Чтение онлайн

Человек пытается сначала разрешить свою проблему сам – это первый признак эго. И когда он понимает, что это невозможно, он отправляется на поиски специалиста. Но искать специалиста – значит просто искать другого человека.

Четко поймите это различие. Вы ищете не мастера. Мастер – это тот, кто стал представителем бога, но специалист – это просто такой же человек, как и вы. К нему не нужно относиться с почтением, не нужно касаться его ног, ему не нужно сдаваться.

Ощутив свою собственную беспомощность, вы отправляетесь к специалисту. Но идти к нему – это то же, что идти к самому себе, он такой же, как и вы. Между вами почти нет никакой разницы. Просто специалист несколько более глубоко изучил какой-то предмет. И вы платите за его совет деньги. Вы просите совета у такого же человека, как вы сами.

Подобный совет не сможет разрешить ваше затруднение. Это все трюки эго. Придя к специалисту, вы получите лишь небольшое утешение. Специалист просто на какое-то время подавит вашу проблему. Он даст вам подробные объяснения, сплетет паутину теорий, которая вас опутает и на время создаст ощущение, что ваши трудности разрешились. Но позже эта проблема вновь возникнет перед вами – в новом виде, в новых красках, в новой форме. И она будет преследовать вас всю жизнь.

Но как только вы приблизитесь к человеку, в котором вы смогли увидеть бога, ваша проблема начнет распутываться. На самом деле она уже решена. А когда вы увидите бога, который наполняет собой все существование, вы обретете способность говорить с ним напрямую, – это то, что в конце концов происходит с каждым преданным. И это как раз тот момент, о котором Кабир говорит: «Я в затруднении. Разреши его, Бхагван». Теперь между вами и существованием не нужен посредник, теперь не нужен даже мастер. И красота всего этого в том, что ваша проблема решается в тот самый момент, как только вы раскрываете ее существованию. Проблема существовала только потому, что, завязав в аккуратный узел, вы ее прятали; потому что вы жили в бессознательности, в замешательстве. Держите себя открытыми перед богом. В этом истинное значение молитвы – полностью открыться, полностью сдаться существованию.

Во время молитвы неуместно демонстрировать свои духовные знания и декламировать писания. Именно поэтому детские молитвы гораздо более плодотворны. И когда молится святой, его молитва столь же хороша, как и молитва ребенка.

Однажды маленький мальчик зашел к себе в спальню, плюхнулся в постель и накрылся одеялом. Мать напомнила ему, что он не прочитал молитву. Малыш ответил: «Разве хорошо будить бога в такую холодную ночь? И в такой поздний час?»

С точки зрения этого мальчика, бог не нуждается в молитве, составленной из слов. Его беспокойство, что ночь холодна и уже слишком поздно, чтобы тревожить бога, и есть молитва. Просто чувствовать это – достаточно, нет необходимости ничего говорить.

И слово «бог» – это просто повод, помощь, – оно помогает выразить наши чувства существованию. На самом деле все существование и есть бог. Все божественно. И когда вы наполнены этим ощущением божественного, вы соединяетесь со всей жизнью. Решение вашей проблемы – в этом единении.

Истинная проблема заключается в том, что ваши корни отсечены. И так как они отсечены, вы страдаете от жажды. Корни не способны впитывать воду – вот почему вы так мучаетесь. У вас есть все, что только можно, но вы продолжаете чувствовать, что чего-то не достает, что вам необходимо что-то еще. Если ваши корни не проникают глубоко в почву, вы не сможете впитывать воду, даже когда идет дождь. И тогда вы обречены оставаться жаждущими.

Молиться – значит быть единым с существованием. Молитва есть это особое ощущение.

Есть один замечательный анекдот об известном еврейском мистике по имени Баал Шем. Он был необычным преданным – в своих молитвах он постоянно ссорился с богом. Только любовники могут ссориться. Если происходило что-то, что ему не нравилось, он поднимал большой шум. Стоило послушать, что это были за молитвы! Это был прямой диалог с богом.

Баалу Шему казалось, что мир день ото дня становится все хуже и хуже, поэтому он жаловался богу: «Почему ты не приходишь на землю, как обещал? Ты говорил, что придешь, когда дела будут совсем плохи. Почему ты медлишь?» В истории говорится, что богу очень надоедали такие заявления; к тому же это происходило так часто…

Один из учеников Баала Шема, бывало, записывал его слова. Он работал над его биографией и иногда конспектировал эти разговоры с богом.

Однажды бог настолько устал от Баала Шема, что отправил на землю своего посланника, приказав ему стереть из памяти Баала Шема и его ученика все воспоминания, чтобы они оба обо всем позабыли. Вот таким надоедливым был Баал Шем!

Божественный посланник с точностью выполнил все инструкции. Очнувшись от своей молитвы, Баал Шем полностью все забыл. Он не мог вспомнить даже, как его зовут. Он не помнил о том, что мир полон проблем, и что он хотел, чтобы бог немедленно пришел и разрешил их. Он не мог вспомнить, ни кто он, ни где он находится. Но когда он взглянул на своего ученика, у него промелькнуло смутное воспоминание, что-то вроде грезы – он вспомнил, что был мистиком, и что этот человек – его ученик. Баал Шем попросил ученика рассказать что-нибудь из своего прошлого. Тот ничего не мог сказать, его мозги были промыты абсолютно. Он ответил:

– Я даже не помню, кто я такой.

Баал Шем сказал:

– Раньше я давал тебе много уроков. Попытайся вспомнить сутру, которую ты выучил на одном из этих уроков, и быстро ее повтори. Время идет, и мы можем оказаться в трудном положении.

Ученик ответил:

– Я не помню ничего, кроме еврейского алфавита – алеф, бет, гиммель, далет…

– Быстрее, – сказал Баал Шем, – громче произноси буквы.

Ученик начал произносить алфавит, а Баал Шем повторял за ним. Эта цепочка воспоминаний вернула им память. И тогда Баал Шем принялся ругать бога:

– Зачем ты сыграл со мной такую шутку?

Говорят, что Баал Шем закончил свою молитву повторением алфавита и таким образом вернул потерянную память. Нет ничего особенного в буквах алеф, бет, гиммель или далет, но он повторял их с такой внимательностью, что вспомнил свое подлинное «я». И тогда он закричал богу:

– Я настаиваю, чтобы Мессия пришел на землю именно сейчас!

Бог вызвал своего посланника и заявил, что тот плохо выполнил свою работу. Посланник ответил:

– С этим человеком лучше не связываться. Как ни старайся, у него невозможно забрать его молитву. Мы можем забрать у него все, кроме нее. Его молитва не имеет ничего общего с его мозгом – она возникает в его тотальности. Можно лишить его ума, способности говорить, но лишить его любви, молитвы – невозможно. Поэтому даже ты здесь бессилен.

Вот почему Кабир говорит:

Даже если вашу молитву захочет убить бог, он не сможет это сделать. Здесь даже он бессилен. Любовь – это окончательное.

Насколько мелодичны и красивы эти слова Кабира:

В чем же заключается эта проблема? Она очень глубока – это предельная, окончательная проблема, и поэтому Кабир говорит:

«Зачем мне иметь дело с другими людьми? – спрашивает он у бога. – Я прошу непосредственно тебя. Если ты – тот, кто является решением моей проблемы, – стоишь передо мной, зачем мне идти к другим?»

Теперь Кабир задается вопросом, что больше – ум или свидетель.

Потом он говорит:

И затем:

Кто больше, спрашивает Кабир: Брахма или тот, кто создал Брахму? Разве существование, которое является истоком всей наивысшей силы, не более велико?