Чтение онлайн

С другой стороны, двойное действие «коагуляции» и «растворения» очень точно соответствует тому, что христианская традиция обозначает как «власть ключей». Действительно, эта власть является также двойной, поскольку заключает в себе власть «связывать» и «развязывать»; «связывать», очевидно, это то же самое, что и «коагулировать», а «развязывать» то же самое, что «растворять» [103] . Сравнение различных традиционных символов еще раз подтверждает это соответствие насколько возможно четко. Известно, что самое привычное изображение власти, о которой идет речь, есть изображение двух ключей, один из которых золотой, а другой серебряный, что соответственно относится к духовному авторитету и земной власти, или к священнической функции и к царской функции, а также, с точки зрения посвящения, к «великим мистериям» и к «малым мистериям» (именно в этом значении они выступали у древних римлян одним из атрибутов Януса) [104] . Алхимически они соотносятся с аналогичными операциями, осуществляемыми на двух разных ступенях, образующих «работу в белом», соответствующую «малым мистериям», и «работу в красном», соответствующую «великим мистериям». Эти два ключа, которые согласно Данте являются ключами один от «Небесного Рая», а другой от «Земного Рая», скрещиваются таким образом, что образуют форму, напоминающую свастику. В подобном случае каждый из двух ключей должен рассматриваться как имеющий в порядке, к которому он относится, двойную власть «открывать» и «закрывать», или «связывать» и «развязывать» [105] . Но существует и другое, более сложное изображение, где для каждого из двух порядков две противопоставленные власти различным образом представлены двумя ключами в оппозиции один к другому. Это изображение свастики, называемой «ключистой» именно потому, что каждая из ее четырех ветвей образована ключом [106] (рис. 12).

Таким образом, здесь имеется два противоположных ключа по вертикальной и по горизонтальной оси [107] . Что касается годового цикла, тесная связь которого с символизмом Януса хорошо известна, то первая из этих двух осей есть ось солнцестояния, а вторая — ось равноденствия [108] . Здесь вертикальная ось или солнцестояние соотносится со священнической функцией, а горизонтальная ось или равноденствие — с царской функцией [109] .

Отношение этого символизма с символизмом двойной спирали устанавливается посредством существования другой формы свастики, с изогнутыми ветвями, имеющей вид двух перекрещивающихся букв S. Двойная спираль может, естественно, отождествляться либо с вертикальной частью этой свастики либо с ее горизонтальной частью. Правда, двойная спираль чаще всего располагается горизонтально, чтобы покачан с очевидностью дополнительный и, в некотором роде, симметричный характер двух течений космической силы [110] . Но, с другой стороны, кривая, которая эквивалентна кривой в инь-ян , напротив, в основном, расположена вертикально. Можно, таким образом, рассматривать случаи предпочтения той или другой позиции, соединяющиеся в фигуре свастики с изогнутыми ветвями, которые тогда соответствуют двум областям, в которых осуществляется «власть ключей» [111] .

С этой же «властью ключей» в индийской и тибетской традициях согласуется двойная власть ваджры (vajra) [112] ; это, как известно, есть символ молнии 113. Два ее края, оформленные остриями в виде пламени, соответствуют двум противоположным аспектам власти, представленным молнией: порождение и разрушение, жизнь и смерть [114] . Если соотносят ваджру с «Осью Мира», то эти два края соответствуют полюсам, а также и двум солнцестояниям [115] . Она, следовательно, должна располагаться вертикально, что согласуется с ее характером мужского символа [116] , так же, как с тем фактом, что она есть, по существу, священнический атрибут [117] . Оставаясь в вертикальной позиции, ваджра пред­ставляет «Срединный путь» (который есть «Путь Неба», что будет видно дальше); но она может быть наклонена в ту или иную сторону, и тогда эти две позиции соответствуют двум тантрическим «путям», правому и левому (дакшина-марга и вама-марга, dakshina-marga и vama-mdrga ); это правое и левое могут быть соотнесены с точками равноденствия, так же, как верх и низ с точками солнцестояния [118] . Многое еще можно сказать обо всем этом, но чтобы не слишком удаляться от нашего предмета, мы остановимся на этих некоторых указаниях. Заканчивая, скажем, что власть ваджры или «власть ключей», которая, по сути, ей тождественна, заключает в себе управление или запуск космических сил в их двойном аспекте инь и ян , в конце концов, есть не что иное, как сама власть повелевать жизнью и смертью [119] .

