Чтение онлайн

Однако этот мобплан был составлен без твердого представления о масштабах и продолжительности военных действий, всего в системе лечебных учреждений Курортного управления Наркомздрава СССР предполагалось развернуть 24 тысячи коек.

Целый ряд довольно неясных данных о надвигающейся войне и приготовлениях Германии, поступивших в период марта – июня 1941 г., привел к тому, что 21 июня 1941 г. на совещании в Наркомздраве было дано указание пересоставить моб. план Курортного управления, но к началу войны это, конечно, сделано не было.

Насколько нереальны были предвоенные наметки, видно из того, что когда 23 июня 1941 г. стал в спешном порядке фактически заново составляться план развертывания госпиталей (на базе лечебных учреждений Курортного управления), то было задание немедленно развернуть 100 тысяч коек (вместо 24 тысяч по мобплану февраля 1941 г.).

О начале войны Я. С. Шепотковский узнал из сообщения по радио.

февраль 1956

Кунтиков Иван Никитич – кандидат исторических наук

(нач. отдела ЦГВИА)

В 1938–1941 гг. работал начальником секретного отдела ЦГИАМ НКВД СССР. В этот период неоднократно составлялись моб. планы архива, предусматривавшие в случае войны эвакуацию наиболее ценных и секретных материалов за пределы Москвы, в районы недалеко от нее расположенные, в частности во Владимир.

Когда началась война, все расчеты оказались нереальными, архивы были эвакуированы в Саратов, в значительно меньшем объеме, чем предполагалось.

июль 1956

Васильев Василий Максимович

(студент ОЗО РПИ)

С весны 1940 г. служил в I Московской пролетарской мотострелковой дивизии (в 12 танковом полку Б-Т-И [187] ), затем в 22 саперном батальоне. До 26 июня 1940 г. I МПСД стояла в Москве и была парадной дивизией. 26 июня 1940 г. была направлена для освобождения Прибалтики в полной боевой готовности (розданы боекомплекты, патроны, медальоны), действовала по маршруту Двинск, Поневежье [188] и др. В октябре 1940 г. была возвращена в Москву и 7 ноября 1940 г. участвовала в параде на Красной площади. С весны 1941 г. личный состав систематически информировали о концентрации немецких войск в Финляндии, в докладах и беседах политсостав (в частности, майор Воронцов, б. зам. Наркома (Воронин?) предупреждал об осложнении международной обстановки и опасности войны с Германией.

Была призвана и задержана после окончания сборов часть приписных командиров, которые должны были быть отпущены в начале июня. О начале войны узнали из сообщения Московского радио.

июль 1955

Гурейко Николай Григорьевич

(асс[истент] кафедры политэкономии в Ярославском Пединституте)

До войны служил в 146-й сд (?) в Сталиногорске (близ Тулы, командиром дивизии был Крейзер) лейтенантом, командиром роты.

В начале мая дивизия выехала в лагеря и стала заниматься интенсивной боевой подготовкой. Осваивалось вновь вводимое минометное вооружение (82-мм и 50-мм минометы), изучался опыт Финской войны. Примерно за месяц до начала войны в дивизию интенсивно стал прибывать приписной состав рядовой, сержантский и досрочно выпущенные офицеры из училищ СибВО и других округов.

22 июня 1941 г. было назначено официальное открытие лагерей. О начале войны узнали из сообщения Московского радио. Через несколько дней часть дивизии уехала (доукомплектовавшись) на фронт как 147-я сд, а оставшаяся развернулась в новую (т. е. полки дивизии «раздвоились»).

июнь 1955

Андреев Александр Андреевич – ст. лейтенант

(сотр[удник] УКГБ по Мос[ковской] обл.)

