Чтение онлайн

Мэрдок спешился.

— Должен сказать, миледи, бесстыдства вам не занимать. Сперва до меня доходят слухи о вашем путешествии через всю страну, причем вас не сопровождает даже горничная. А сейчас я нахожу вас здесь в этом чудовищно неприличном наряде.

Справившись с удивлением, он не мог отказать себе в удовольствии поиздеваться над нею и нарочито повысил голос:

— Если Мьюр научил вас вести себя подобным образом, теперь мне следует заняться вашим воспитанием.

Колкость, отпущенная Дугласом в адрес Роберта, оказала Джонет неоценимую услугу — она разозлила ее. Гнев придал ей сил. Поэтому на презрительные слова Мэрдока у нее нашелся достойный ответ:

— Не думаю, что хоть одно существо, рожденное и воспитанное в доме Максвеллов, может чему-то научиться у подхалима из рода Дугласов.

Взгляд Мэрдока помрачнел.

— Я бы сказал, вам предстоит многому научиться, госпожа Максвелл. Очень многому. И чем скорее, тем лучше.

Джонет открыла было рот, чтобы ответить очередной дерзостью, но он властно поднял руку в перчатке.

— Берегитесь, юная леди, я ведь могу позабыть про ваше чистокровное происхождение и обойтись с вами, как с потаскухой, выросшей в сточной канаве. Богом клянусь, сделать это будет нетрудно: вид у вас как раз подходящий. Еще несколько неосторожных слов, и меня больше ничто не удержит.

Джонет прикусила язык. Она перевела взгляд на измученное лицо Роберта, и у нее пропала охота говорить дерзости. Для человека гордого и внезапно ставшего беспомощным участие в подобной сцене стало бы сущим адом.

— Я лишь хотела спросить, могу ли я поухаживать за моим дядей, — сказала она. — Похоже, его приключения не пошли ему на пользу.

Губернатор самодовольно усмехнулся.

— Вот так-то лучше. Я всегда считал вас неглупой девушкой. Да, можете поухаживать за дядей. Только не забывайте о своих манерах.

Джонет повернулась на каблуках, но его резкий окрик остановил ее.

— Что за манеры? Вы кое-что забыли, госпожа Максвелл.

Она удивленно обернулась.

— Что?

— Я только что удовлетворил вашу просьбу, не так ли? Неужели вам нечего мне сказать?

Джонет стиснула кулаки с такой силой, что ногти впились ей в ладони. Александр стоял рядом с Мэрдоком. На одно мгновение он встретился с нею взглядом, и она вспомнила тот момент на берегу реки, когда им угрожали разбойники. Это помогло ей овладеть собой.

— Ну конечно, — проговорила Джонет. — Я вас благодарю.

— «Я вас благодарю»… а дальше?

Гнев вспыхнул вновь. Ей казалось, еще немного — и он выплеснется наружу.

— Я вас благодарю… милорд.

Каких усилий стоило Джонет сохранить самообладание, мужчинам не суждено было узнать. Она отвернулась, не говоря больше ни слова; незнакомая ей доселе ярость бушевала у нее в жилах. Мэрдок Дуглас! Это ничтожество! Этот убийца, безродный холуй, нанятый Ангусом выполнять самую грязную работу! Как он смеет говорить с ней подобным образом? Как вообще может думать, что ему позволено поднять руку на Роберта Максвелла?!

Ее взгляд упал на дядю, и она бросилась ему навстречу. Его грубо стащили с лошади, и теперь он стоял, все еще связанный, между двумя конвоирами.

— Развяжите его, — холодно велела им Джонет.

— Ну уж нет, такого приказа я не получал, — ответил один из конвойных, неспешно и нагло оглядывая ее с головы до ног.

Джонет заставила себя встретиться с ним глазами. Его откровенно оценивающий взгляд был нахальным, непереносимо оскорбительным. Никогда раньше ей не приходилось терпеть ничего подобного… да еще от простого солдата! Каков хозяин, таковы и слуги, подумала она, вспомнив часто повторяемые Робертом слова.

Она почувствовала, что близка к срыву, но заставила себя успокоиться, вспомнив другой голос, придававший ей мужества.

Помни, милая: главное — не теряй головы, и все у нас получится.

— Ну так пойдите и получите приказ. Сейчас же! — отрезала она. — А не то, клянусь Богом, вы об этом пожалеете.

Водянисто-голубые глаза трусливо забегали, конвойный пробормотал что-то неразборчивое, а потом, коротко кивнув, отошел.

Со вздохом облегчения Джонет повернулась к дяде. На губах у него была вымученная улыбка.

— Какой ты стала свирепой, доченька. Верно, из-за мужских штанов.

Девушка с трудом выдавила из себя ответную улыбку.

— Я опорочила вас, Роберт, но у меня не было иного выхода. Я не могла пуститься в путь через всю страну в своем обычном виде. Мэрдок нашел бы меня в мгновение ока. Простите меня.

— Но твои волосы, девочка моя, — прошептал он. — Неужели было так необходимо остричь волосы?

Он смотрел на нее в таком смятении, что Джонет невольно схватилась рукой за волосы. Невероятно: она почти забыла о них.

— Я… Да, это было необходимо, — пояснила она, запинаясь. — Лорд Хэпберн считал, что так будет лучше.

— Хэпберн, — губы Мьюра судорожно сжались. — Мне следовало догадаться.

Джонет начала было объяснять, но вовремя спохватилась. У нее еще найдется время рассказать о роли, которую сыграл Александр, когда рядом не будет никого из навостривших уши солдат Дугласа. Она не знала, что именно произошло, но ясно видела, что Александр не взят под стражу. И пока она не узнает, что он наплел Мэрдоку, нельзя было говорить ни слова, чтобы нечаянно его не выдать.

— Простите, Роберт, я хотела сделать как лучше. Я думала лишь о том, как прийти вам на помощь.

Его напряженное лицо наконец смягчилось, в глазах появилось столь знакомое ей доброе выражение.

— Я знаю, дорогая, но нам придется заплатить высокую цену, чтобы вытащить тебя из этой передряги. Я был так глуп, что прямо попросил Дугласа отдать тебя под опеку короля, — Роберт рассмеялся коротким горьким смешком. — Можно было догадаться, что он уже задумал какую-то гнусность.

Сколько ни старалась, Джонет не сумела сдержать дрожь в голосе:

— Он захватил Берил.

Мьюр прикрыл глаза.

— Этого следовало ожидать. Нам надо о многом поговорить, Джонет. Если успеем, — добавил он, помолчав.

Им пришлось на минуту умолкнуть, потому что стражник вернулся с новыми приказами от своего господина. Мьюр был освобожден от пут, и оба солдата отошли на почтительное расстояние, оставив Джонет и ее дядю на маленьком островке уединения посреди буйного моря Дугласов.