В изначальную эпоху человек был сам по себе совершенно уравновешен относительно дополнительности инь и ян . С другой стороны, он был инь , или пассивным по отношению к одному только Принципу, и ян , или активным по отношению к Космосу или к ансамблю всех проявленных вещей. Он, следовательно, обращался к Северу, который есть инь [120] , как к своему собственному дополнению. Напротив, человек позднейших эпох вследствие духовного вырождения, соответствующего нисходящему ходу цикла, становится инь по отношению к Космосу; он, следовательно, должен повернуться к Югу, который есть ян , чтобы получить влияние принципа, дополнительного к ставшему в нем доминирующим, и чтобы восстановить, насколько это возможно, равновесие между инь и ян . Первая из этих ориентаций может быть названа «полярной», тогда как вторая — «солярной»: в первом случае человек, глядя на Полярную Звезду или на «вершину Неба», имеет Восток справа, а Запад слева; во втором случае, глядя на Солнце в полдень, он, напротив, имеет Восток слева, а Запад справа. Это объясняет особенность дальневосточной традиции, которая может показаться достаточно странной тем, кто не знает ее причины [121] .

В Китае, действительно, левая сторона, в основном доминировала; мы сказали, в основном, не всегда во все исторические времена. В эпоху историка Сыма-цяня, то есть во втором веке до н. э., правое, кажется, было важное, чем левое, по крайней мере, в том, что касалось иерархии официальных функций [122] . Представляется, что в этом отношении тогда была попытка «возвращения к началам», которая должна была, конечно, соответствовать смене династии, так как такие смены в человеческом порядке традиционно всегда ставятся в соответствие с некоторыми изменениями самого космического порядка [123] . Но в более древнюю эпоху, хотя и очень удаленную от изначального времени, доминировала левая сторона, как на это указывает такой пассаж из Лао-Цзы: «В счастливых событиях ценится левое, в несчастных события ценится правое» [124] . В то же самое время было сказано также: «Человечность — это правое, Путь — это левое» [125] , что явно предполагает более низкое положение правого по отношению к левому; по отношению друг к другу левое в таком случае соответствует ян , а правое — инь .

Таково прямое следствие ориентации лицом на Юг, что подтверждается в трактате, приписываемом Конфуцию, который жил в VII веке до п. э., где сказано: «Весна порождает (существа) слева, осень разрушает справа, лето заставляет расти вперед, зима откладывает назад». Однако, следуя принятым соответствиям, существующим повсюду, весна соответствует Востоку, а осень — Западу, лето — Югу, а зима — Северу [126] ; здесь также Юг вначале, а Север в конце, Восток слева, а Запад справа [127] . Естественно, когда принимают противоположную ориентацию, поворачиваясь к Северу, соответствия левого и правого оказываются перевернутыми, так же, как и того, что спереди и сзади. Но, в конечном счете, сторона, которая имеет преимущество, будь то левая в одном случае или правая в другом, есть всегда и неизменно сторона Востока. Это важно по существу, так как это показывает, что дальневосточная традиция совершенно согласуется со всеми другими традиционными учениями, в которых Восток всегда рассматривается как «светоносная сторона» (ян ), а Запад как «темная сторона» (инь ) по отношению друг к другу. Изменение взаимных значений правого и левого, будучи обусловленным изменением ориентации, вообще является совершенно логичным и не заключает в себе никакого противоречия [128] .

