты и в своих детей будешь стрелять, если они найдут на улице какую-то кассету?
— Итагаро, они же предупреждали, — с тревогой прошептала Фиар. — Быстро снимай помехи…
— В чём дело? — раздалось по радиосвязи. — Вас же предупреждали! Или что там за проблемы со связью?
— Да, были помехи, — подтвердил Лартаяу. — Мы тоже слышали. Но — и только-то…
— Подтверждаю: это были просто помехи, ничего больше, — произнёс кто-то не очень далеко сзади по коридору. — А тут всё спокойно, все молча стоят и ждут…
— Что ж, они нас не выдали, — совсем тихо прошептала Фиар. — Но вам не кажется странным, что те так легко согласились?
— И я думаю, нет ли подвоха, — подтвердил Итагаро. — Хотя вообще я их понимаю. Никто не хочет лезть туда, где происходят «чудеса», да ещё осрамиться с записью, что окажется обыкновенной чушью. А теперь… Талир, только быстро: с кем и о чём ты договорился?
— И тоже — сразу, с ходу, — признался Талир. — Тут у них есть нелегальная линия связи, секретная даже от их начальства, с выходом на другие города — и по ней тот, с кем я говорил, обещал пустить нашу запись. Просто включить в трансляцию ночных каналов — даже не будет понятно, как и откуда. Так, под влиянием момента, решилось…