Перед войной служил под Москвой сержантом-летчиком истребительной авиадивизии Московской зоны ПВО. Дивизия имела на вооружении истребители типов И-16 и И-153, в связи с предполагаемым перевооружением новой матчастью (ЛаГГи, МиГи) был отдан приказ подготовить старую матчасть к сдаче. Были разобраны все моторы, и 21 июня 1941 г. был объявлен техосмотр сдаваемой матчасти. Когда утром 22 июня 1941 г. было объявлено о начале войны, ни один самолет не был в состоянии взлететь.

ноябрь 1955

Жарков Александр Ильич – ст. лейтенант запаса

(инспектор РОНО Советского р-на г. Москвы)

Был мобилизован в 1940 г. по окончании института.

Перед войной служил в частях 52 зенитной арт. дивизии Московской зоны ПВО в Реутово, красноармейцем, затем политработником. Весной 1941 г. части 52 зен. дивизии стали посменно выезжать в лагеря в р-н Ногинска. Подразделения Жаркова должны были быть в лагере до 1 июля 1941 г. Проводилась интенсивная боевая подготовка, но, как показал первый налет немецкой авиации на Москву – 22 июля 1941 г., не вполне эффективная: слабая связь, малоквалифицированное управление огнем, недостаточная корректировка и дисциплина огня, невысокая меткость.

Приближение войны бойцами 52 зен. дивизии совершенно не ощущалось.

Утром 22 июня 1941 г. полк был поднят по тревоге, погружен на машины и выехал из-под Ногинска в Реутово, о том, что началась война, личный состав не знал. Бойцы были уверены, что их за неделю до срока отзывают из лагерей и везут на отдых. Поэтому они радовались и пели веселые песни. С удивлением они смотрели на грустные лица встречных, которые приветливо махали им руками и бросали цветы. Только приехав в Реутов, они узнали о сообщении Московского радио о том, что началась война.

Дядя А. И. Жаркова, живший в Саратове, за несколько дней до начала войны был призван из запаса в армию. Их часть срочно была погружена в эшелоны и отправлена на особые маневры на Запад. О начале войны они узнали в пути.

июль 1955

Фролов Иван Дмитриевич – сержант запаса

(студент РПИ ОЗО)

Служил в 95 авиаполку (Пе-2?) в р-не Калинина, был младшим авиаспециалистом. Дежурил на аэродроме. 22.V-1941 г. в 12 ч. вместе с другими узнал о войне из сообщения московского радио. Аэродром ударам вражеской авиации не подвергался.

ноябрь 1955

Гительмахер Борис Моисеевич – капитан запаса

(декан Геофака Ивановского пединститута)

В конце 1939 г. был призван на военную службу с должности директора средней школы в Иванове и назначен преподавателем военной географии Ивановского военно-политического училища. Осенью 1940 г. проходил при ГлавПУРе РККА специальный семинар преподавателей военной географии, который продолжался около 2-х месяцев. Семинаром руководили ответственные работники ГлавПУРа РККА. Преподаватели были ответственные работники Генштаба и Академии Генштаба.

В центре семинара стояло детальное изучение важнейших операционных направлений: западного, юго-западного, северо-западного (финляндского) – с учетом войны 1939–1940 гг. (до этой войны финляндский ТВД считался неактуальным, сданная о нем в Воениздат книга была законсервирована с такой резолюцией: «Не актуальный театр – печатать в 1942 г.». Лишь когда началась война, по распоряжению А. А. Жданова книга была срочно издана), Придунайского, Ближневосточного (читал Сухомлин), Дальневосточного (читал Сапожников) и др. Изучение строилось исходя из предпосылки военных действий на территории возможного противника. В Ивановском ВПУ подготовка к войне не чувствовалась и о ее скорой возможности официальных разговоров не было. (Б. М. Гительмахер тогда был беспартийным и не знает, о чем говорилось на закрытых партсобраниях.) Поступающие в училище разведбюллетени сообщали об усиленном строительстве немецких оборонительных сооружений в Восточной Пруссии и в Польше, передвижение войск противника расценивалось как обычное.