Чтение онлайн

Если вы бывали в Будапеште, то, конечно же, не могли не слышать о принцессе Маргит. Ее именем назван живописный остров посреди Дуная, который разрезает город на две части: гористую Буду и равнинный Пешт. На острове Маргит, зеленом, вытянутом, с бассейнами на минеральных источниках (будапештцы любят пить прозрачную воду «Маргит») сохранились остатки монастыря, в котором прожила не очень долгую жизнь дочь венгерского короля Белы IV.

В тени высоких деревьев лежит плита красного мрамора с высеченной на ней надписью: «Арпадхази. Святая Маргарита. 1242–1271. На этом месте была могила дочери короля Белы IV до XVI века». Арпадхази — королевская династия, а король Бела IV известен в истории Венгрии тем, что ему пришлось сражаться с ордами татаро-монголов.

Опустошив русские земли, хан Батый решил завоевать Венгрию, ее плодородные земли сделать кормовой базой для своей конницы и оттуда совершать набеги на Европу. Венгры оказали отчаянное сопротивление, но королевское войско было разбито, и враги в течение года разоряли страну. Татаро-монгольская конница достигла городов Центральной Европы, побывала под стенами Вены, вышла на побережье Адриатики. Но силы ее были истощены оставшимися в тылу русскими, поляками, венграми. Войску Батыя пришлось повернуть обратно. Король Бела IV дал обет: если татаро-монголы уйдут с венгерской земли, ожидаемого в королевской семье ребенка посвятят Богу.

В 1242 году войско Батыя навсегда покинуло пределы Венгрии, а родившаяся дочка короля вскоре была отдана в монастырь.

В рассказе Чехова «Студент» герой его думает о связи времен, и автор находит поэтичный образ единой цепи, которой связано все происходившее когда-то на земле. Так что, тронув цепь за одно звено, чувствуешь, как дрогнул другой ее конец.

Именно об этом подумалось мне у могильной плиты Маргариты. А еще о том, что прогуливающиеся по острову люди в большинстве своем не догадываются, как поэтичная далекая судьба святой Маргариты связана с современной ей русской историей.

Маргарита родилась в 1242 году. А через год после ее рождения старшая сестра ее Анна вышла замуж за русского князя Ростислава Михайловича — сына известного на Руси князя Михаила Черниговского [24] .

У Ростислава, как у всех русских князей того времени, была бурная военная жизнь. Вместе с отцом он княжил в Новгороде и Галиче, помогал отцу воевать с вторгшимися в русские земли татаро-монгольскими ордами.

Когда те подступили к Киеву, престол его занимал Михаил Черниговский. Красота города, стоящего на берегу Днепра, сверкающего золотыми куполами церквей, поразила вражеских послов. Они пытались уговорить жителей добровольно сдаться. Вероломство и хитрость татаро-монголов уже были известны русским, поэтому Михаил им не поверил. Он приказал умертвить послов и сам вместе с сыном Ростиславом бежал в Венгрию, в «угры», чтобы поднять их на борьбу с Ордой.

Киев был взят штурмом 6 декабря 1240 года, и это открыло путь на Венгрию, а князь Михаил Черниговский стал отныне заклятым врагом Батыя. Хан не простил ему ни смерти послов, ни попытки организовать сопротивление «угров».

Оказавшись в Венгрии, Ростислав стал деятельным помощником своего тестя, венгерского короля Белы IV. После ухода отрядов Батыя из венгерской земли Бела IV наградил Ростислава, сделав его владетелем сербского княжества Мачвы и Босны. В Белграде была у него своя резиденция. Дочь Ростислава и Анны, сестры Маргариты, — Кунгута — стала женой чешского короля [25] . Сама же Маргарита оказалась в родстве с русскими князьями своего времени, в том числе с Александром Невским. Подчас нам бывает трудно проследить в истории не только связь времен, но и связь живых людей, соединить в одной сложной, кипящей страстями, противоречиями эпохе современников, увидеть их одновременно размещенными на исторической сцене. Поэтому не будем сожалеть, что попусту теряем время на генеалогические поиски, на установление связей родства. Это помогает лучше разглядеть соотношение фигур на исторической плоскости.

