Чтение онлайн

– Это, мальчик мой, давняя история, – стала рассказывать Готрайна. – Ей больше трехсот лет. Многими она забыта. Еще больше о ней ничего не знают. А те немногие, кто знает, очень хотят забыть навсегда…

…Они как саранча распространялись во все стороны, пожирали все новые и новые Пределы. И этому не было конца. Когда-то Доредон провозгласил свой Закон. И лишь одна Земля знает, сколько крови было пролито за и против него. И сколько еще будет пролито…

Девять Принцев с одержимостью бешеной собаки лезли во все известные Пределы, дабы навести там свой порядок. Твой отец сначала смеялся над ними и их Законом. Но шло время, Доредон рос. Все больше Пределов попадало под его власть.

– Отец?! Где он?!

Глаза Николая зажглись страстным огнем. Отец! Он раньше и думать боялся о нем. Внутри все затрепетало от томительного ожидания и нетерпения. Ему хотелось знать о своем отце.

Ее взгляд наполнился грустью. Голова опустилась. Долгое время Готрайна молчала, вспоминая давно прошедшие, ведомые только ей одной времена.

– Твой отец был великим воином. Никто не мог сравниться с ним по Силе. Ему не было равных. И не будет, наверное! Его звали Анхесгар. Это имя наводило ужас не только на Срединные Пределы, но и на сам Доредон! Они боялись его, как жалкие гиены боятся могучего льва. И ненавидели за это. Ибо ненависть Девяти Сильных проистекала из их страха…

Ты совсем не похож на него… В тебе нет его Силы и его ярости. Ты совсем другой и… Нам еще только предстоит узнать тебя. Дорогой мой, ты все еще ребенок, хотя давно уже вырос… Но, умоляю, не обижайся на меня! Постарайся понять!

У Николая к горлу подкатил ком, застрял колючим ежом. Дыхание стало тяжелым, появился вкус горечи и обиды. Вдруг он опомнился.

«Надо же! Без пяти минут Повелитель, а уже какие амбиции!» – с иронией подумал Николай.

Стало смешно. Смешно над собой. Он сначала улыбнулся, а потом расхохотался во весь голос. Скалы эхом поддержали веселье. Мать в недоумении смотрела на сына. Когда смех прекратился, Готрайна задумчиво произнесла:

– Ты совсем другой.

– Что же дальше было, расскажи, – попросил он.

– Они все же убили Анхесгара…

– Как?!

– Они его боялись больше смерти. И потому лезли к нам, пытаясь убить. Кто знает, сколько людей полегло в этих сражениях. Поля белели от костей врагов, текли реки крови. А они все шли и шли за своей смертью.

Но не Силой в честном бою, а подлым обманом Девять Принцев одержали победу над бесстрашным Анхесгаром. Не знаю, как им удалась эта подлость. Но Источник Сумеречных Земель был разрушен в одну ночь.

Под утро вдали из Тумана показались корабли. В тот раз они пришли с моря. Все Девять Принцев пожаловали к нам. Море вспенилось от полчищ кораблей, идущих к берегам наших земель. Весь Сумеречный род поднялся навстречу врагам.

Последняя битва была ужасной. Люди гибли и днем, и ночью. На смену упавшим приходили новые, чтобы через несколько мгновений присоединиться к мертвым товарищам. Но Девять Принцев оказались сильней.

На исходе третьего дня отец сказал мне, что завтра будет последний бой для всех Сильных Сумеречного рода. Зная, что больше никогда не увидим друг друга, мы провели последнюю ночь вместе. Тогда же я зачала тебя, как нашу последнюю надежду, дабы Сумеречному роду не сгинуть во времени. Отец завещал мне сохранить тебя. На рассвете я увела остатки нашего народа из Сумеречного Предела. С тех пор я не видела Анхесгара.

Но Девять Принцев не успокоились на этом. Они хорошо познали ярость нашего рода, чтобы дать мне спокойно уйти в иные Пределы со своим народом. В погоню отправили Родина – самого удачливого и коварного Принца Доредона. Триста лет он преследовал нас с безумством голодного шакала.