Однако вопросы ориентации очень сложны, так как надо не только быть внимательным, чтобы не смешивать различные соответствия, но надо еще иметь в виду, что в одном соответствии правое и левое могут относиться к разным точкам зрения. На это очень четко указывает следующий текст: «Путь Неба предпочитает правую сторону, Солнце и Луна перемещаются к Западу; Путь Земли предпочитает левую сторону; вода течет к Востоку; их равным образом располагают вверху (то есть и та и другая стороны имеют преимущество)» [129] . Этот пассаж особенно интересен, прежде всего тем, что он утверждает (каковы бы ни были приводимые причины, и пусть они взяты как простые «иллюстрации», извлеченные из чувственных явлений), что преимущество правой стороны ассоциируется с «Путем Неба», а левой — с «Путем Земли». Однако первый с необходимостью выше второго, и можно сказать, поскольку люди потеряли из виду «Путь Неба», они должны согласовываться с «Путем Земли», что отражает разницу между изначальной эпохой и последующими эпохами духовного вырождения. Можно здесь, наконец, увидеть обратное отношение между движениями Неба и Земли [130] , что строго согласуется с общим законом аналогии; так бывает всегда, когда есть два термина, один из которых является перевернутым отражением другого, как образ объекта в зеркале является обратным по отношению к самому объекту, так что правая сторона образа соответствует левой объекта, и наоборот [131] .

В этой связи мы добавим замечание, простое само по себе, но далеко не маловажное: а именно, когда речь идет о правом и левом, всегда следует уточнять, по отношению к чему они рассматриваются. Так, когда говорят о правой и левой стороне символической фигуры, то как реально надо понимать эти стороны, по отношению к самой этой фигуре или же по отношению к наблюдателю, который располагается перед ней? Могут представиться оба случая: когда имеют дело с человеческой фигурой или фигурой какого-нибудь другого живого существа, то совсем нет сомнения, что следует называть правым, а что левым. Сходным образом обстоит дело с каким-нибудь объектом, геометрической фигурой, например, или же памятником, тогда обыкновенно принимают правую или левую сторону, располагаясь на точке зрения зрителя [132] . Но не обязательно это так всегда, иногда бывает, что правое и левое приписывают фигуре, исходя из нее самой, что, естественно, соответствует точке зрения, обратной точке зрения наблюдателя [133] . Если этого не уточнять в каждом случае, то можно сделать довольно грубые ошибки в этом отношении [134] .

Другой вопрос, связанный с вопросом ориентации, это ритуальное «направление движения но кругу» в различных традиционных формах. Легко понять, что на самом деле это направление определено либо «полярной» ориентацией, либо «солярной», в том значении, которые мы придавали этим выражениям выше. Если посмотреть на представленные на рисунке фигуры [135] , то первое направление будет таким, в котором смотрят на север и видят звезды, вращающиеся вокруг полюса (рис. 13);

напротив, второе направление будет таким, в котором осуществляется видимое движение Солнца для наблюдателя, смотрящего на юг (рис. 14).

Направление движения по кругу осуществляется, постоянно имея центр слева в первом случае, и, напротив, справа — во втором (что на санскрите называется pradakshina ). Последний способ, в частности, используется в индийской и тибетской традициях, тогда как другой встречается в исламской традиции [136] . С этой разницей направления связан также тот факт, какую ногу ставят впереди, правую или левую по ходу ритуала: еще раз посмотрев на те же самые фигуры, можно легко увидеть, что нога, которая должна быть поставлена первой, есть обязательно та, которая находится в противоположной стороне по отношению к обращенной к центру кругового движения, то есть правая нога в первом случае (рис. 13) и левая нога во втором (рис. 14). Этот порядок соблюдается даже тогда, когда уже речь не идет собственно о направлении кругового движения, как бы отмечая относительное доминирование «полярной» или «солярной» точки зрения, будь то в данной традиционной форме, или же иногда в различные периоды в ходе существования одной я той же традиции [137] .