Как и большинство княжеских семей того времени, семья князя Михаила Черниговского, с которой породнилась дочь венгерского короля Белы IV, была тесно связана узами родства с князьями Владимиро-Суздальской Руси. Его сестра Агафья была женой великого князя Георгия Всеволодовича, сына князя Всеволода Большое Гнездо. Это «гнездо» насчитывало 8 сыновей и 4 дочерей. Всякий, кто бывал во Владимире и видел замечательный белокаменный резной Дмитриевский собор, разумеется, не мог не заметить рельефного изображения на его стене: князь Всеволод Большое Гнездо вместе со своими сыновьями. Именно Георгию Всеволодовичу выпала на долю нелегкая судьба: в его княжение татаро-монголы штурмом захватят Владимир, разграбят города Владимиро-Суздальской земли, уведут в плен людей, а сам великий князь погибнет в битве на реке Сити.

Мать Георгия Всеволодовича, жена Всеволода Большое Гнездо княгиня Мария, дочь чешского князя Шварна [26] , была женщиной для своего времени необычайно образованной и, по свидетельству летописи, оставила своим детям материнское поучение, подобное поучению Владимира Мономаха. Недаром по уму и учености летописец сравнивает жену Всеволода с легендарной Ольгой. Вот это материнское наставление, написанное русской княгиней перед смертью в 1205 году и сохраненное для нас летописью: «Возлюбленная моя чада!.. Имейте же тихость и кротость, и смиренномудрие, и любовь, и милость. Алчныя насьпцайте, жадныя напояйте, нагия одевайте, больныя посещайте и себе в чистоте соблюдайте. Всякого человека не мините не привечавши. Сами же межю собою имейте нелицемерную любовь, и Бог мира и любви будет в вас, и сохранит вас от всякого зла, и покорит враги ваша под нози ваши. Аще ли же в ненависти и распрях, и в которых будете межю собою, то сами погибнете и благословенное наследие державу отьчества вашего изгубите, юже праотцы ваши, и отец ваш, и протьчее сродство ваше многим трудом и потом приобретоша. Тем же пребывайте мирно и любовно межю собою, брат брата послующе» [27] .

То, что поучение княгини приведено в летописи, справедливо заставляет думать некоторых исследователей, что, следовательно, оно существовало на Руси в записи, как и «Поучение» Владимира Мономаха.

К сожалению, мы мало знаем о литературном творчестве женщин Древней Руси, а среди них были, несомненно, наши первые писательницы.

Поучение княгини Марии замечательно и как образец широких интересов русских женщин, которые не только заботились о любви мужа и мире в семье, но и берегли интересы Русской земли, «отчины и дедины».

Свою образованность князь Всеволод и его жена передали и детям. Дочь их Верхуслава известна в истории русской письменности своей перепиской с епископом Симеоном, одним из составителей Печерского патерика. А старший сын Константин за свою любовь к образованию и заботу о переписке книг получил прозвище Мудрого. Константин имел прекрасную библиотеку, покупал книги и основал в Ярославле училище, а также заложил собор в Спасо-Преображенском монастыре, где впоследствии будет найдена рукопись «Слова о полку Игореве». (Ведь Ярославна из «Слова» приходилась ему двоюродной сестрой.) Константин посылал писцов в другие княжества переписывать книги. Вероятно, именно в эти годы кто-то принес ему «Слово о полку Игореве». Как и отец, Константин Мудрый знал греческий язык.

Летописец называет князя Константина одаренным «кротостью Давыдовою, мудростью Соломонею». Историк В. Н. Татищев, используя не дошедшие до нас летописи, писал о нем: «Великий был охотник к читанию книг и научен был многим наукам. Того ради имел при себе людей ученых, многие древние книги греческие ценою высокою купил и велел переводить на русский язык. Многие дела древних князей собрал и сам писал, також и другие с ним трудилися. Он имел одних греческих книг более 1000, которые частию покупал, частию патриархи, ведая его любомудрие, в дар присылали сего ради». К сожалению, Константин, безвременно рано скончавшийся, не дожил до поры, когда женой его сына Василька стала дочь Михаила Черниговского — Марья, сестра Ростислава, женатого на дочери венгерского короля Белы IV.

Прошло свыше четверти века после смерти княгини Марии, автора завещания детям, как другая Марья, ростовская княгиня, жена Василька Константиновича, подхватила традицию русской женской образованности, став первой женщиной писательницей-летописцем. Судьба ее тесно связана с легендарной судьбой ее мужа — Василька Ростовского, сына Константина Мудрого.

Константин Мудрый скончался в 1219 году, оставив малолетних сыновей Василька и Всеволода. Васильку было десять лет, и перед смертью отец посадил его княжить в Ростове Великом. Брат Всеволод получил в удел Ярославль. Вдова Константина по обычаю того времени постриглась над гробом мужа, а через год и сама умерла. Мальчики остались круглыми сиротами. Опекал их, по завещанию отца, брат его — великий князь владимирский Георгий Всеволодович.