Три века… Это не одна, а три жизни… Люди рождались, старели, умирали. А мы все шли и шли, меняя Пределы… О! Если бы ты знал, сколько Пределов хранят отпечатки наших ног! И в каждом сотни и сотни могил воинов, что оберегали наш поход. Я до сих пор не могу забыть чувство постоянной тревоги, когда в любую минуту надо быть готовой все бросить и искать спасения в других Пределах.

Но Родин рано или поздно находил нас. И опять гибли люди, опять мы срывались с едва обжитых земель. Все начиналось сначала. Только с каждым прожитым годом нас становилось меньше. По сути, мы были обречены. Родин это знал. Едва ли один из двадцати младенцев становился взрослым. А среди мужчин не было старше тридцати – большинство погибало гораздо раньше. И если в начале пути люди шли широкой полосой от горизонта до горизонта, то через пару столетий от могучего народа осталась лишь жалкая горстка, которую можно охватить взглядом с невысокого холма.

Но всему есть конец. Пришел конец и нашим скитаниям!

Она улыбнулась, воздела руки к небесам. Закрыв глаза, что-то быстро полушепотом проговорила, а потом рассмеялась.

– Сейчас над нами загорелась счастливая звезда. Я в это верю! И я чувствую – маятник качнулся в другую сторону…

– Родин… Он потерял ваш след?

– Родин ничего и никогда не теряет. Нет! Он шел за нами до конца! Но, как бы силен он ни был, всему есть конец! Триста лет – большой срок даже для Родина…

Да, нам повезло… Кто же мог знать, что в окраинных Пределах тоже можно найти Источник. Гористый Предел – наша последняя и самая долгая стоянка. Здесь я имею Силу, а он – нет! Здесь я должна жить, а он должен был умереть! Но Родин гораздо умнее, чем я думала. Даже вдали от всех Источников Доредона он оказался мне не по Силе… Родин ушел, оставил нас и больше никогда не появлялся.

– А я? Когда родился я? Ты сказала, что вы скитались три века… Но это невозможно!!!

– Мой мальчик, ты не дослушал до конца. Все это время ты был со мной…

– Ты была беременна триста лет?! – Николай почти прокричал, недоуменно уставившись на нее.

– Да!

Это было настолько невероятным, что разум отказывался верить. Она будто от холода смущенно повела плечом. И Николай вспомнил, что они почти без одежды чувствуют себя комфортно на ветру в страшный мороз.

«А почему бы и нет?» – подумалось ему.

Почему-то факт того, что она прожила гораздо больше трех веков, он воспринял как должное. Отчего же нельзя быть беременной такой срок? Он родился в очень необычной семье. Возможно, что детей здесь принято вынашивать не девять месяцев, а триста лет…

– Видишь ли, я не могла позволить тебе появиться в смутное время. Это было опасно и неразумно… Семя Анхесгара было во мне. Я могла родить тебя, когда захочу. Кроме того, ни Родин, ни кто-либо другой об этом не знали. С тех пор, как погиб Анхесгар, прошло столько времени. Ни у кого даже в мыслях не было, что у мертвого Повелителя Мрака может вдруг родиться наследник. Ведь из всего Сумеречного рода осталась я одна. Одна женщина, без мужчины… Думаю, Родин и оставил нас в покое, когда наконец убедился, что у меня никогда не будет Сильного мужчины…

Таня под уздцы вывела из конюшни черного жеребца по кличке Воронок. По задворкам Чертогов разнесся размеренный цокот копыт. Позади в неуверенном поклоне застыл конюх, который, как и большинство местных, отчаянно боялся новой хозяйки замка. Таня не удостоила его вниманием. Ей давно надоели испуганные взгляды и быстрые поклоны. Люди распускали сплетни, считали ее черной ведьмой, охотницей за одинокими странниками. Поговаривали, что в лунную ночь она превращается в волчицу и воет на всю округу. И пока эти сказки являлись лишь безобидным суеверием, она старалась не обращать внимания.